Всё вышло так как и думала Алёна. Когда она в сентябре приехала домой и сказала что выходит замуж, в семье поднялся невероятный шум и гам.
– Ну вот какое замужество, сама посуди. Тебе ещё три года учиться, ему два, что за семья у вас буде, он в казарме, ты в общежитие.
Возмущалась мама.
– Куда тебя несёт, тебе девятнадцать едва исполнилось. Это же не стародавние времена, когда замуж девку выпихивали едва ей шестнадцать исполнилось, а то и раньше. Успеешь ещё, наденешь этот хомут на шею. Его ведь потом не сбросишь, всю жизнь везти придётся.
Вторила её бабушка.
– Алёнка, ну ты ведь археологом хочешь стать, ведь с детства об этом мечтала. А теперь что, мечта по боку, ни профессии, ни образования?
Пыталась привести как ей казалось неоспоримые доводы мать.
– Мама, ну почему я останусь без образования, меня что из университета отчислят если я замуж выйду. Всё останется по-прежнему, буду учиться как училась. Ну а мечты что, кто в детстве не мечтает, буду работать учителем истории.
– Так он раньше тебя училище окончит, загонят его куда-нибудь за Урал, как ты дальше доучиваться будешь? Или он тебя в Харькове одну оставит на целый год, а сам уедет?Так тогда и до беды недалеко, найдёт себе другую, и всё твоё замужество. А дети пойдут, ты об этом не подумала? Нет, я не даю своего согласия.
Критично заявила мама.
– И я тоже.
Поджав губы, поддержала её бабушка.
– Кирюха, Колька, а вы что молчите, как воды в рот набрали. Вас что это не касается? Куда вот её несёт? Хоть бы слово сказали, молчат как два истукана.
Набросилась на мужа и сына Полина.
– Да что вы девку стращаете, если любит,то пускай выходит, зачем поперёк дороги им становиться. Перебьёте сейчас, а вдруг это судьба её. Ведь потом на всю жизнь несчастной оставите.
Возразил жене Кирилл.
– Так ведь замуж выйти, это тебе не на танцы сбегать. Сколько всего на неё навалится, ты об этом подумал, пень старый.
– А мы тогда зачем, неужели бросим внучку? Будем помогать. Я пока живой, хочу правнуков понянчить, и за внучкино семейное счастье чарочку пропустить.
– Да что с вами разговаривать, мужики, они и есть мужики, вам бы только глаза залить.
Отмахнулась от мужа Полина.
Одна только Оксанка осталась довольна.
– Правильно Алёнка, выходи за Бориса, он хороший, и мне очень нравится. А если маленький появится, я тебе помогу, мы его сюда, в деревню заберём,и я нянчить буду, а ты учиться.
– Вот и всё, и эта пигалица туда же. Тебя то кто спрашивает, советчица мне нашлась.
Замахнулась полотенцем Полина, на младшую внучку. Но вскоре к Нарышкиным пришла сестра Полины, Софья Пирогова, и всё разрешилось в пользу Алёнки.
– Вы ругаться то ругайтесь, да меру знайте.
Прикрикнула Соня на сестру и её невестку.
– Вы мозгами пораскинет немного. А вдруг у них уже всё сладилось, а вдруг она уже в положении? Вы об этом не подумали? Настоите на своём, не позволите пожениться, а она от позора руки на себя наложит. Как тогда жить с этим станете?
– Да что ты такое говоришь, не могла Алёнка себе такое позволить, мы её в строгости воспитывали.
Обиделась Полина
– Я это знаю, но в жизни ведь всякое случается. Полюбила, голову потеряла и всё, а вы тут со своими запретами. Будете потом локти грызть, да исправить ничего уже не получиться.
– Мам, а вдруг всё так как тётя Соня говорит, Алёнка ведь не признается, постесняется рассказать про такое.
Засомневалась Мария, и Полина призадумалась вместе с ней. Поэтому переговорив между собой, обсудив всё как следует, и сходив к Глафире, решили.
– Пускай уж лучше женятся, а то мало ли что.
И вечером следующего дня, сообщили Алёнке.
– Раз уже сами всё без нас решили, то женитесь, мы не против. Скажи Борису, что в следующие выходные, ждём сватов.
– Бабушка, а может не надо никаких сватов, мы просто подадим заявление и всё. А то ведь Бориса могут и не отпустить.
– А я сказала, чтобы сваты пришли, пускай всё будет по закону, как положено. Не надо чтобы по селу двор наш трепали. Начнут говорить, что видно не всё ладно у них, раз вот так, на скорую руку решили пожениться.
