Грета, моя предыдущая собака, доберман, с самого детства была трусливой. Она боялась каждого незнакомого человека, машин, громких звуков, любого нового окружения.
Он страха и неуверенности она могла либо в панике броситься наутёк, либо с грозным лаем наброситься на того, кто с её точки зрения представляет опасность.
Тревожная, трусливая, реактивная, импульсивная, иногда агрессивная, энергичная – моя собака была была похожа на взрывоопасную смесь, которая могла вспыхнуть от любой неожиданности.
Мы с ней отходили на площадку по ОКД почти год, но результаты имели мизерные. Грета оставалась ласковой и умной собакой, самой красивой и обаятельной на свете, но она всё так же шарахалась от людей и машин, бросалась на собак и кошек, удирала в панике от громких звуков и незнакомых субъектов, обративших на неё внимание.
Ни о каком послушании и речи не было. Она выучила нужные команды, но не могла их нормально выполнять. Выдержки никакой, рядом шла несколько шагов и взрывалась, прыгая на месте, при подзыве летела ко мне со всех ног, но тормозила, наскакивая этими ногами на меня, бума боялась, наотрез отказывалась по нему ходить.
И я поняла, что система обучения, по которой мы почти год занимались на площадке, моей собаке не подходит. Именно с этого момента и зарождаются многие кинологи. Старая система не работает, других готовых вариантов нет, зато есть трудная собака, которой надо срочно помогать, потому что мы опоздали примерно на один год.
Когда я спрашивала инструктора:
– Что делать, если Грета боится всего вокруг и из-за этого не выполняет мою команду?
Ответ был простой:
– Пусть она боится не выполнить команду сильнее, чем чего-то другого.
Вот так. Надо было поверх одного страха наложить другой. С таким слоёным пирогом мне было не справиться. Пришлось самой изучать новые методы дрессировки и сразу применять их в жизни, а рядом со мной был любимый, но очень строгий учитель – моя собака.
Нам помогла дрессировка на положительном подкреплении, где вообще нет места страху. Собака не боится совершить ошибку и тревоги в её жизни становится всё меньше и меньше. Зато укрепляется и растёт взаимопонимание с хозяином и налаживается хороший контакт.
Помню, как спустя ещё пару лет мы с Гретой выступали на сцене. Раньше она боялась даже зайти в помещение со зрительным залом, вырывалась от меня и убегала. Потом ей было трудно преодолеть себя и взойти на сцену.
Я учила Грету трюкам, снимая всю важность с этих упражнений, но сохраняя чёткие и понятные правила выполнения. Моя собака научилась владеть своим телом, думать, делать правильный выбор. Наконец-то она начала уставать, потому что на прогулке я с ней много занималась, а концентрация внимания забирает кучу сил. Уставший доберман – это спокойная и довольная жизнью собака.
И вот мы выходим с Гретой на сцену. Помню, наш танец назывался полонец. Несколько пар – человек с собакой шли друг за другом под музыку и исполняли что-то похожее на настоящий полонез. Моя Грета, в красивом розовом платье, прошла возле меня несколько шагов, а потом подошла к самому краю сцены, гордо подняла голову и замерла.
Может, она вспомнила, как раньше панически боялась подойти к этому краю, может, увидела в темноте зрителей. Когда находишься на сцене, то тебя оглушает музыка и ослепляет яркий свет. Зрительный зал похож на огромную чёрную дыру, из которой периодически доносятся аплодисменты.
Не знаю, что в тот момент было у неё на уме, но знаю одно, что она была офигенно красивой собакой. И весь наш танец она так и простояла в шикарной стойке с гордо поднятой головой в своём нарядном бальном платье, не шевелясь, как статуя и внимательно вглядывалась в зрителей.
Танец закончился, и Грета ушла со мной за кулисы. Зрители долго восхищались красивой собакой, на фоне которой все остальные участники танцевали полонез. Никто так и не догадался, что это был экспромт.
Все собачьи страхи мы с Гретой, конечно, не победили. Но преодолели очень многое. Грета была моим учителем, иногда весьма строгим. Трюковая дрессировка открыла мне новые границы в работе с собакой, мы с Гретой стали лучше понимать друг друга.
Постепенно простых трюков нам показалось мало, мы научились делать связки и дошли до настоящих танцев. Моя собака осталась трусливой, но она научилась с этим справляться. И глядя на неё на сцене, никто бы и не подумал, что перед ним трусливая собака. Все вокруг говорили, что она очень умная и красивая. Потому что так оно и было.