Наталия Васильева: Увидела я публикацию "Старые квартиры: При открытых окнах мешали спать Кремлевские куранты" с фотографиями Куйбышевского проезда (теперь Богоявленский переулок) и вспомнила одну историю, случившуюся году в 1995-1997-м.
Напротив входа в метро "Площадь революции" (проезд Куйбышева) располагалась вентиляционная шахта, сверху закрытая крышкой в виде прочной металлической сетки, запертой на висячий замок. Однажды одна из моих сотрудниц, выйдя утром из метро, услышала мяуканье, заглянула в эту шахту и увидела на дне, в темноте, два обращённых вверх круглых жёлтых глаза. Кошка! Конечно, узнав о ней, наши сотрудницы утром, идя на работу, в обеденный перерыв, вечером стали подбрасывать туда через ячейки сетки корм, а вот с питьём было хуже. Воду или молоко просто лили вниз, и было непонятно, удавалось ли пленнице попить. Так продолжалось дня два. Затем была разработана операция по её спасению.
У служащих на станции узнали, кто и когда обслуживает шахту и открывает этот люк. Нашли этих рабочих и за определённое вознаграждение уговорили открыть крышку, достать кошку и принести нам на работу, что они в тот же день исполнили. В принесённой ими старой грязной сумке оказалась чудесная кошка породы английская голубая, но довольно дикая. У меня дома уже был кот, причём не кастрированный, и я не могла забрать её к себе, другие сотрудницы тоже не могли этого сделать по своим причинам. Чтобы не увидело начальство, кошку принесли в комнату, где работала я и сотрудницы, которые принимали самое активное участие в деле. Кошка забилась под стол, но всё же воду попила. Настало время окончания работы. Животинку решили оставить в кабинете. Дождавшись прихода уборщицы, договорились, что она не выпустит кошку в коридор и будет молчать о её существовании.
Утром обнаружили кошку сидящей на подоконнике. Покормили. Она, конечно, дичилась, пряталась, но всё же поесть и попить выходила. Но во второй половине дня её пребывания у нас, кошку вдруг начало тошнить, начались судороги. Нашли телефон срочной ветеринарной службы, и через час-полтора приехала врач. Осмотрела страдалицу, сказала, что это, скорее всего, отравление. Дело было весной, в марте, и в метрополитене травили грызунов (обычная плановая процедура). Видимо, кошка съела отравленную мышь, за что и поплатилась.
Надо было сделать укол. А кошку при этом кому-то держать. Помочь осмелилась только я, все остальные выскочили из комнаты - зрелище было не для слабонервных. Врач благополучно сделала уколы, влила ей в рот лекарство и сказала, что инъекции надо делать ещё 8 - 10 дней трижды в день, выписала рецепт, но сама приезжать отказалась. Сотрудницы всего нашего управления скинулись на лекарства, кстати, недешёвые, шприцы, корм. Осталась одна проблема - делать уколы, за это никто не брался. И я начала это нелёгкое для дело, ведь я одна видела, как колола врач. Кошка была ещё слабая, поначалу процедуры не составляли труда.
Но вот подошли выходные. Все разъезжались по домам. А кошка? Надо по крайней мере дважды в день делать уколы, кормить, убирать. Из наших сотрудниц, участвовавших в судьбе кошки, одна я водила машину, да и удобно было ехать до работы. И мои выходные дни прошли в поездках и общении с кошкой, которая постепенно окрепла и уже была очень недовольна уколами, пыталась сопротивляться.
Между тем, диковатая британка стала понемногу к нам привыкать. Позволяла брать себя на руки, гладить и даже сама забиралась на стулья, на стол, привлекала к себе внимание. Так прошли около двух недель.
Наконец, кошка выздоровела и встал вопрос, куда её девать. У моей племянницы нашлась знакомая семья с детьми, которая захотела взять нашу питомицу. Кошка сначала в этой семье тоже дичилась, пряталась под ванну, но постепенно привыкла и осталась там жить. Кажется, кличку ей дали Луна, по форме и цвету глаз.