Бои за Шипчинский перевал, являются одним из самых драматических и героических эпизодов Русско-турецкой Освободительной войны 1877/78 года. Беспримерный героизм и непоколебимая стойкость солдат Русской Императорской Армии и болгарских ополченцев, удержавших свои позиции на Шипке, против наступавших орд Сюлеймана паши, заслужено стали легендарным образцом солдатского мужества и воинской доблести. Перед подвигом защитников Шипки, неизменно преклоняются, в знак вечной признательности, поколения болгар и русских. Само слово ‘Шипка’ превратилось в символ дружбы, между двумя народами.
Одним из самых напряженных периодов Шипченской эпопеи, вполне обоснованно считаются 6-ти дневные сражения, проходившие с 9-ого до 14-ого августа, по старому стилю, 1877-ого года. Турецкий командующий Сюлейман паша, бросал на позиции обороняющихся русских солдат 36-ого Орловского пехотного полка, 35-ого Брянского пехотного полка и болгарских ополченцев, все новые и новые волны атакующего аскера. Самым тяжелым для обороны, за этот период, становится положение 11-ого августа. К концу дня была потеряна позиция Кючук Йешилтепе и создалась угроза прорыва в центральном направлении. Вовремя подоспевшие подкрепления из 16-ого стрелкового батальона, прибывшие на казачьих лошадях, позволяют отбить потерянные позиции. Позже подоспевает дополнительное подкрепление из 4-й стрелковой бригады. С наступлением сумерков интенсивность сражения утихает, но турецкое командование планирует мощное ночное нападение. Ночью, при лунном свете враг подтягивает свои резервы и готовится к решительному штурму и тогда, неожиданно вмешивается природа. Вот что вспоминает участник боев на Шипке, болгарский ополченец Михаил Ефтимов Манчев: '... на темносинем, безоблачном и прозрачном небе, появилось величественное явление – луна затемнилась! Она затемнилась не полностью, остался незакр ытым маленький ее участок.’ Лунное затемнение сильно переполошило глубоко суеверных турков, для которых луна – часть их герба. Они приняли его как ужасное предзнаменование и отказались от ночной атаки, дав таким образом оборонявшимся русским солдатам и болгарским ополченцам, так необходимую передышку и время для перегруппировки.
Об этом необычном эпизоде, сообщает в своих писмах и известный российский дипломат, Николай Павлович Игнатьев (см. ' Игнатьев Николай Павлович. Походные письма 1877 год .’, письмо 28, 12 августа. Бивак у Горного Студеня.)