Моя двоюродная сестра Оксанка всю свою сознательную жизнь страстно мечтала о ребенке. Мне кажется, она начала еще в школе: все рисовала пухлые детские мордашки. Этот бзик у нее обострился, когда все вокруг внезапно забеременели. Ее лучшая подруга Леська, наша кузина Надька, все институтские приятельницы вдруг оказались в положении. Кто-то уже замуж выскочил, кто-то и без штампа решился на ребенка, но из всей нашей компании вскоре не осталось ни одной не озабоченной поиском коляски и пеленок. Ну, я не в счет, потому что я никогда не составляла Оксанке компанию. Мы хоть и родня, но не особо близки... Я пыталась сестру вразумить: мол, всему свое время. Делай пока карьеру, дура! Но она никак не выходила из депресняка: мол, у всех есть пара, а я никому не нужна.
Удивляюсь, чего ей так приспичило?! И без того все детство нянчилась с младшим братом. Из-за этого никак не могла обзавестись парнем: вечно ей приходилось таскать за собой сопливого малыша. Когда я сделала свой первый аборт, Оксанка просто с цепи сорвалась: уж как она меня ругала! А когда на старших курсах я сделала второй, мы разругались насмерть. Я не могу сказать, что очень страдала от мук совести, но заявление врачихи: «Детей больше не сможешь иметь», конечно, меня напугало. А как же муж? Ведь у меня будет муж когда-то... Что он скажет? Когда пришел черед, идти замуж, я сразу объявила своему избраннику: грешна, мол, не станешь ты отцом. Нужна я тебе такая? Он сначала: «Да, разумеется! Я люблю, и неважно, будут ли дети...» А потом стал страдать. И мы потратили уйму денег на врачей, лекарства и сомнительных целителей. Конечно, начались проблемы. Муж не то чтобы упрекал меня, но глядел с осуждением. Я чувствовала...
Ссоры оканчивались истерикой и слезами в ванной. Дальше — больше: мне стало известно, что у него есть любовница... Она, как мне потом доложили, забеременела аж двойней. Супруг, узнав об этом, совсем от меня ушел. Так настала черная полоса, и утешала меня одна... Оксанка. Она все еще была не замужем, так что временно переехала ко мне. Забыли мы про наши ссоры, зарыли томагавк войны... И все мечтали, как наша жизнь наладится когда-нибудь.
Однажды она мне говорит:
- А знаешь, мне приснился малыш. Чудесный мальчуган лет 4 с копной рыжих, торчащих во все стороны волос.
Я мрачно кивнула:
- Поздравляю! Значит, исполнится твоя мечта. Папашу тебе во сне не показали?
Оксанка хмыкнула как-то грустно:
- Нет, ты не поняла... Это был твой малыш. Тебя, правда, рядом не было, но я точно знала, что это твой мальчик.
Я так психанула, едва не двинула ей:
- Ты что, мать твою, не в курсе?! У меня не будет детей! Справку показать?
Я прямо задохнулась от обиды, а она обняла меня и проникновенно так сказала:
- Тихо-тихо, ну наделала глупостей в свое время. Бог простит. Уже простил... Я видела твоего сына!
У меня больше не было сил беситься. Я просто поплакала у нее на плече. И никогда больше мы к этому разговору не возвращались. Пока... Пока я не встретила однажды в парке мужчину своей мечты. Стоял солнечный май, в кустах, рядом с которыми я проверяла контрольные своих учеников, послышался детский смех, заразительный, звонкий. Я обернулась. Оттуда вылетел рыжий мальчуган, пиная перед собой мячик. Вихрастый, щекастый, веснушчатый, а за ним папаша - просто Брэд Питт! Они, заигравшись, не рассчитали удар, и мяч влетел мне между ног. Мальчик рассыпался смехом-колокольчиком, а мужчина покраснел и стал извиняться.
Ну, слово за слово - познакомились. Оказалось, Кирилл один воспитывал сына, мамаша его сбежала с каким-то продюсером или композитором в Москву. Певичка, что ли, была... Если коротко: я понравилась молодому папе, а он поразил меня. Это была любовь с первого взгляда.
Мы встречались пару месяцев, пока он не предложил переехать к нему. Так я обрела мужа, сына и самую дружную семью, какую видела в своей жизни. А Оксанку с тех пор, считаю просто ясновидящей. Она, кстати, спустя пару лет тоже замуж вышла… Растит дочку.