Утром Наташа встала рано, перевязала раны, промыв травяным снадобьем, и пошла в посёлок. Идти старалась быстро, насколько позволял обожжённый живот. За спиной у Наташи был рюкзак с ощутимой тяжестью. Она не решилась вырывать лист или переписывать нужный текст. На словах тоже не хотела пересказывать или объяснять. Тяжесть рюкзака была приятной. Обнадёживающей. Если Виталий не откажет ей в помощи, – а не должен, - если у них всё получится – они покончат с проклятием дома Адамовых навсегда.
До ночи они занимались уборкой. Тася ощущала некоторую вялость в мышцах – нормальный побочный эффект, если про такие эффекты можно так сказать. Поломано в доме было немало. И разбито тоже. Но мама всё убирала и ставила на место то, что осталось целым, быстро и ловко. Тася не была уверена, есть ли вообще какой-то толк от её помощи. Но что уборка отвлекала от невесёлых мыслей, это факт. Когда они всё вычистили и вынесли на улицу в мешках, повеселевшая мама спросила:
- Что на ужин хочешь?
- Ничего не хочу. Спать хочу.
- Нет. Так не пойдёт. Поесть надо.
И пошла в кухню. Тася присела на диван. Потом взяла подушку и прилегла. Она опять забыла взять у Ильи телефон. Как и у отца Виталия забывала каждый раз. Потому что, когда их не было рядом, - Тася думала об этом. Нужно взять номер, чтобы был контакт. Но стоило появиться Виталию или Илье, Таська так радовалась их появлению, что напрочь забывала о необходимости наладить связь. Сейчас бы написала Илье в вотсап, спросила бы лично, почему он опять уехал. Это ведь странно! Проделал такой путь, чтобы увезти их с мамой, а потом взял и уехал.
- Иди есть! – услышала она голос матери.
Пришлось идти к столу, хоть аппетита не было совсем.
- Перед сном не хочешь прогуляться?
Тася удивлённо посмотрела на Галю.
- Нет. Я устала. Спать хочу. Мам, ты чего?
- А чего я?
- Странная ты! – девочка отложила вилку. – Ты спокойная. Но в нашей ситуации нельзя оставаться спокойным. И ты нервничала и боялась, как и я. А потом тебя будто подменили. Вот я и спрашиваю, что с тобой такое?
- А знаешь! Хочешь спать? Спи! А я пройтись хочу. Это полезно, кстати. Дышать свежим воздухом.
Алла не могла сказать вслух, что очень соскучилась по тому, что люди принимают как должное. Она ходила ногами по земле, чувствовала опору, твердь. Ходила, ходила и никак не могла находиться. Тася подумала, что не хочет оставаться тут одна. Но у неё гулять по деревне не было ни желания, ни сил.
- Я в кресле подышу. – не получилось откровенного разговора.
Точно спятила мама. А вот телефон психиатра своего Тася имела, в отличие от других, жизненно важных, телефонов. Завтра она позвонит ему, и проконсультируется. Правда, как это сделать, не упоминая диких и страшных подробностей их пребывания в домике? Ладно. Там видно будет.
Алла проследовала через деревню к дороге. Через полкилометра был поворот на кладбище. В посёлок дорога шла дальше, а если свернуть направо, сразу начинался погост. Довольно старое кладбище, но ещё действующее. Тут были похоронены Виктор с женой. Алле хотелось посмотреть на его могилу. На последнее пристанище человека, из-за которого когда-то рухнула её жизнь. Она найдёт. Алла была в этом уверена. Хорошо, что Тася с ней не пошла. Хотя, если бы и пошла, что такого-то? Навестить могилу деда. Очень даже хорошее и правильное дело. Ага, ночью! Алла, ты спятила? Люди боятся ночью на кладбищах и суеверно не ходят в подобные места.
