Роман «Звёздочка» глава 148
Татьяна Ширяева ревела и твердила одно и тоже как заезженная пластинка:
— Накаркали-и, паразитки-и… Прямо как знала-а… И что же вы за бабы такие ненавистные-е, а?!
— В смысле, Тань? — недоумевая в чём их вина, возразила Зоя Костина. — А мы-то тут причём? Ты беременная, что ли?
— Ага-а, — голосила Татьяна, обвиняя своих сотрудниц. — Вы накаркали, вы-ы…
— Вот те раз… — хмыкнула Фрося Казакова, еле сдерживая себя, чтобы не рассмеяться. — Ты значит ноги раздвигала, а мы без вины виноватые?
— А кто ещё-то? Вы конечно… — огрызалась Татьяна, считая, что весь мир восстал против неё горемычной. — Не залетала-а, а тут враз тебе и пожалуйста-а. А вам всё хиханьки да хахоньки-и, хлебом не корми дай поржать…
— Да чего ты ревёшь-то, дурочка-а? Дети же — это к счастью! — успокаивая Татьяну сказала Костина.
— Да где оно счастье-то? Как не было, так и нет… — вытирая слёзы, сетовала на жизнь Ширяева. — Придётся на скоблёжку идти, а я там ещё не была-а…
— Ну так и не ходи, кто тебя силком-то туда гонит? — пытаясь успокоить Татьяну, спросила у неё Костина.
— Кто-кто-о, жизнь кто ещё-то? — не унималась Татьяна причитать. — Ванька сбежал, придётся аборт делать.
— Ну и сделаешь, все мы через это прошли да не по одному разу. — выговорила Фрося, в её глазах появилась грусть.
— Все да не все, меня вот лично мой Василий Петрович бережёт. — возразила Фросе мастер цеха Феня Фёдоровна Иванова, появившаяся следом за Татьяной.
— Да сказки-то не рассказывай нам, Ивановна, твой Василий Петрович уж давно ничего не может, а мог бы, так и ты бы на скоблёжку как на работу ходила, — с ухмылкой сказанула Фрося.
— И всё-то ты знаешь… — засмеялась Феня Фёдоровна, а потом взглянув на Ширяеву по-дружески сказала. — Хватит, Татьяна, выть да на нас всех злиться. Будет и у тебя ещё счастье, а может и уже оно у тебя есть, ты только приглядись как следует, — уходя, она распорядилась. — Работаем, девчата, работаем. Перекур будет, потом всё обговорим…
Толонбаева Кылычбека Тологоновича в кабинете не было пока контролёры обсуждали беременность Ширяевой. Он пришёл с совещания от директора в приподнятом настроении, напевая тихонько себе под нос песню:
— Увезу тебя я в тундру, увезу тебя-а одну-у, пёстрым Северным сияньем твои плечи обеpнy-у*…
Как только начальник скрылся за дверью в своём кабинете, Костина удивилась:
— Это кого это он в тундру везти собрался, девки, а? Влюбился, что ли или ещё чего?
— А ты взяла бы его да спросила, — съязвила Ширяева перестав реветь.
— Ага, спросишь у него, потом без премии оставит, я уж лучше промолчу, так-то оно лучше будет.
Татьяна выговорилась, перевела дух и взялась за работу, уговаривая себя в душе: «Реви не реви, а работать надо, ещё и сверхурочно сегодня останусь. Мало ли, может, с Кылычбеком пообщаюсь, терять-то мне теперь всё равно нечего».
***
Сотрудницы Татьяны разошлись по домам, а она продолжала работать дальше. Толонбаев увидев Ширяеву одну, облизнулся, поправил усы, а потом подошёл к ней и осведомился:
— А что это ты кольцо обручальное на левую руку надела?
— Муж от меня ушёл, — призналась ему Татьяна.
— На совсем что ли, или как?
— А от меня если уходят, то насовсем, я назад не принимаю, — заявила она начальнику.
— Пойдём-ка ко мне, Татьяна, в кабинете переговорим.
— Мне работать надо, я теперь и баба, и мужик…
Он подошёл к ней и прижал к себе:
— Ты не представляешь, как я скучал, царица моя.
— Откуда мне это знать? — произнесла она игриво, но запах одеколона «Дипломат» уже вскружил ей голову.
— Да ты мне во сне снишься, околдовала меня как безусого юнца…
— А зачем мне это? Я женщина порядочная, — набивая себе цену ответила она.
— Даже и спорить не буду, — он поцеловал её, и она расслабилась опять у него в кабинете…
После произошедшей вспышки любви, поправляя юбку, Татьяна нехотя обмолвилась:
— В пятницу я в больницу лягу ненадолго.
— А что так? — взволнованно спросил он, глядя ей в глаза.
— Да дела женские… — ответила она ему и вздохнула.
— Что ещё за дела? — испуганно задал он е вопрос.
— Беременная я… — призналась она ему и опустила глаза, но о своём сроке беременности утаила на всякий случай.
— От меня что ли?
— Да я-то откуда знаю? Может и от вас… Пока не рожу и не узнаю…
— Так может сын у меня будет, Батырбек? — вдруг оживился он.
— Не-а, вы же на мне не женитесь, а что я одна, что ли, его растить буду, да ещё и с таким имечком?
— Жениться, конечно, не женюсь, — признался он сразу. — Я же женатый, но помогать буду.
— С чего же я тогда рожать-то вам буду Батырбека? Мне своих хоть бы ребятёшек на ноги поднять, да и вдруг опять двойню рожу — мне не привыкать.
— Два сына сразу? — ошалел он.
— Да запросто, я парнишек сразу парой рожаю, — хвастливо заявила она ему.
Толонбаев почесал затылок мечтая о сыновьях, а потом попросил:
— Ты подумай, как следует до пятницы, и мне скажешь, что решила, — он задумался и выдал. — А то, может, махнём с тобой в тундру, а?
— Ага, щас вот, ещё только там я свои сопли не морозила.
— Грубо, царица моя, грубо… — покачал Кылычбек головой, и вдруг запел протяжно, надевая пальто. — Звёздный иней загорится на pесницах сеpебpо-о-ом, сколько хочешь самоцветов мы с тобою собеpё-о-ом.
— А что это вы всё сегодня поёте и поёте?
— Да сон приснился хороший…
— А-а-а, тогда понятно, — проговорила Татьяна. — А я тоже сейчас домой пойду, дети у меня одни дома.
— Иди, конечно, — он подошёл к ней и погладил её по животу. — Батырбек, мой Батырбек! Не хочет тебя мамка мне рожать… А может и правда там два моих сына сразу?
— Может, даже и не удивлюсь… — раззадорила она его.
— Да как бы узнать-то, как? — спросил он, глаза его наполнились слезами.
— Да никак… — осадила она его и выговорила. — Вы хотите и рыбку съесть и косточкой не подавиться, а так не бывает… — про себя же подумала: — Вот и попался на крючок, только бы не сорвался.
Примечание:
Слова из песни «Увезу тебя я в тундру» * — стихи М. Пляцковского
© 22.01.2021 Елена Халдина
фото автора
Запрещается без разрешения автора цитирование, копирование как всего текста, так и какого-либо фрагмента данной статьи.
Все персонажи вымышлены, все совпадения случайны
Продолжение 149 Сон Алёнки оказался вещим
Предыдущая глава 147 Татьяна привыкла к Ивану и без него жить не могла и с ним тоже
Прочесть "Мать звезды" и "Звёздочка"
Прочесть Разные люди. Санаторий