- Мы будем жить по Домострою, - сказал Роман Даше. – Я буду зарабатывать деньги, ты – вести хозяйство. Все решения буду принимать я, а ты подчиняться. Так жили наши предки…
- По заветам протопопа Сильвестра, - закончила за него Даша и легко согласилась, - хорошо. Завтра увольняюсь с работы и начинаем.
С послезавтрашнего она уходила в отпуск. Отработав последний день, Даша с легким сердцем пошла домой, по дороге забежала в книжный магазин.
Вечером Рома пришел к ней с вещами.
- Ты уверен, что наши предки именно так начинали совместную жизнь? – усомнилась Даша. – Вроде бы муж должен жену в свой дом привести. Ну ладно.
- Все денежные средства будут у меня. Покупки я буду делать сам, денег тебе на руки не выдам, ты все равно растранжиришь, - вразумлял ее Рома перед сном.
- Окей, - веселилась Даша.
Утром, прогуляв Штирлица и приготовив омлет, она приступила к делу.
- Давай, говори мне, что будем есть и что делать сегодня, - взяла Даша Рому за грудки.
- Сама решай, ты же хозяйка, - попытался отмазаться Рома.
- А ты хозяин, и все решения принимаешь ты, включая что нам есть на обед и ужин, - возразила Даша, открыла книгу и процитировала, - «Каждый день и каждый вечер… мужу с женою советоваться о домашнем хозяйстве, а на ком какая обязанность и кому какое дело ведено вести, всем тем наказать, когда и что из еды и питья приготовить для гостей и для себя». Сильвестр плохого не посоветует!
- Что это за книга? – поморщился Рома.
- Так Домострой же! – вскричала Даша и продемонстрировала ему обложку.
Крыть было нечем, пришлось составлять меню. Даша написала список продуктов, отправила Рому на работу, помахала вслед платочком и завалилась спать.
Вечером Рома пришел и с порога спросил:
- Ужин готов? Накрывай.
- Какой ужин, когда продуктов нет, - покачала головой Даша. – Давай что купил, сейчас приготовлю.
Куриного супа и салата пришлось ждать больше часа.
- А где котлеты с рисом? Мы же договорились, что они будут на второе, - подозрительно прищурился Рома.
- А где мясо и рис? Что ты принес, из того и приготовила, - парировала Даша.
- Ты цены в магазинах видела? – обиделся Рома. – Я и так больше чем на пятьсот рублей продуктов купил.
- Цены видела, - с достоинством ответила девушка, - но котлеты без мяса и рис без риса готовить не умею.
***
- Может, сегодня сама за продуктами сходишь? – спросил Рома на следующее утро.
- Ненене, я же все деньги растранжирю, - испугалась Даша, - ты хочешь, чтобы я их спустила на бабские хотелки?
Рома поскучнел, взял список продуктов и пошел на работу. А Даша взялась за подвернувшийся перевод. Заказчик был давний, платил хорошо и вовремя.
***
- Голова болит, похоже, температура поднимается, - пожаловался Рома через день, - у тебя есть что от головы и жаропонижающее?
Но вместо таблеток Даша принесла книгу и зачитала:
- «Если Бог нашлет на кого-то болезнь или какое страдание, врачеваться следует Божьею милостью да молитвою и слезами, постом, подаянием нищим да истовым покаянием, с благодарностью и прощением, с милосердием и нелицемерной любовью ко всем… и петь молебны, и воду святить честным животворящим крестом и со святых мощей и с чудотворных образов, и освящаться елеем; по святым чудотворным местам по обету ходя, молиться со всею чистою совестью, и тем получить от Бога исцеление самым разным недугам». Елея у меня нет, держи градусник. Про него ничего не сказано, наверное, он достаточно праведный. Молебны будешь петь? Ладно, не дуйся, держи лекарство, если станет хуже, вызовем врача.
***
- Мой начальник сегодня…- сказал Рома еще через пару дней, придя с работы, и выдал красочную непечатную тираду, точно и всеобъемлюще характеризующую умственные способности и душевные качества его начальника.
- Ты так больше не скажи! – возмутилась Даша. – Если ты начнешь критиковать начальство – это первый шаг к моральному разложению тебя и твоей семьи. Эдак дойдет до того, что я решу, что и мне тебя критиковать можно. А к начальству нужно относиться… - Даша опять открыла книгу, - «Также и князьям покоряйтесь, воздавая им должную почесть, ибо посланы Богом карать злодеев и награждать добродетельных. Князя своего прими и власти свои, не помысли на них зла… кто противится власти, тот Божью повелению противится». Так что не подавай мне дурной пример.
***
- Слишком много денег уходит, - вздыхал Роман после двух недель жития с Дашей.
- А потому что… - Даша начала зачитывать, - «А в повседневном своем хозяйстве…и в ремесле, и в приходе-расходе, в займах-долгах – все заранее распределить, а потом уж и жить, хозяйство ведя согласно приходу и расходу… Если же кто, не оценив себя и не рассчитав добра своего… начнет, на людей глядя, жить не по средствам, занимая или беря незаконным путем, то честь его обернется великим бесчестием со стыдом и позором». Рассчитывать надо лучше и жить по средствам.
- Да что ты мне в нос тычешь эту книгу дурацкую, - вскипел Роман, выдернул из рук Даши книгу и швырнул в угол, после чего замер, прижатый к дивану мощными лапами Штирлица, и стал смиренно, исконно, посконно и домотканно созерцать огромные желтые клыки и длинный розовый язык, с которого слюна капала ему на футболку.
- И ничего не дурацкая, а очень даже полезная. Ты же сам сказал – будем жить по Домострою. Вот по нему и живем. Ты название-то прочитал? – говорила Даша, бережно поднимая книгу и вытирая ее рукавом. – Или ты что-то против заветов протопопа Сильвестра имеешь? Человек старался между прочим, время тратил, писал, перья и чернила на свои кровные покупал. Штирлиц, кончай футболку слюнявить, мне ее стирать, я же хозяйство веду.
***
- «Коровам же, гусям и уткам, и курам, и свиньям, и собакам корм давать и в хлевах стлать солому и подгребать ее, и поить – ставить воду. Для скотины и для собак держать для того особые миски, и чистой посуды не поганить» - читала Даша внимательно слушающему Штирлицу. – Эх, жаль, Рома от нас ушел. А так хорошо жили, по заветам предков. Все правильно ведь чувак пишет, слушай дальше, - «…но в конюшне и возле соломы из фонаря ни в коем случае не вынимать огня, чтобы чего не случилось. А бревна бы и дрова и доски, и дранку, и щепки, и обрубки досок и бревен и все разложить в стороне, где удобно, не на дороге». Неглупый был человек Сильвестр, очень неглупый. Видишь, даже о противопожарной безопасности и эргономичном расположении сырья на производстве побеспокоился.
Штирлиц согласно кивнул и сказал: «Ррры-рру». Что в переводе означало – зачем ты ваще етаво малахольнаво притащила, и хорошо, што он ушел, места больше стало, а шума – меньше.
Рассказ о том, как очередной Дашин ухажер рвался вернуться к истокам:
Все истории о Даше читайте в подборке