В предыдущей статье я рассказывал о центонах - поэтическом приёме, когда стихотворение комбинируется из строк разных (уже написанных и известных) стихотворений.
Другой метод комбинаторной поэзии заключается в перестановке строк и строф в стихотворении, в результате чего могут возникать новые смыслы и связи.
Проиллюстрируем это произведением известного эгофутуриста И. Северянина — «Квадрат квадратов». Здесь в каждой строфе одни и те же слова в строчках меняются местами:
Никогда ни о чем не хочу говорить…
О поверь! — я устал, я совсем изнемог.
Был года палачом, — палачу не царить…
Точно зверь, заплутал меж поэм и тревог…
Ни о чем никогда говорить не хочу…
Я устал… О поверь! Изнемог я совсем…
Палачом был года — не царить палачу…
Заплутал, точно зверь, меж тревог и поэм…
Не хочу говорить никогда ни о чем…
Я совсем изнемог… О, поверь! Я устал…
Палачу не царить!.. был года палачом…
Меж поэм и тревог, точно зверь, заплутал…
Говорить не хочу и о чем никогда!..
Изнемог я совсем, я устал, о, поверь!
Не царить палачу!.. палачом был года!..
Меж тревог и поэм заплутал, точно зверь!..
Ну и вершиной комбинаторной поэзии можно считать «Сто тысяч миллиардов стихотворений» Р. Кено — участника упоминаемой нами в первой части статьи группы УЛИПО. Автор создал десять «исходников», написанных в одной из самых жестких поэтических форм — сонетной. Все их строки, кроме одинакового размера, имеют одинаковую рифмовку и логическую завершенность. В результате каждый желающий может собственноручно создавать новые варианты сонетов, меняя и переставляя строки из разных «исходников». Таких вариантов действительно сто тысяч миллиардов. По подсчетам Кено, чтобы использовать их все, потребуется не менее 190 258 751 года!
И. Ильф, Е. Петров «Золотой теленок»:
«— Специально для вас, — ответил великий комбинатор. — Вы, я замечаю, все время терзаетесь муками творчества. Писать, конечно, очень трудно. Я, как старый передовик и ваш собрат по перу, могу это засвидетельствовать. Но я изобрел такую штуку, которая избавляет от необходимости ждать, покуда вас окатит потный вал вдохновения. Вот. Извольте посмотреть».
Т. Бонч-Осмоловская «Курс лекций по комбинаторной литературе», лекция 5:
«Р. Кено посвящает свои «Четыре тысячи девяносто шесть стихотворений для детей» и Т. Васильева. Четыре начальных стихотворения из шести строк каждое собрано нами здесь в таблицу, ячейки которой читатель может выбирать — любую одну ячейку из первого ряда (четыре варианта), любую одну — из второго ряда (4 X 4 = 16 вариантов) и так далее, всего 46 = 4096 вариантов стихотворений:
Вдохновленный этими идеями я сочинил ироническое «Пособие для написания попсовой песни». Ниже приведена таблица, пользуясь которой, вы можете составить несколько вариантов текста. Просто берете наугад по строчке из каждого очередного столбца и вперед.
Подобные формы действительно забавны. Они похожи на калейдоскоп, в котором несколько стеклышек образуют при повороте новые узоры. Так и строчки при перемешивании создают совершенно новые смысловые ассоциации. В данном случае сам читатель как бы становится соавтором. Подобный прием тотчас вызывает в голове образ всеобъемлющей и немного жутковатой «Вавилонской библиотеки» из рассказа Х.Л. Борхеса, в которой есть все написанные (и которые могут быть когда-либо написаны) книги.
Х. Л. Борхес «Вавилонская библиотека»:
«…все книги, как бы различны они ни были, состоят из одних и тех же элементов: расстояния между строками и буквами, точки, запятой, двадцати двух букв алфавита. …во всей огромной Библиотеке нет двух одинаковых книг. Исходя из этих неоспоримых предпосылок, я делаю вывод, что Библиотека всеобъемлюща и что на ее полках можно обнаружить все возможные комбинации двадцати с чем-то орфографических знаков (число их, хотя и огромно, не бесконечно) или все, что поддается выражению — на всех языках. Все: подробнейшую историю будущего, автобиографии архангелов, верный каталог Библиотеки, тысячи и тысячи фальшивых каталогов, доказательство фальшивости верного каталога, гностическое Евангелие Василида, комментарий к этому Евангелию, комментарий к комментарию этого Евангелия, правдивый рассказ о твоей собственной смерти, перевод каждой книги на все языки, интерполяции каждой книги во все книги, трактат, который мог бы быть написан (но не был) Бэдой по мифологии саксов, пропавшие труды Тацита».
Насколько серьезно можно относиться к подобной фантазии? Насколько возможно создание всеобъемлющих схем для творчества, подобных пособию Остапа Бендера для написания юбилейных од? По сути дела, похожие схемы, действительно, есть. По ним сознательно или неосознанно пишутся тысячи официальных речей, графоманских стихов или попсовых песен. Но имеет ли это какое-то отношение к творчеству? Вряд ли. Все разговоры о «конце культуры» или «бесконечном повторении» имеют отношение разве что к психиатрическим маниям, зацикленности на вымученной «чистой» идее, весьма далекой от жизни. Схемы и правила в творчестве — это методы, но отнюдь не статичные аксиомы.
В. Маяковский «Как делать стихи»:
«Еще раз очень решительно оговариваюсь: я не даю никаких правил для того, чтобы человек стал поэтом, чтобы он писал стихи. Таких правил вообще нет. Поэтом называется человек, который именно и создает эти самые поэтические правила».
Автор: Сергей Курий
Другие статьи из цикла «Поэтические диковинки»: