Наткнулся на размышления, что макароны и паста — это, собственно, одно и тоже, разница только в пиаре. Ну, как с хомячком и крысой. Кого автор при таком раскладе посчитал хомяком, а кого — крысой, я узнавать не стал.
Потому что макароны — это святое. С того самого момента, как в «Джентльменах удачи» Василий, кажется, Алибабаевич, с тоской произносит:
— А в тюрьме на ужин макароны!
Так что руки прочь от классических макаронов.
Это блюдо с исконно мужским духом: разлепить слипшиеся в единый монолит рожки или перья под силу только настоящему мужику. Макароны — символ тяжелого, монотонного труда и дешевой сытости. Когда от каждого — по максимуму, каждому — чтобы лапки не отбросил. Макароны — этакое воплощение мужской беспомощности на кухне. Каким бы безруким мужик не был, но макароны он себе сварит.
Итальянскую пасту так, как макароны, не приготовишь. Тут нужны многолетние традиции выпуска рожек, перьев, а так же их обломков из смеси муки и клейстера…
Признаюсь честно, вот все вышеперечисленное я не люблю. Я вообще не люблю не вкусную еду, и если кто-то говорит — расслабься, это просто еда, не понимаю того человека.
Еда должна радовать сначала — глаз, потом — нюх, потом — рот.
Так что голосую за пасту. Примерно такую:
Берем:
- Хорошие макароны из твердых сортов пшеницы — такие, коре не развариваются и не превращаются в кашу
- 200 мл куриного бульона (можно мясной, но у меня всегда в заморозке куриный)
- 200 мл сливок
- Пару ложек муки
- Пару ложек сливочного масла
- Пару зубков чеснока
- Тертого сыра — граммов 150-200
- Петрушки — пол пучка
Как готовим:
Пасту отвариваем.
В небольшом сотейнике растапливаем сливочное масло и в него забрасываем мелко порезанный или пропущенный сквозь пресс чеснок. Жарим минутку.
Теперь засыпаем муку и обжариваем.
Заливаем бульон, заливаем сливки, кипятим и забрасываем тертый сыр.
Подсаливаем и мешаем до тех пор, пока все не разойдется.
Когда соус готов, отправляем в него пасту, посыпаем мелко изрубленной петрушкой.
Приятного аппетита!