Глава 3.
Через несколько дней уже весь поселок гудел, как потревоженный улей. Таисия, зайдя в сельмаг, и встав в привычную очередь, услышала впереди себя возбужденные голоса:
Начало. Предыдущая глава.
- А слышали, что Гришку-то Муромцева взяли за большущую растрату?
- Ага, говорят - 10 тыщ недостача...
- Ешкин-матрешкин, а как же Тася таперича с детьми?
- Да не переживай за ее, у них там, подикось, в закромах заныкано на всю оставшуюся жизнь... И детям, и внукам хватит... Нам такие богатства и не снились...
- Вот же ж паразиты, крохоборы... шоб им пусто было!
- Ага, наживаются на людЯх, гады...
- Да, говорят, ничего не нашли...
- Помяни мое слово, как все уляжется, укатит в город, там подикося уже фатера городская есть со всеми удобствами. Это ж такие деньжища, нам нужно 10 лет работать, не есть, не пить, и то не заработаем...
Тая стояла в очереди, слушала весь этот бред, замерев от ужаса и глотая слезы. Вырваться из удушающей толпы не было сил. Кто-то, обернувшись, заметил ее дикий взгляд и начал шикать на раздухарившихся сплетников, толкая их в бока. Все стали оборачиваться.
Ноги у Таи подкосились, все поплыло перед глазами, и она начала медленно оседать на пол... Кто-то подхватил ее под руки.
- Да замолчите вы все, - услышала она, как сквозь вату, до боли знакомый голос, - налетели, как воронье... В чем Тайка-то виновата?
***
Очнулась Таисия уже в больнице. Медленно разлепила тяжелые веки.
- Ну вот и умница, вот и порядок, - услышала она незнакомый мягкий голос.
К ней наклонилась женщина в белой маске, оттягивая ей веки и внимательно заглядывая в глаза.
- А где мои дети? - вдруг встрепенулась Тая, похолодев от ужаса.
Она внезапно вспомнила, что пошла в магазин, оставив детей одних, а Мишу за старшего, пообещав вернуться через полчаса.
- Тихо-тихо, - успокоила врач, укладывая вскочившую женщину обратно, - вам совсем нельзя волноваться, о малыше подумайте. Мы и так все делаем для его спасения...
- Но у меня детки... совсем одни дома, маленькие... - в отчаянии прошептала Тая.
Врач обернулась к медсестре и кивнула на дверь:
- Позови... там...
Медсестра кинулась к двери и вскоре на пороге появилась встревоженная Катя Ермолова, бывшая одноклассница и закадычная подруга детства. Тоже бывшая.
- Так вот чей я голос тогда слышала, - мелькнула мысль у Таи, и на душе потеплело.
В школе они дружили, но после замужества Тая одну за другой растеряла всех своих подруг.
- Нечего тут трещать, как сорокам, - говорил недовольно Григорий, когда заставал в гостях девчат, - ты теперь мужняя жена, о муже должна думать, а не о подружках...
Потом родился Мишутка. Катя стала его крестной. Хоть и не ходили люди в церкви, но все же обычаи старались соблюдать, хотя бы символически.
Поссорились подруги из-за Григория. Кате он не нравился, и она постоянно учила Таю, как правильно, на ее взгляд, вести себя с мужем.
- Ты слишком много берешь на себя семейных обязанностей, - говорила она, - мы вот с Костей все вместе делаем, с первых дней - стираем вместе, убираем, даже готовим... А ты все на себя взяла. А он, как боров, лежит себе на диванчике - книжечки почитывает. "Устал" он, видите ли, - передразнила она.
- Он с Мишкой лежит, ему сказки читает, - защищала мужа Тая, - я устаю за день от ребенка, который хвостиком за мной ходит, поэтому отдыхаю, когда стираю или готовлю и меня никто не дергает.
Однажды Катя не выдержала и высказала Григорию свои претензии, а тот взбеленился и... выгнал ее. Катя больше не пришла, а при встрече с Таей хмуро ей ответила:
- Ты прости, Тая, но я не приду больше, сил моих нет его видеть.
Так постепенно их дружба сошла на нет. Виделись редко, могли годами не встречаться. И вот... случай их все же свел.
Тая жутко обрадовалась, увидев бывшую подругу.
- Как ты? - Катя взволнованно присела рядом, взяла ее за руку.
- Уже лучше, - прошептала Тая и облизнула пересохшие губы, каждое слово ей давалось с трудом, - за детей только переживаю. Они там... одни остались.
- Да все нормально, - успокоила ее подруга, - я к своим их отправила. У нас поживут пока. Ты главное - выздоравливай.
- Спасибо тебе большое, - у Таи отлегло от сердца, она с благодарностью сжала ее ладонь, - спасибо...
Таисию положили на сохранение, а через несколько дней она родила семимесячную девочку. Тяжелый стресс сделал свое дело.