115
- Неужели ты думаешь, что сможешь победить меня? - прошелестел ветер.
Услышав это, девушка вздрогнула, натиск снаружи усилился, но и поддержка от круга женщин тоже стала сильнее.
- Не бойся, - прошептал внутренний голос, - мы рядом! Бери нашу силу!
После этих слов воздух пронзила ослепительная вспышка. Будто молния сверкнула, но не погасла, а соединила символ, который держала рукой Света со знаком, что был когда-то на поясе Ирвинга, а сейчас остался тенью на его фигуре.
Ветер взвыл. Колдун задёргался, пытаясь скинуть ярмо. Но связь прочно держалась, приковывая его к той, которую он преследовал столько веков.
В этом натянутом световом канале было многое: родственная связь, что соединяла Вету и Стефа; связь двух погибших, матери Иммы и колдуна, ведь пока они падали в ущелье, получили повреждения и смешали свою kровь друг с другом. А также проклятье, брошенное Ветой Ирвингу с костра на площади. Такие слова, сказанные перед гибелью связывают людей крепче родства. И даже сердечная связь между Аланом и Иммой, которую разрушил своим колдовством молодой ещё тогда колдун, присутствовала в канале, что сквозь века притягивал души преследователя и жертвы друг к другу. Это делало их встречу неизбежной, а противостояние - беспринципным.
Поэтому оба продолжали давить, не имея возможности вырваться. Колдун призывал тёмные силы. Девушка взывала к свету. Некоторое время силы были равны. Ни один из соперников не хотел уступать.
Много помощников было на стороне Ирвинга, его подпитывали все те души, которые он поработил за время своего странствия по времени. А также злость и ненависть, разлитая по современному миру, которая была в изобилии в окружающем пространстве. Это бесконечный источник темноты, из которого не останавливаясь пил колдун, восполняя себя.
На стороне Светы была изначальная магия, данная женщинам. Та, что из покой веков продолжала жизнь на планете, питала и растила, любила и утешала, врачевала и наполняла. По природе своей она была сильнее, но колдун брал объёмом.
И в момент, когда тело девушки начало подходить к черте слабости физических сил, утекающих с каждой каплей kрови, на помощь ей пришли духи гор. Те самые, что когда-то уже пытались настигнуть Ирвинга, когда он преследовал двух беглянок. Сейчас они проснулись от векового сна, разбуженные магическим поединком в месте их обитания, и встали на сторону света. Духи обступали колдуна, чувствуя в нём родственную им бесплотную природу, и желая взять реванш.
«Прах к праху, дух к духу», - подумала Света, видя появление новых фигур-полутеней. Поскольку они приближались именно к Ирвингу, не обращая на неё внимания, то девушка не испугалась их появления. Да сил на эмоции у неё не было.
Она сосредоточилась на том, чтобы через символ провести в настоящий мир силу первозданного огня, вокруг которого танцевали жрицы. И с помощью него попробовать уничтожить колдуна.
Ирвингу же пришлось не сладко с появлением духов. Пусть они не были особо сильны, но мешали его борьбе. Колдуну пришлось отвлечься от Светы, чтобы прижать к горам новых соперников, лишая их возможности вредить ему. Потом она вновь вернулся своим вниманием к противнице.
Но этих пары мгновений, хватило жрицам, чтобы нанести решающий удар. Огонь, который горел на их поляне, через символ ворвался в натянутый между Светой и колдуном канал. Пламя, не причинив вреда девушке, так как было частью её силы, устремилось к Ирвингу. И через знак на его пряжке вонзилось прямо в центр его фигуры.
Ветер взвыл. По горам пронеслось дикое эхо. Повторяя то ли стон, то ли крик ярости. Символ на поясе колдуна запылал. И погасить его было нечем. Изначальный огонь не поддавался тёмному колдовству. Главное, что должна была сделать Света, это выпустить пламя из заточения, а дальше огонь начинал сжигать на своём пути всё тёмное.
Дух Ирвинга скорчился и упал на колени. Пламя расходилось по всей его бестелесной оболочке. Стон повторился вновь, судороги объяли колдуна. Он уже не мог давить всей своей силой на Свету, а пытался найти возможность погасить пламя. Он хотел разорвать канал, связывающий его с противницей, или заставить её убрать руку с символа, на который она опиралась, тогда пламя бы перестало терзать его.
Не сумев сделать это намерением, дух, собрав свои силы, начал двигаться в сторону девушки. Пламя пылало вокруг него, уничтожая сантиметр за сантиметром его тени, но темнота внутри него ещё сражалась и разум вёл обезумевшего колдуна вперёд.
Он видел перед собой единственную цель - склонённую над пылающим символом Свету, которая своей kровью оживила начертанное на снегу, и теряя жизненные силы, держала открытым проход для магической силы. В борьбе с Ирвингом она отдавала самое дорогое, что у неё было - жизнь. Другая цена за изначальную магию слишком мала.
Дух смог приблизиться к ней на расстояние нескольких шагов. Но подойти ближе не мог. Защитный купол, что она создала вокруг себе перед началом схватки, охранял девушку, не допуская проникновения врага.
Ирвинг попытался дотянуться до неё своей силой, сковать дыхание, остановить сердце, и этим перекрыть поток, идущий от символа. Но его послания не прошли сквозь невидимое заграждение. Сама она не смотрела вперёд, чувствуя, что слабеет, Света сосредоточила всё своё внимание на заговоре, который неустанно повторяла и на поляне с костром, откуда шёл огонь.
Женщины, что были там, направляли свои силы на её поддержку. Казалось, что кроме Веты и Иммы, там была и бабушка самой Светы. Она стояла поодаль, и тоже что-то шептала.
В какой-то момент девушка почувствовала жар, что исходил от приблизившегося к ней Ирвинга. Его фигура была больше, чем на половину разрушена. Огонь с рвущими душу звуками пожирал темноту внутри колдуна. Но оставшейся частью тот пытался добраться до своей противницы. Подняв глаза, девушка встретилась с призрачными глазами, направленными на неё, и волна страха сковала дыхание Светы. Именно этот взгляд преследовал её столько времени, а до этого Имму и Вету.
Почувствовав своё влияние на склонившуюся над символом женщину, и то, что канал стал слабеть, колдун обрадовался и смог преодолеть расстояние, разделяющее их. И когда он уже
собирался рухнуть на неё, забирая с собой в царство теней, Ирвинга будто что-то толкнуло в сторону. Это были духи гор, которые смогли освободиться от сковывающего заклятья, наложенного колдуном.
Света увидела несколько бледных теней, наскочивших на сжигаемого огнём колдуна. Не выдержав такого напора, он повалился на бок, и, протягивая извивающиеся туманом руки в сторону Светы, пытался схватить её и утянуть за собой, но у него это не получилось. Корчась от языков пламени, Ирвинг рухнул в пропасть, подталкиваемый духами гор.
Воздух вздрогнул от прозвучавшего крика. Вечернюю темноту озарила яркая вспышка. И девушке пришло осознание, что колдун погuб. Изначальный огонь полностью сжёг его, а падение в пропасть разметало пепел по поверхности гор.
- Мы свободны, - пронеслось в голове Светы.
В этот момент её рука, опирающаяся на символ, совсем ослабла и подкосилась. Дыхание стало тяжёлым. Границы времени начали закрываться.