Незаметно на улице появились длинные тени от деревьев, и солнце окрасило небо в оранжево-жёлтые краски.
- Оставайся ночевать у нас. - предложила Гульфия Анваровна, и дочь благодарно посмотрела на родительницу.
- Мне так плохо. Верила мужу, а теперь совершенно одна, да ещё с двумя детьми.
- Не отчаивайся, а про предателя забудь.
И эти слова матери успокоили Гузель. Она обняла детей. Старший прильнул к ней.
- Мамочка, а папа когда придёт?
- Даже не знаю, иди лучше поиграй.
А младшая ещё ничего не понимала и только чмокала губами.
Вскоре Айрат освоился и поминутно подходил к Ильмиру Фаридовичу.
- Дед, а это у тебя что?
- Очки.
- А для чего они?
- Газету читать.
- А можно я их надену? - И мальчик потянулся к очкам.
- Не тронь, - замахал руками дедуля, - это мои, а тебе нельзя. Ещё разобьёшь.
- Дай! - и Айрат заревел.
- Мы тебе купим маленькие, - пыталась успокоить его Гузель.
- Давай лучше в шофёра поиграем. - и дед поднёс к внуку огромный грузовик. - Садись и вези. - лукаво улыбнулся в усы Ильмир Фаридович.
- Это же игрушечная маленькая машина, и ты не поместишься. - серьёзно задумался Айрат.
- А мы понарошку. - не сдавался дед.
- Я так не хочу. - и Айрат отодвинул от себя игрушку.
Ильмир Фаридович махнул рукой и вышел во двор. Он посмотрел на зимнее небо, повздыхал.
- Да, жалко дочку.
Пошёл в сарай, проведал кур, вроде всё в порядке, и вернулся.
- Где ты ходишь? - с милой улыбкой спросила жена. - Ужинать пора.
Ильмир Фаридович зашёл в зал и ахнул. У машины оторваны два колеса, книжка со сказками (он сам купил внуку) превратилась в лохмотья.
- Зачем ты позволяешь Айрату безобразничать? - строго спросил отец у Гузели. - Тебя этому что ли в колледже научили?
- В детсаду одни порядки, а дома всё можно. - беспечно ответила Гузель.
Все легли спать, и неожиданно ночью громко расплакалась Динара. Гузель поднялась и носила дочку на руках.
- А-а-а! - слышалась её мелодичное убаюкивание, но малышка не унималась.
Бабушка с дедушкой проснулись почти одновременно. Ильмир Фаридович отправился подышать свежим ночным воздухом, а Гульфия Анваровна принесла воды с ложечкой.
- Дай ей напиться, успокоится.
- А ты вскипятила?
- Нет. - удивилась бабуля. - У нас водичка чистая. - и взялась за ложечку.
Гузель решительно отодвинула руку матери.
- Не вмешивайся, я сама разберусь.
Гульфия Анваровна обиженно поджала губы и засеменила в свою комнату, а Динара громко захлёбывалась в плаче.
Так ночью никто не сомкнул глаз. Дедушка несколько раз выходил на улицу и наблюдал за звёздами. Они подмигивали ему из таких глубин космоса, о которых простой человек даже помыслить не в состоянии.
Уже под утро Ильмир Фаридович не выдержал.
- Может внучка заболела и надо врача?
- Да она так постоянно плачет, мы уже привыкли.
- Но ведь это ненормально. - не унимался дедушка. - Мальчишка весь дом перевернул, а девчонка спать не даёт.
- Да угомонись ты, - урезонивала Гульфия Анваровна мужа, - забыл, что ли, как свои дети росли? И баловались, и игрушки ломали, и дрались между собой.
- Я с этим не согласен. - ворчал дедушка. - Завтра же скажи Гузельке, пусть отправляется в свою квартиру.
- И тебе её не жалко? - зашептала бабуся. - Мы же не можем бросить её на произвол судьбы.
- А я не для того вышел на пенсию, чтобы не спать по ночам. Ты вот всё позволяла дочке, и она даже мужа удержать не смогла.
- В семье не только мать воспитывает, но и отец. - не осталась в долгу жена.
- Ладно, давай спать. - миролюбиво посоветовал муж. - Вроде внучка угомонилась.
Вскоре он захрапел, а Гульфия Анваровна размышляла, как помочь дочке. Но усталость навалилась и на неё. Мысли рассеялись, и она тоже заснула.
Утро началось с топанья ног Айрата.
- Кушать хочу!
Поднялась растрёпанная Гузель.
- Подожди, я сейчас суп подогрею.
Опять целый день в доме царила неразбериха, но никто из родителей не осмелился указать дочери на дверь.
Вечером у бабушки разболелась голова, и она прилегла. Тогда Ильмир Фаридович не выдержал.
- Дочка, у тебя есть своя квартира, отправляйся туда. Вдруг Рафис одумается, а тебя там нет?
- Скоро у меня квартиру отнимут за неуплату, тогда мне куда идти? - тревога сквозила в каждом слове Гузели.
- Никто тебя с детьми не выгонит, - рассудил Ильмир Фаридович, - мы что-нибудь придумаем, поможем.
Гузель и сама поняла, что без жалостливых взглядов родителей ей станет легче. Она одела детей, и отец проводил всех. За эти два дня он так утомился, что выпил кефир и завалился спать.
Вроде бы всё нормализовалось, но Гульфия Анваровна неотступно искала выход. Понятно, что надо заработать деньги, но как? Какие у неё возможности?
- Придётся мне опять выходить на работу, - вздохнула она за завтраком, - а то кто Гузельке поможет?
Ильмир Фаридович удивился.
- Тебя же на завод не примут, да ты и сама уже не выдержишь. Я, конечно, могу пойти в сторожа, только у меня другое мнение. Пусть молодые сами выкручиваются, а нам пора отдыхать.
- Ну и что? Выйдет Гузель на работу в детсад, а толку? Всей её зарплаты не хватит на ипотеку. - передвигала чашки на столе Гульфия Анваровна. - Придётся схитрить, - улыбнулась хозяйка, - я пойду на рынок торговать вязаными носками, манишками. А ты тоже не оставайся в стороне.
- Нет! - возмутился хозяин. - Оставь меня в покое.
- Ильмир, - обратилась к мужу Гульфия, - подумай, вдруг Гузельку выгонят из квартиры за неуплату? Ей куда идти? К нам. А за два дня мы поняли, что это такое, маленькие дети. Лучше я буду вязать в тишине, а ты готовь обеды, корми кур, делай всю домашнюю работу. Ведь это не тяжело.
- Не о такой пенсии я мечтал. - вскочил хозяин.
- Я тоже, - подхватила Гульфия Анваровна, - но мы не можем бросить дочь в беде.
Продолжение.
Предыдущие главы.