Апрель 1940 года.
В доме у Воеводиных. Поздний вечер. Три шестилетних мальчугана: Фокин Никита, Шадрин Веня, Воеводин Саша лежат на печи. Долго возятся, толкаются, борются, щекочут друг друга.
- Будет, будет, - прикрикивает бабка укладывая детей, - Угомоняйтесь уже, спите.
- Баба Настя, а сказку? – канючит Саша, переглядываясь с приятелями, - У-у-у.
- Сказку, сказку, - хором тараторят ребята.
- Будет вам сказка, - строжится женщина, - Только спите уже.
Берёт штаны внука и садится за стол возле лампы штопать.
- Сказка…, - выдохнула и начала, - Поехал как-то голый Мухлык на своей тётушке…
Дети хохочут, катаются на печи.
- Нет. Страшную, - сдерживает смех внук, - Бабуль страшную сказку хотим. Мы уже большие!
- Баба Настя, а кто такой Мухлык? – интересуется Никита и хихикает в кулак, - И почему голый? - опять хором смеются, - И тётя его? Кто она такая?
- Да, ну тебя! – сердится Саша, машет рукой на приятеля, - хотим хорошую, страшную сказку.
Настасья Михайловна улыбается и поясняет.
- Мухлык – это имя домового, - А голый, от того, что сроду одёжу не носил, да и не нужна она ему.
Дети затихли. Интересно.
- Он росточком с пятилетнего ребёнка, обличьем как мужичёк, но весь, как есть в шерсти, длинной предлинной. На лице усы и борода. Ножки, ручки коротенькие, вот он и не ходит пешком, а ездит на тётушке. Это старая-старая кляча с прогнутой спиной.
- Почему она его тётушка? – делает удивлённую гримасу Веня, - Она же лошадь, а не человек.
- Так. Эту сказку мне ещё бабушка сказывала, когда я такая, как вы была. В старые-старые времена все люди и звери были одного племени - Земляне. Все были равны и дружили, как братья. Вот домовой по привычке и ухаживает за старой лошадью, а она везёт его, куда он велит.
- Бабушка, а куда он поехал? – сопереживая спрашивает Веня, - Чудно…
- Ладно, не хочу про смешного Мухлыка, - перебивает Саша. Делает страшную гримасу и вытянув вперёд руки пугает остальных, - Хочу про страшного!
На печи визг, возня, смех.
Настасья Михайловна задумалась, погрустнела.
- Хорошо, - вздыхает и усмехается, - будет вам сказка про злого домового. Хотите?
- Да, да, да, - хором выкрикивают, хлопая в ладоши дети, - Злого, злого хотим.
Первая сказка.
Спор или смелый солдат.
Осень 1914 года. Первая мировая война.
На побывку из госпиталя вернулся Михаил Ильич Степанов. Бравый солдат 25 лет. Его в деревне ждала невеста Наталья Шилова. Девушка ладная, домовитая и работящая. Всё у молодых давно обговорено и слажено, да и родные невесты ждут со дня на день сватов, но…
Есть у Михаила соперник из той же деревни - ушлый Владимир Сучков . Он решил, во что бы то ни стало жениться на Наталье. Целыми днями обдумывает козни, чтобы влюблённых поссорить или свадьбу сорвать.
***
Поздний вечер. Деревенская молодёжь сидит кружком и слушает рассказы Михаила о его героических сражениях с германцами. Наташа счастлива. Не скрывая радости, не таясь, улыбается и прижимается плечом к любимому.
Зависть и злоба кипят в Сучкове. Он не в силах скрыть ненависти, постоянно насмехается над смелостью Михаила, отпускает грубые шуточки в его адрес. Провоцирует, выказывает своё недоверие к честности рассказов.
- Ну, что там на фронте было, мы не заем, - перебивает, машет руками и озирается на слушателей, - Ты нам здесь покажи какой ты герой !
Все смеются, не подозревая подвох. Насмешка больно задела Михаила. Он нахмурился и приготовился драться с обидчиков. Чем ещё можно доказать свою смелость и ловкость – в кулачном бою. Встаёт, сжав кулаки, открыл рот, чтобы вызвать обидчика на честный бой, но не успевает.
- А ты сможешь ночью пойти в заброшенный Сычихинский дом, - ехидно улыбаясь, подначивает Владимир, подмигивая остальным сидящим, - Герой !?
Степанов не ожидал, растерялся. Снова смех. Молодёжь приняла предложение за шутку, и переглядываясь, хихикает. Михаил понял ухмылки ребят, как издёвку над ним и разъярённо хватает Сучкова за грудки. Все затихли.
