Постотпускная хандра: почему ее нельзя игнорировать

На прошлой неделе я ни разу не открыла свой ноутбук. У меня был идиллический отпуск, и все, что я читала — это романы, а не Twitter или электронные письма. Мое тело и разум погрузились в состояние глубокого расслабления, свободное от обилия стрессов повседневной жизни.

Потом я вернулась на работу, вошла в Slack и почувствовала прилив тошноты. Мой пульс зашкаливал, пока я читала общие, групповые и индивидуальные сообщения, и большую часть первого дня я не могла сконцентрироваться и чувствовала себя перегруженной. До отпуска я считала, что чаты в Slack пожирают время, но все же они забавны. После отпуска все это множество онлайн-сообщений и персонажей стало ощущаться как разрушительная атака.

Возвращение к работе после отпуска может стать шоком для организма, и существует множество статей, которые посоветуют вам, как бороться с этими побочными явлениями. Статья в Huffington Post предлагает «5 умных советов по возвращению к работе», в то время как The Guardian предлагает читателям: «Перестаньте мечтать об изменениях в карьере» и отложите в сторонку желание «два раза в неделю ходить в спортзал». Эта точка зрения, однако, изображает страдания на рабочем месте как негативный опыт, который следует перетерпеть и подавить, а это упускает главное: хандра от возвращения на работу может быть неприятной, но она вовсе не необоснованна. Апатия — это зачастую закономерный ответ на сложную среду, который заслуживает серьезного внимания. Вместо того, чтобы пытаться игнорировать свои страдания и подавлять эмоции, чтобы смириться с работой, не приносящей удовольствия, стоит прислушаться к вашим чувствам неудовлетворенности и изменить свою трудовую жизнь.

Это не новое отношение к грусти, хотя оно часто игнорируется. Более века назад, в 1904 году, поэт Райнер Мария Рильке писал о грусти как об эмоциональном состоянии, которое приводит к изменениям. «Почему вы хотите вычеркнуть из своей жизни любую тревогу, боль и меланхолию, ведь вы на самом деле понятия не имеете, какую пользу вам приносят эти состояния? - писал он в личных письмах. - Почти все наши печали — это моменты напряженности, которые мы считаем парализующими, потому что мы больше не слышим, что наши удивительные чувства живут... мы стоим в середине перехода, где мы не можем оставаться».

Печаль и другие негативные эмоциональные состояния — это признаки того, что что-то не так. Иногда, конечно, никакая активность не может справиться с тем, что вызывает такую печаль. Но, когда это в наших силах, мы должны воспринимать эти эмоции как призыв к изменениям. В книге 2008 года «Против счастья: во славу меланхолии» Эрик Уилсон утверждает, что увлечение современной Америки счастьем привело общество к недооценке важности меланхолии. Она решительно отличается от депрессии, которая, по словам Уилсона, создает ощущение апатии в ответ на непростую тревогу. С другой стороны, он пишет: «Меланхолия (в моих глазах) порождает глубокое чувство в отношении этой же тревоги, сердечные волнения, которые приводят к активному оспариванию статуса-кво, постоянному стремлению создавать новые способы бытия".

Неудовлетворенность, возникающая в результате возвращения на работу, может повергнуть вас в такую меланхолию, проливая свет на проблемы, которые у вас накопились за дни, недели и месяцы тяжелого ежедневного труда. Шок от возвращения может послужить ярким напоминанием о том, что вас изматывает поездка из дома на работу и обратно и вам нужно заняться велоспортом, что ваши наиболее значимые проекты постоянно откладываются из-за текущих дел, или просто вы ненавидите свою работу, и стоит подумать о переменах.

В моем случае возвращение к Slack заставило меня задуматься, перевешивают ли преимущества этой простой непрерывной коммуникации ее недостатки. Я осознала, что рабочие переговоры в Slack находили меня в любом месте, и это полностью уничтожило границу между работой и личной жизнью. Я решила сократить время использования Slack, оставлять больше сообщений в группе непрочитанными и регулярно, а не изредка, устраивать дни вовсе без Slack. Это требует силы воли и самоконтроля, которые могут исчезнуть по мере того, как я привыкну к офисной жизни, и поэтому я также приняла решение не переустанавливать Slack на свой телефон. (Мой редактор согласился с тем, что приложение Slack в телефоне совершенно не нужно, поскольку он всегда может написать или позвонить мне, если появится что-то срочное, пока меня нет в офисе.)

Я надеюсь, что это изменение поможет мне быть более сконцентрированной, сосредоточиться на работе над написанием и исследованиями, вместо того, чтобы постоянно отвлекаться на сообщения, и что это поможет уменьшить беспокойство, которое появилось с возвращением к работе. Однако, если это не так, я не намерена игнорировать свою постотпускную хандру. Я планирую придерживаться этого свежего взгляда как можно дольше. Даже если это немного меланхолично.