Ворота были закрыты. Ничего, тут, по периметру в заборе, есть дыры. Алла пролезла между прутьев, кем-то заботливо разогнутых, хваля Галю за стройность. Вот и ладненько. Главное, чтобы собаки по кладбищу не бегали.
Могила была в заброшенном состоянии. Никто не навещал Виктора и Марию десятилетия. Ладно, дочь, но сестра-то Машина что же? Алла точно помнила, что у жены Виктора была сестра. Та самая, которая устроила его к ним в контору. Складывалось ощущение, что сюда никто не приходил с момента похорон. Алле мало было запущенности захоронения, ей дико захотелось плюнуть на их могилы. Но она осмотрительно сдержалась. В человеческом теле можно видеть призраков только как человек. Может их тут сейчас тысячи, но Алла могла бы увидеть их только, если бы они сами захотели. Может Витя сейчас тоже тут. Следит за ней. Она про себя проговорила, как молитву: «Скоро всё закончится», и пошла прочь с кладбища.
Утром Наташа встала рано, перевязала раны, промыв травяным снадобьем, и пошла в посёлок. Идти старалась быстро, насколько позволял обожжённый живот. За спиной у Наташи был рюкзак с ощутимой тяжестью. Она не решилась вырывать лист или переписывать нужный текст. На словах тоже не хотела пересказывать или объяснять. Тяжесть рюкзака была приятной. Обнадёживающей. Если Виталий не откажет ей в помощи, – а не должен, - если у них всё получится – они покончат с проклятием дома Адамовых навсегда.
Она отстояла службу. Подождала, пока Виталий побеседует с какой-то плачущей пожилой дамой. Терпение, Наташа, не подпрыгивай. Ты сделала полдела – нашла ценную информацию. Остальное - дело техники. Вот и батюшка освободился. Дал Наташе знак следовать за ним. Они вошли в трапезную, прошли в угол. Там бы их никто не услышал, но Наташу тут обуяло сомнение: всё ж таки она собиралась обсуждать не особо богоугодные дела. Да ещё и гримуар припёрла.
- Ну? Чего ты мнёшься? Случилось чего?
Виталий забеспокоился.
- Ладно. – Наташа воровато огляделась и вытащила гримуар, открыла на нужной странице, вынув закладку. – Смотри. Вот что нам надо сделать.
Виталий прочёл текст на латыни. Посмотрел на Наташу. Снова прочёл. Он потрясённо молчал. Наташа убрала книгу обратно. Она в страхе ждала. А ну как откажет? И к кому тогда обратиться?
- Уверена, что сработает?
- Эта книга передавалась из поколения в поколение. Всё, что там написано, совершенно точно работает.
- А где мы будем искать могилу этой женщины?
- Подумай. Пошевели мозгами-то. Ты батюшка. К тебе кто только не приходит. Уж поди найдёшь, кого подключить для таких поисков. Но я думаю, начинать надо отсюда.
Виталий снова взглянул на Наташу с недоумением.
- Со здешних жителей. С Виктора, например. – с нажимом сказала она. – Ладно, переваривай пока. А я побегу. Она за мной следит, аки коршун. Приходила вчера. Ритуала ждёт.
- Дела. – Виталий потёр затылок. - Ладно. Будем на связи.
- И поторопись. Надо побыстрее сделать.
Обратно Наташа буквально летела. Разговор с батюшкой её окрылил, тяжесть рюкзака не чувствовалась вовсе. С этого и надо было начинать – не додумались. Не дом жечь, а кости. Останки, к которым привязан каждый призрак, блуждающий по этой земле.
Заранее всех благодарю за подписку на канал и комментарии!
Подписывайтесь на мою группу вконтакте.
Навигация канала - много прозы и стихов
Канал существует в том числе благодаря поддержке читателей. Благодаря вашей щедрости автор не сдаётся и продолжает писать.
Карта сбербанка 2202 2005 1113 0344
Не стесняйтесь присылать и 10 и 50 р, я признательна за любую помощь
Выражаю огромную благодарность всем неравнодушным!