Плюшка сидела у детской кроватки и озадаченно морщилась. Складки возникали между ушей, стекали на широкий лоб, расходились над глазами, а дальше возникали на забавном носе и брыльках.
-Не понимаю… - вздыхала она. Кстати, уже довольно долго вздыхала.
Никому не приятно, когда твоё тяжкое недоразумение никто не жаждет разрешить. Бульдогу тем более. Они – собаки думающие, размышляющие, ищущие ответы на вопросы и создающие свой Великий свод бульдожьих правил.
Первый том Плюшкиного свода правил был создан в её мягком щенячестве. (кто забыл вот ссылочка).
Там всё было просто – что бульки едят, а что не едят, куда надо делать свои дела, как себя вести с членами стаи и пристайными. Эти законы были выгрызены из окружающей среды острыми детскими зубками и стоили Мяуну кучи нервов, множества погибших в бульке сосисок и прочих случайно или намеренно скормленных ей продуктов, болей в районе брюшного пресса у хозяев, потому что от хохота животы болели только так.
Второй том бульских правил создавался для окружающих практически незаметно, когда Плюшка училась общаться с собаками на улице. Правда, это было проще. Она смотрела, что и как делает Дик и повторяла за ним. Единственное, что ей было непонятно – зачем он лапу задирает. Так же неудобно! К счастью, этот момент она уточнила у Василины, а та тактично сумела объяснить странность в поведении кобеля доводом: «ну, что с них взять, у них всё так странно устроено…»
Появление у Василины Малуши было для бульки радостью и забавой. Она очень любила играть со своей сестрой и братом, когда была ещё совсем крошечной, так что котёночек Плюшкой был воспринят как нечто похожее на щенка, только в кошачьей шкурке.
Зато маленькая Анина дочка Плюшку серьёзно озадачила. Нет, булька понимала, что это такой же детёныш, как Малуша, такой же, как она сама когда-то была, но вот уже сколько времени прошло, аж больше месяца с того момента, как этот человечий щенок появился в их доме, а она все никак не вылазит из кроватки! Даже не переворачивается сама… Плюшка видела!
-Странно-странно… Это что, такое правило у людей? Надо понаблюдать!
Когда бульдог наблюдает, то это действо весьма основательное! То есть любой приличный представитель славной породы капитально умащивает свою округлую и бесхвостую пятую точку в предварительно выбранный наблюдательный пункт и сидит там как вкопанный.
-Плюшенька, ты, может, сдвинешься? – уточнила Аня, которая уже пятый раз обходила белую бульку, которая сидя прямо в центре детской, поворачивалась за ней как подсолнух за солнцем, не поднимая круглый задик с пола. – Что тебя так заинтересовало? – Аня пыталась угомонить Настю, удавалось это слабо, нет, если бы надо было Настю уговорить поспать, то можно позвать Мяуна, он очень усыпляюще намурлыкивал что-то, и дочка засыпала. Но сейчас-то спать ей явно не хочется, да и не надо – только проснулась, только не в очень-то хорошем настроении, а тут ещё и бульдог из себя чего-то изображает… - Плюш, да что случилось-то?
Вот этот вопрос задавать не следовало однозначно!
Ответ был развёрнутый, эмоциональный и громкий. С вариациями, подвываниями и умилительными рожицами, выстраиваемыми по мере изложения. Булька даже Настю перекричала, что в принципе сделать было сложно.
Когда она закончила и закрыла пасть, в комнате воцарилась изумительная, хотя и несколько оглушающая тишина.
-У меня два вопроса! – раздался в этой тишине хорошо поставленный голос Мяуна. – Что это было, и почему это заставило нашу Настю замолчать?
Он скрывался от воплей под креслом в гостиной, но был так поражен неожиданными звуками, что покинул визгоубежище и отправился на разведку.
-Ээээ, это была Плюшка. Что ей хотелось сказать, лучше уточни сам, а почему Настя замолчала? Знаешь, по-моему, она просто удивилась.
Мяун, решивший обдумать пользу от удивления детеныша чуть позднее, повернулся к Плюшке.
-И чего ты так вопила, словно Насти нам мало?
-Я не понимаю!
-Чего именно? – обречённо уточнил Мяун.
-Почему она не бегает и не играет, а только пищит и скулит? У неё такое правило, что ей всё не нравится? Или это правило у всех людских детёнышей? Я так не делала! И помню, что Малуша уже через месяц ходила за мной!
Булька высказывала всё очень эмоционально, и Аня озадаченно выслушивающая скрипучие повизгивания, заметила, что Настю они не только не расстроили, а наоборот, она явно заинтересовалась.
-Мяун, а что Плюшка говорит? – наконец, не выдержала Аня.
-Не понимает, почему Настя до сих пор не вылезла из кроватки и не побежала с ней играть? Почему громко пищит, почему ты всё время с ней, почему… Ой, слушай, мне всё переводить надо? А? Ты же понимаешь, что мы со всего размаха вляпались в очередное определение бульских правил! - Мяун изобразил отчаяние.
Плюшка поджала брыльки, широко открыла пасть и проскрипела что-то очень обиженное.
-Неееет, вот только не надо про твою маму! Я все помню о том, что она тебе говорила! Прямо дословно! Правила бульдогов стоили мне столько переживаний!
-Мяуш, глянь… Настю, это похоже, забавляет. Ну, по крайней мере, она не плачет.
Мяун покосился на ребёнка и вздохнул.
Все картинки, использованные в статье, взяты из сети интернет для иллюстрации.