... В этот момент Фидель, «следуя состоянием» за словами наставника, уже снова почти «потерявший ощущение себя», вдруг почувствовал, как с резкой болью была сдёрнута с головы верёвка, давление которой - растворялось в ощущении яркости и лёгкости - «обода воспринимаемого нимба».
Лежащий с закрытыми глазами революционер, ни физически, ни эмоционально, - не отреагировал на неожиданную вспышку боли во «внимаемом свете». И снова зазвучал «глубоко проникающий», спокойный голос Люция:
- Прямо сейчас, позволь состоянию любви - неограниченную свободу…
После этих слов, «остатки сознаваемой самости» Фиделя, стали стремительно растворяться - в безмерно распространяющемся состоянии любви. Всё как будто бы - слилось и растворилось - одновременно…
И вот он, опять стоит «испуганным мальчиком» на краю крыши высокого дома. Но сейчас, снизу перед ногами - не видно земли, там - непроглядная пустота. И сквозь этот - начинающий усиливаться на краю бездны - давно забытый «ужас высоты», вдруг - напомнило о себе - состояние любви, в котором, ещё задержалось - совсем немного внимания. Но этот, «слегка мелькнувший маячок», снова привлёкший к себе направление внимания, позволил «боящемуся мальчику» - осознанно и легко - выбрать состояние любви. Его стремление к постижению - лёгкости состояния любви, быстро переросло сильное ощущение восхитительной свободы. Чувство страха и даже понятие о таковом, незаметно исключилось из текущего переживания. Нарастающее ощущение свободного состояние любви, как будто начало сливаться с давно забытой, но такой родной... - бесконечностью. Той бесконечностью, в которой свобода от всего… Уже почти не неактивное «переживание мальчика у края бездны», глядящего в непроглядную бесконечность, вдруг осознало: там нет меня, и здесь - не я, я есть - одна любовь. И «остатки активности текущего самосознавания», с восторженной уверенностью «шагнули в бездну» - сразу трансформируясь – в «короткое, неописуемо-яркое состояние освобождения неизмеримого масштаба - от завершающейся самоограниченности, с неразличимым моментом перехода в «блаженно бесчувственный покой».
из "Доля ангелов: Свобода сознания" (Дмитрий Гаун).