- Миш, ты чё? – удивлённо спрашивает конопатый Семён, - Шутим мы. Шутим же?
- Нет, не шутим, - торопливо перебивает Сучков, - Нет, дружок. Назвался груздём, так полезай в кузовок. Ты ж у нас герой , - озирается на остальных, не скрывая своей насмешки, - Докажи нам, какой ты герой !
Такого оборота никто не ожидал. Переглядываются, замялись.
- Мишенька, не слушай его, - подскочила невеста, и крепко вцепившись в руку, дёргает его, - Он специально тебя подначивает. А там, гиблое место! Не слушай его…
- Чего? Да, ладно! – скривился Миша, - Чепуха! Бабкины сказки! Это для маленьких ребятишек придумали страшилки пугать, - посмеивается, показывая свою прозорливость, - Да чепуха это, Наташа…
- Ну что герой пойдёшь или трусишь? - не унимается Володя хихикая, - Можешь ночью пойти? А, страшно?
- Да ты чего? – разозлился Степанов, - Я под пули не боялся, а тут какой-то пустой дом… Тьфу!
Плюёт себе под ноги.
- Нет. Нет, Миша, не ходи, - кричит, завывая девушка, вцепившись в рукав шинели, - Нет…
- Перестань уже, - обращается к Сучкову, - правда, Володь, ну чего ты пристал с этим домом? От туда ещё никто живым не уходил. Сам знаешь.
- Это верно, – подтвердил парень с рыжим чубом, - Да. Пытались шутить любопытные, но пропали бесследно, - поднял палец вверх, - Видать, там черти живут. Вот.
Остальным стало не до смеха. Заволновались, пытаются урегулировать конфликт.
- Да. Ладно, Мишка, ты чего? Туда никто не ходит, - отговаривает Николай, и повернувшись к остальным продолжает, - Верим мы тебе, верим. Ты же из госпиталя приехал. Правда, братцы?
Михаил сердито зыркнул на провокатора. Успокоился и сел. Но Сучков ехидно улыбаясь, разводит руками.
- Что и требовалось доказать, – вызывающе хихикает, глядя в глаза Мише, - Струсил! Струсил!
- Хорошо! – не выдержал Степанов, - Спорим, пойду и не испугаюсь! Да хоть сейчас! Тогда извинишься при всех?
Криво улыбаясь, задира кивает головой в знак согласия.
- А то, - соглашается, а сам думает: «Только бы этот дурачок пошёл в проклятый дом. И сгинул бы! Извинюсь, держи карман шире!», - Я за справедливость. Виноват извинюсь, а если нет… Не взыщи.
Наташа теребит за рукав шинели жениха, мотает головой, и уже готова расплакаться.
- Будет тебе. Ну чего ты? – гладит её по руке, - Я солдат! Мне не может быть страшно в пустом доме. Ерунда. Всё будет хорошо. И нахала проучу.
- Как докажешь что был там? – ставит в тупик всю компанию Сучков, - А может, ты на пороге постоишь с минутку и дёру… А?
Шушукаются, переглядываются, жмут плечами. Нужно доказательство.
На мгновение задумавшись, Сучков достаёт приготовленный загодя огромный охотничий нож.
- Вот! Этот самый нож воткнёшь в пол посереди избы, - протягивает и всем показывает, - Он приметный. Утром убедимся, был ты в доме или нет.
Михаил берёт его, осматривает и кивает.
- Все свидетели. Я его за рукав не тянул, - довольный Владимир пожимает плечами, - Он сам спорить стал. Что по рукам?
- По рукам, - строго и уверенно ответил Степанов.
Спорщики пожали руки. Кто-то разбивает их и начался «уговор».
Наташа плачет, но Михаила удивляет её недоверие и старушечья глупая плаксивость.
- Вот его в пол воткну посреди избы и всё! – уверенно провозгласил, глядя на окружающих, - Пошли все вместе, свидетелями будете. Подождёте немного, - оглядываясь на Сучкова, - Чтобы убедиться, что я не сбежал…
Десять ребят сопровождают спорщиков. Остальные отмахнулись и разошлись по домам. Всей толпой идут к заброшенному дому на краю деревни. Всем забавно, любопытно и боязно. Грустит и переживает только Наташа, чувствует неладное.
Совсем стемнело. Пришли к старой заброшенной избе с тёмными, как пустые глазницы окнами. Двор зарос травой по пояс. Остановились у калитки. На берёзе громко каркнула ворона и улетела. Кто-то перекрестился.
