Меня сегодня поздравили так: «Настя, влюбленность в мозге проявляется очагом дофаминовой активности в вентральной покрышке и ядре».
Это, конечно, правда, про покрышку. Но, я бы сказала, не вся.
Потому что влюбленность в мозге проявляется еще мотыльками, которые вспархивают от любого неосторожного движения. Такая щекочущая стайка мотыльков.
И еще мыслями: «Почему он не пишет? Занят? Разлюбил? Забыл где-то телефон? Может, сеть не ловит?».
И желанием надеть трусы понаряднее, даже если знаешь, что сегодня неоткуда взяться никакому сексу (хотя как знать? Влюбленные попадают в такое пространство, где «сегодня» штука очень условная, где в любой момент может произойти что угодно, хоть отправка космического корабля на Марс, хоть изобретение бессмертия, а хоть и секс).
И еще она проявляется бесконечными картинками совместного будущего, всеми этими походами вместе в супермаркет, в ресторан, на море, в роддом. Причем картинки эти совершенно бесконтрольно возникают во время еды, рабочего совещания и созвона с коллегами.
А вместе с ними всплывают его последние сказанные фразы.
Почему он сказал, что не хочет кофе, что он имел в виду, что, что?..
Когда ты занят одновременно пребыванием в будущем и прошлом, очень сложно быть на рабочем совещании.
Поэтому влюбленных там и нет, они присутствуют формально. Могут варить борщ, делать уроки с детьми, сидеть в очереди в налоговой, давать пациенту анестезию, вести машину, но внутренне они два сообщающихся сосуда, в которых переливается и плещется всякое.
Какие-то прикосновения, обрывки бессмысленных диалогов, взгляды.
Ядра и покрышки.
Влюбленные давно бы уже поломали мир, если бы не Валентин, их покровитель.
Который незримо следит за тем, чтобы на совещаниях они отвечали впопад, докладывает свеклу в их борщ и крепко держит руль на трассе.
У него всегда много работы.
Поблагодарим этого недооцененного святого. И знаете что. Пусть у него будет повод подержать наш руль на трассе.