Настаивала на своём бабушка, и в этом она оказалась непреклонна.
Пришлось Алёнке с ней согласиться. По возвращению в город, она позвонила Борису, и сказал, о согласии родителей на их свадьбу.
– Только Борь, они настаивают на сватовстве, и будут ждать тебя в эти выходные. Ты как, сможешь?
Обрадованный тем, что скоро они с Алёнкой будут вместе. Борис прокричал в трубку.
– В лепёшку расшибусь, а всё что они требуют, выполню.
И в субботу, в дом Нарышкиных пришли сваты. Обговорив все условия предстоящего торжества, решили. Свадьбу будут играть в селе, для этого наймут колхозную столовую.
– Ты Глаша, у племянника одна, достаток у тебя не велик, поэтому все расходы мы на себя возьмём.
Сказал сватьи Кирилл.
– Нет сваток, так дело не пойдёт. Ну и что, что одна, племянник у меня тоже один единственный. Не переживай, есть у нас с ним сбережения, так что все расходы пополам.
На том и порешили.
– Теперь можно и заявление подавать, завтра пойдёте в сельсовет.
Сообщила детям Мария.
– Мам, но ведь завтра воскресенье, кто нас там ждёт, кроме сторожа, деда Пахома.
– За это не переживайте, я договорилась с Зинаидой Матвеевной, она придёт и заявление у вас примет.
Заверила она молодых.
Валентина тем временем осторожно пыталась выявить у одногруппниц, нет ли у них в селе бабки знахарки. Почти все ответили что ничего о такой не слышали, только Мила из Пристени, сказал что у них в посёлке есть женщина умеющая гадать на картах.
– К ней и лечиться ходят, говорят она сглаз снимает. А тебе это зачем?
Спросила она Валю.
– Да понимаешь, родители у меня не ладят, всё ругаются, может порчу кто навёл, хочу им помочь.
Не моргнув глазом, соврала она.
– Ну если это тебе так надо, тогда приглашаю к себе в гости. Я правда во всё это не верю, но вдруг и правда поможет.
И вот уже в следующие выходные, ехала Валентина в гости к своей одногруппнице в Курскую область. Когда они пришли к дому местной знахарки, то она попросила Милу остаться на улице. Когда Знахарка услышала её просьбу, ответила.
– Фотографию убери, я по ней ничего сделать не смогу. Мне нужно нижнее бельё того, кого приворожить надумала. Как достанешь, тогда приходи, а сейчас ничего делать не стану. Пришлось ей и отсюда убраться ни с чем. А когда по приезде домой, она узнала, что Борис посватался к Алёне и через месяц у них будет свадьба, то чуть умом не тронулась. Она побежала к Глафире, и умоляла её, отговорить племянника от женитьбы.
– Тётя Глаша, пропадёт Борька с этой Алёной. Не нужно ему на ней жениться, вы должны его отговорить от такого необдуманного шага.
– Да с чего ты это взяла девка? Нарышкины семья хорошая, и Алёнка у них умница. Борис её давно заприметил, как только первый раз сюда приехал. Любят они друг друга, так отчего же не пожениться.
– А я говорю не нужно ему этого делать, Алёнка эта ведьма, вместе со своей бабкой. Они приворожили его, я это точно знаю.
Глафира посмотрела на Валю как на помешанную.
– Что ты говоришь такое, отродясь за Полиной гадости этой не водилось, в одном селе живём, я это хорошо знаю. А ты иди деточка домой, успокойся, лекарство может какое выпей. Ты говорят на медичку учишься, так уж сообразишь, какое.
И Глафира, понемногу подталкивая, выпроводила Валю за калитку и захлопнула за нею дверь.
Придя домой, Валентина ничего не говоря заперлась в своей комнате, еле Надежда достучалась до неё. Расплакавшись, она призналась матери что любит Бориса, и жизни своей без него не представляет. Призналась что была у знахарок, местная её выставила, а та что в Пристени живёт, велела достать нижнее бельё.
– А где я его возьму мам? К Алёнке пойти больше не могу, она как видит меня, так сразу старается уйти куда из общежития. Не по голове же мне Бориса в тёмном переулке стукнуть, и раздеть догола.
Надежда выслушала дочь и сказала.
– Да любовь она такая, не спросит кого любить. Сама через это прошла, знаю. Я постараюсь помочь тебе, если всё получится, то достану майку Бориса у Глашки. Он к ней приезжает, вещички его там есть. Подкараулю когда она стирку затеет, и с верёвки унесу.
Обнадёженная матерью, Валя уехала в город