- Утром встречаемся на крыльце дома с первыми петухами. Не проспите! – смеётся и подмигивает Володе, - Приходи и возьмёшь свой нож – доказательство того, что я там был.
Делает шаг, но невеста буквально повисла на нём. Она не пускает, крепко держа его за рукав. Он резко выдергивает руку и отстраняет её. Поднял нож над головой, показывая его всем, подмигнул остальным. Выдохнул, и широко улыбаясь, зашагал в избу.
***
Прикрыл за собой входную дверь, и оказался в полной темноте. Зажмурился.
Постоял немного, в ожидании, что глаза привыкнут. Открыл. Взошла яркая, огромная луна. Осветила комнату.
Внутри дом оказался не такой крохотный, каким казался с улицы. Огляделся. Большой совершенно пустой дом: нет ни лавки, ни стула. Потоптался на месте. Осторожно подошёл к окну по дряхлым скрипучим половицам и глянул на провожатых. Усмехнулся, стоят ещё.
«Ну, нож воткнуть дело минутное! Это я всегда успею… Чем заняться пока под окнами караулят» озадачивает себя служивый, и хлопая по карману, достаёт махорку. Садится на пол. Не спеша набивает самокрутку и блаженно курит. Дым успокаивает.
Внимательно оглядывает комнату. По углам висят гроздья паутины в несколько рядов, словно попал с царство пауков. Хмыкнул, докурил. Собрался встать, но…
Тучи проглотили луну, и воцарилась кромешная темнота. Откуда-то с боку подуло холодом и запахом плесени, как из склепа. Удивился, но не испугался.
«Дом старый, ветхий, печь давно не топлена, вот и холодно» спокойно подумал и выдохнул. Парень был в шинели, которая не раз грела его в окопе по ночам, но сейчас холод проник до самых кишок…
Он опёрся одной рукой о пол, намереваясь встать, но за спиной что-то хрустнуло. Во всех углах зашуршало и зашипело, как сотни змей.
Михаил встал на колени, сжал в руке нож и вытянул его вперёд. «Может, кто разыгрывает меня, пугает... Пусть видят, я никого не боюсь» убедил себя.
Снова вышла луна. Но внутри его прочно засело чувство тревоги. Озирается по сторонам.
Чувствует, что кто-то смотрит в спину и дышит в затылок. Резко обернулся, никого.
Слышит, как скрипят и прогибаются половицы под тяжестью чьих-то шагов. Резко оборачивается, ни кого. Снова шаги и дыхание сзади. И снова - ни кого.
- Кто тут шалит? Я не боюсь ни кого! - делает вызов «невидимке» и довольный собой встаёт на ноги, - Выходи, шутник или сам струхнул?
Тут же чувствует, как ему в лицо кто-то угрожающе дышит. Запах серы и мертвечины ударил в нос. Мороз по коже пробежал у солдата. «Что за чертовщина? Не уж то, правда, черти тут обитают?» рассуждает сам с собой, «Ну, да ладно. Где наша не пропадала…». Крутит головой.
В дальнем углу вспыхнули огромные красные глаза. Они медленно ползут на Михаила, всё, увеличиваясь и увеличиваясь. Парень, как загипнотизированный смотрит не шевелясь.
Поднялся сильный ветер и стал закручивать его в воронку с такой силой, что он едва устоял на ногах. Ветер стих. Михаил успокоился и опустил руку с ножом.
Снова вихрь подхватил его. Поднял к самому потолку и бросил на пол. Больно разбил лицо и локти. Грохочет смех, как камнепад, сотрясая стены. Резкая, невыносимая боль в ушах, голове заставляет Михаила зажать уши, чтобы не оглохнуть. Он не замечает, что кровь течёт из ушей по щекам, капает на воротник. Он почти оглох. Тяжело дышит.
-Биться хотел… Давай, бейся, - усмехается «невидимка» прямо в голове солдата.
- Выходи, покажись, - требует Степанов, вытянув руку с ножом.
- Не пожалей о том, что увидишь, - шепчет в уши солдата голос и смеётся раскатом грома.
- Я смерти в глаза глядел, и тебя не боюсь, - нервничает Миша, не понимая как себя вести.
- Будь по-твоему. Но сначала поиграем, - отзывается «невидимка» и снова поднимает солдата под потолок, - Очень я играть люблю.
Михаил плотно прижат к потолку, отчаянно машет ножом во все стороны. Пытается вырваться, но что-то или кто-то цепко его держит. Началась «игра».
Его, как куклу бросает во все стороны: то бьёт о стены, то кидает вверх, то о пол, и каждый раз грохочет невыносимый смех . Неожиданно всё разом прекратилось.
Парень лежит. Выдохся, но нож из рук не выпустил. «Наигралась видать нечисть», облегчённо подумал, поднимаясь и вытирая кровь с лица. Руки, ноги трясутся, тяжело дышит.
«Ладно. Пора это заканчивать. Воткну нож, и айда отсюда» определился Михаил. Прошёл на середину избы, присел на корточки, размахнулся и всадил нож почти по рукоять.
Раздался хохот. Парень вздрогнул и закрутил головой.
- Вот! Теперь ты мой! – заорал, как в рупор голос.
- Чёрта с два! – возразил парень, - Я ухожу, и ты меня не удержишь!
- Ну-ну, беги! – насмехается голос, - Беги!
Михаил попытался встать, но не смог. Он изо всех сил напряг ноги, отталкиваясь руками, но тщетно. Сделал ещё несколько попыток. Бесполезно.
- Увидеть меня хотел? – зашипел угрожающе голос, - Смотри!
Налетел вихрь, свист, хохот, вой. Вой, словно взвыли все люди и звери. Угрожающие звуки хлестали солдата по телу, как шомпола. Рвали его плоть, как зубами и когтями раздирает стая волков. От каждого визга он вздрагивает. Морщится и стонет.
Что-то чёрное и огромное медленно ползло на солдата. И он точно осознавал, что это смерть.
***
Утром с первыми петухами собрались у зловещего дома трое ребят: Николай, Сёма и Сучков. Подбежала, запыхавшись, Наташа.
Вошли медленно вместе. То, что предстало перед ними, взорвало утреннюю тишину деревни душераздирающим криком парней и истерическим визгом невесты.
Выскочили и бросились бежать в разные стороны. Наташа добежала до ближайшего дома и упала, как кукла, у которой кончился завод. Упала без чувств, где её и подобрали. Поначалу, не могли понять, кто такая, не узнали. Девушка была абсолютно седая, как столетняя бабка.
***
Что нашли парни утром.
Первым шёл Николай, за ним Семён, потом Наташа и завершал процессию Владимир. Он с нетерпением смотрел на девушку и ждал завершения этой «комедии». «Ну, поревёт, потоскует с недельку, а там сосватаю. И никуда она от меня не денется», думает Сучков.
Вошли. По середине комнаты, спиной к ним, сидит Михаил, склонив голову на бок. Словно спит. Увидев соперника, Сучков разочаровался. Свирепеет от злости: «Надо же не сдох!».
Николай тихо позвал:
- Миша! Просыпайся!
- Мишка, вставай, – радостно выкрикнул Семён, подбежал, и легонько коснулся плеча, - Всё закончилось!
Степанов не просыпается.
Когда все обошли и заглянули в лицо, то обомлели.
Михаил сидел, пришпиленный ножом к полу. Нож, что дал Сучков, вошёл в полу шинели и пришпилил Михаила намертво. Но самое невероятное – это перекошенное, в кровоподтёках, синее от побоев лицо. Вместо глаз зияли кровавые дыры.
Вопли, слёзы, бегут прочь.
***
В доме Воеводиных.
Настасья Михайловна закончила свой рассказ и подошла к ребятишкам.
- Ну, всё конец! А кто слушал - молодец! – поправляет сбившееся одеяло, ласково смотрит на детей, - Теперь спать?
- Страшно… - промямлил Никита, - Я забоялся, чуточку.
- А мне и ни сколички не страшно, – кивает старушке Веня, - Я знаю, что такого не бывает – это сказка. И мне не страшно. Правда же, баба Настя?
Саша молча пожимает плечами и поворачивается на бок. Дети затихли.
Женщина отходит. Задумчиво идёт к постели и тихо бормочет себе:
- Конечно, деточки, сказки. Я сказки и говорила, - вздыхает, - Только, та седая, как «лунь» баба Наташа, что живёт через три дома от нас и есть, невеста, что потеряла любимого. В тот день она и побелела, как старуха. Сказки, всё сказки. Только выходит, не всякого врага можно смелостью одолеть… Вот беда то.
***
Той же осенью 1914 года.
Позже приехали жандармы, их вызвал староста. Дом оцепили и долго изучали. Тело увезли в город на экспертизу. Дали заключение, что парень не смог вырвать нож из пола, и умер от страха. Как то так.
Не смогли только объяснить загадочные факты. У бедного покойника были переломаны все кости. Изрезано всё тело и вырваны глаза.
Самое удивительное было то, что ни гимнастёрка, ни шинель не пострадали. Получается, что его раздели, изрезали, потом опять одели. Комиссия зашла в тупик.
Загадка…