Обозревая свой небогатый гастрономический опыт,
не могу не вспомнить завтрак, случившийся в Москве зимой 1987 года.
В стране – перестройка. Пустые магазины. Из государственных денежных довольствий – только пенсии. В ходу талоны, выдаваемые по прописке. Где живешь, там и отовариваешься. Там и кушаешь, собственно)))
Но ездить люди не перестали. Случилось и мне пуститься в дальний путь. А любой наш путь лежит, известно, через матушку-Москву.
Прикатив в столицу еще до зари, в ожидании следующего поезда, побрела я по заснеженным улицам столицы. Не на промозглом же вокзале сидеть, в хмуром окружении путешественников поневоле.
Брожу по любимому «пятачку»: Петровка, Камергерский, Кузнецкий, Дмитровка ect. Тогда это были тихие улочки, с тихими, почти сельповскими, магазинчиками и случающимися сюрпризами в них – то какао пачку отхватишь; то разговоришься со старым москвичом такого благородно-дореволюционного вида, что просто праздник души.
Брожу, значит. Скучаю. Мёрзну.
Воскресное утро. Движухи никакой. Стылый воздух полон настороженности и недовольства. И когда настроение совсем уж посерело, ноги промокли, а руки закоченели, вдруг чудо: книжный магазин! Чему сильнее удивилась, что – открыт, или что книжный, уже не помню, но мигом была внутри. Никаких книг практически не увидела, зато было тепло и чем-то одуряющее пахло. Сверху. Куда вела широкая лестница.
Поднявшись, я очутилась… в столовой. Да. То была частная столовка, передовой десант только что опубликованного Постановления «О создании кооперативов общественного питания». В провинции о постановлении еще знать не знали, а Москва уже вовсю шустрила.
И вот здесь-то со мной случился гастрономический удар.
Не по талонам, а за деньги, причем небольшие, я получила чашку (граммов четыреста) натурального (!) кофе и кусок хорошо прожаренного цыпленка.
Это было вкусно. Настолько, что и через 30 лет не позабылся и этот вкус, и восторг, и благодарность перед умеющей удивить и накормить столицей.
Иногда я пытаюсь повторить тот гурманский экстаз, но - не то, не то. На уютной кухне – не получается!
Я больше не голодный проезжий, месящий серые московские сугробы; а столица теперь – незатухающая новогодняя ёлка, дорогая и богатая. И удивляет она (Москва не может не удивлять) изысками гораздо более изысканными, чем кусок банального цыпленка, запитого кофе...