— Пусти! Пусти! Пусти!.. — кричал, отбиваясь от пытавшихся схватить его сотрудников полиции, невысокий и лысоватый мужчина лет тридцати пяти.
Несмотря на тщедушный вид, он ужом выкручивался из рук и, с неожиданной силой взбрыкивая, всё так же монотонно продолжал:
— Пусти! Пусти!
Затем и вовсе принялся бегать вокруг припаркованной неподалеку машины с красным крестом на боку. Девушка в синей «пижаме» и средних лет мужчина, водитель скорой, наблюдали за происходящим, но выходить из автомобиля не спешили. Вскоре бегун был пойман и повален, трое парней в форме навалились на него, с трудом удерживая судорожно бившееся тело.
— Пусти-и-и… — уже хрипел он. Его рот был забит жёсткой пожухлой травой, безумец кусал землю и бился об неё головой.
Никто и не подозревал, что эта история началась гораздо раньше.
Немногим больше тридцати пяти лет назад — сельская девчонка Любаша приехала в райцентр учится в ПТУ на повара. Впервые придя на городскую танцплощадку, она познакомилась там с местным парнем — Николаем. А через полгода, когда ей исполнилось восемнадцать, вышла за него замуж.
На свадьбе всё было как надо — невеста слегка беременная, жених в костюме, гости кричали «горько».
Свекровь забрала к себе старенькую маму, а её домик отдала молодой семье, в которой скоро родился первенец. Тяготея к необычному и прекрасному, Любаша назвала его Эдуардом. Её мужу было всё равно, как зовут сына. Николай был молчаливым и нелюдимым человеком. После работы всё свободное время он проводил в сарае, строгая и выпиливая что-то непонятное. Раз попытавшись отвлечь его каким-то вопросом, Любаша с трудом увернулась от молотка, который в ярости запустил в неё муж. Больше таких ошибок она не совершала.
«Главное, что не пьёт», — так девушка себя утешала.
Через пять лет она родила и второго сына — Игоря.
А ещё через несколько месяцев Николай повесился в своём сарае.
Но беда ни приходит одна, так говорят. Чем старше становился Игорь, тем яснее было, что с мальчиком что-то не так. Его обследовали сначала в районной больнице, а потом и в краевой. Умственная отсталость, причём наследственная, так сказали врачи.
Вскоре после этих событий, свекровь попросила Любашу приглядеть за своей матерью, самой ей нужно было куда-то отлучиться. Старушка не узнавала собственную дочь, но отлично помнила далёкое прошлое и не только своё. Вслушавшись в непрекращающийся монолог той, Люба узнала, что у её матери была сестра «дурка», как она ту называла. Их родители рано умерли, и одной сестре пришлось заботиться о другой.
Из-за этой «дурки» мать старушки не могла выйти замуж. Никому такая обуза не была нужна. И однажды женщина просто отвезла сестру в соседний областной центр, где и оставила на улице, а сама вернулась домой. Вышла замуж, родила троих детей, из которых выжила только эта, уже впавшая в детство бабулька.
Что случилось с больной сестрой её матери, как она объяснила отсутствие той, как жила после содеянного — не спрашивайте, у меня нет ответов.
Далее скелеты из шкафа посыпались один за другим. Бабушка с деменцией рассказала, что у её дочери, Любашиной свекрови, был ещё один сын. Когда выяснилось, что у него УО, родители от него отказались. Он был помещен в ПНИ, где и умер. Да и старший Колька тоже был с дуринкой.
Когда свекровь вернулась, Люба задала вопрос, почему та не предупредила, что Николай не совсем здоров, что от него не следовало рожать, и… Получила ответ: «Ты тогда замуж за него не пошла бы, а что же, ему одному было жить?»
Прошли годы.
Люба, теперь уже Любовь Петровна, вырастила сыновей.
Младший Игорь — толстый послушный увалень — вполне безобиден. Ему тридцать, любит ходить с мамой, держась за её руку. Но ещё больше любит покушать. Завтракает, обедает, ужинает несколько раз в день. Присутствует почти на всех похоронах в городе (как узнает о них — загадка), но разумеется никто из-за стола его не прогоняет. Приходит к обеду в трапезные в оба городских храма. Берет под запись чипсы, шоколадки и газировку в небольшом частном магазинчике. В конце месяца мать отдаёт деньги и слёзно просит больше ничего Игорьку в долг не давать, ей обещают, но кто же откажется от выручки?
Старший сын, Эдуард, женился. Когда жена была беременна второй дочкой, он, в ответ на какое-то невинное замечание, набросился на неё и едва не задушил. Отец женщины, гостивший у них в тот момент, спас дочь, табуреткой оглушив зятя, а потом увез её с внучкой к себе, в другой город.
После развода Эдик вернулся к матери. Соседу сказал, чтобы тот продал свою машину, потому что ему не нравится её цвет. Периодически повторял эти требования, а однажды взял топор и пошёл к припаркованному возле соседского дома автомобилю. Сосед, не решившийся выйти и заступиться за свою «ласточку», позвонил в полицию.
Так окончательно слетевшего с катушек Эдуарда и задержали.
А ведь где-то теперь растут и Любашины внучки…
Первая история из серии: https://dzen.ru/a/Y8FjQ4LOKgvbz2XN
