Сергей теперь каждый день летел домой как на крыльях, он любую свободную минуту старался провести с женой и сыном. Подрастая Егорка, так быстро менялся, что он едва успевал подмечать за ним каждый день, что-то новое. Вот кажется, вчера только начал гулить, а сегодня уже узнаёт папу, когда он берёт сына на руки, тот улыбается во весь свой беззубый ротик. Прошёл ещё месяц и сынишка самостоятельно переворачивается со спины на животик и обратно. Какое это невероятное счастье, взять на руки, такого маленького, такого невероятно родного человечка. Сын был очень спокойным. Плакал только когда требовал мамкину грудь или обмочит ползунки. Но кричал в это время басовито и требовательно. Дескать, я вам за день почти не докучаю, так будьте добры, обратите внимания на меня, при такой малости. Ночами когда Галина вставала для того чтобы покормить маленького мужичка, Сергей обязательно вставал вместе с ней. Ну не мог он пропустить, как сынишка жадно хватал мамкину грудь, и начинал сосать, при этом что-то урча и причмокивая, придерживая свою кормилицу ручонками. Как можно пропустить такое зрелище.
Галина после родов немного располнела, но её это ни сколько не портило, наоборот предавало всей её фигуре необычайную женственность. Он с трудом мог дождаться того времени, когда здоровье жены опять пришло в норму, что бы снова заняться с ней любовью. И теперь все их ночи походили на один сплошной медовый месяц. Они ласкали друг друга, и ни как не могли насытиться своими ласками. Каждый раз открывая, друг в друге, что-то новое.
Когда Егорке исполнился годик, Галина вышла на работу, Лукерья категорически запретила отдавать внука в детский сад. Каждое утро, Сергей привозил сынишку к бабушке. Она присматривала за ним днём, а потом стала часто оставлять его и на ночь.
- Серёжа, ну что мы мальчонку, будем туда, сюда талыскать, ему поспать утром надо, а вы его поднимаете да тащите через речку, а так он у меня поспит подольше, да и нам с дедом веселее, и прабабушка, с ним побудет. Ей уже тяжеловато ходить далеко, а тут рядом совсем, Егорушка Агашу сильно любит, только увидит, так сразу баба, баба, и катится как колобок на встречу. Выходные будете, так к себе его и возьмёте. Ваше дело молодое, поживите вдвоём, а мы по стариковски, с внучонком по нянькаемся с удовольствием.
- Мама, ну ты так говоришь, как будто нам ребёнок может чем то помешать. Я его пол дня не вижу и уже скучаю как будто месяц дома не был. А ты хочешь, что бы мы его только на выходные видели.
- Ну, сынок, ну пускай внучок у нас поживёт, ну дай ты нам вдоволь с ним поводиться. Мы уже не молодые, а вдруг завтра помрём, и с внуком побыть не успеем.
Лукерья так жалобно смотрела на сына с невесткой, что они были вынуждены уступить.
Нинка Беседениа, узнав, что Лукерья оставляет внука у себя по целым неделям. Не смогла отказать себе в удовольствии перемыть Галине косточки. Подойдя к бабам, стоявшим у магазина как бы из далека начала разговор, обращаясь к Валентине. Она работала санитаркой на медпункте.
- Валь, ты свово мальчонку у садик водишь, или с бабкой оставляешь.
- Да когда в садик, когда свекровь присматривает, он у нас беспокойный, она с ним не любит долго возиться.
- А вот врачиха твоя, сбагрила, мальца Лукерье, и в ус не дует, живёт в своё удовольствие. Небось, уже с муженьком ещё одного замастырили, чем им там у себя в лесу заниматься, акромя как этим самым.
- А твоё, какое дело, Нин, что ты всё к Огородниковым цепляешься.
Обратилась к ней Варвара, мать Маняши, лучшей подруги Галины.
- Лукерья сама Егорушку у себя оставляет, она едва упросила сына с невесткой, на это согласиться. Она души во внуке не чает, только им теперь и живёт. А тебе гляжу, зависть покоя не даёт, своих то внуков нет, да будут ли неизвестно, вот ты и бесишься. Смотри, дойдёт до Лушки, как ты её невестке косточки перемываешь, она быстро до тебя доберётся. Забыла, как она тебя отделала, за сплетни с инженером. Как бы опять, без волосьев тебе не остаться.
После этих слов женщины дружно рассмеялись. А Нинка, развернулась и побежала домой.