За окном автобуса проплывали поля, засаженные хлопком. Ирина повернула голову и принялась разглядывать ярко-синее небо и черно-белые в полоску поля. Хотя еще с детства Ирина знала — стоит ей полминуты потратить на разглядывание мелькающих хлопковых насаждений, ей непременно станет дурно. Девушка закрыла глаза и попыталась отвлечься мыслями о предстоящем отпуске. Шутка ли — выиграть в лотерею путевку за границу! Правда, заграницей оказался солнечный Узбекистан, но это не меняло дела. Для Ирины такое путешествие было сродни волшебству. Во-первых, в отпуске она последний раз была пять лет назад, а во-вторых — это был шанс окунуться в беззаботное детство.
Дело в том, что семья Ирины первые десять лет ее жизни жила именно в Самарканде. Город старины, восточных красот и, конечно, плова. Регистан, медресе, мавзолей Тимура… от этих слов щемило в душе и наворачивались слезы. Конечно, Ирина понимала родителей, которые перебрались в Россию в нестабильные девяностые, но малую родину всегда вспоминала с ностальгией.
— Могу погадать, если хочешь, красивая!
Из детских воспоминаний Ирину выдернул хриплый женский голос, который раздался прямо над ухом.
— Это вы мне?
Хозяйкой голоса оказалась старая женщина, которая сидела рядом с Ириной. Странное дело, девушка точно помнила, что когда она садилась на свое место, рядом сидел молодой парень. Теперь же тут сидела пожилая узбечка в национальном костюме, по цвету больше всего напоминающему оперение павлина — много зеленого, синего и белого цвета. От наряда соседки рябило в глазах не хуже, чем от хлопковых полей.
— Тебе. Белым девушкам не гадаю, но тебе могу, — оскалилась старуха беззубой улыбкой.
Сама не понимая, что делает, Ирина протянула незнакомке ладонь. Та лишь усмехнулась и перевернула ладонь вниз и с любопытством принялась разглядывать золотой перстень на безымянном пальце. Это кольцо Ирина купила себе месяц назад на тридцатилетие, и стоило оно три месячных зарплаты.
— Ручку позолоти… — вкрадчиво прошептала старуха.
С Ирины точно спал морок — да бабулька просто мошенница. Увидела, что девушка не местная, одета хорошо и тут же решила, как говорится, упасть на ухо. И почему все местные считают, что приезжие — обеспеченные люди?
— Извините, не стоит, — Ирина выдернула руку из скрюченных пальцев незнакомки и на всякий случай засунула ее в карман. — Я сейчас выхожу.
Ирина спешно поднялась и начала продвигаться к выходу. Хорошо, что автобус уже заехал в город и здесь уже можно было выходить на любой остановке — до отеля все равно можно было добраться только на такси. Не зря с детства ее предупреждали: не стоит связываться с магами, колдунами и прочими увлеченными эзотерикой товарищами. Ничего хорошего от них не почерпнешь, зато можно запросто остаться с пустыми карманами.
— Сама смотри, — неожиданно равнодушно отреагировала старуха. — Да только если не сделать ничего, беда тебя ждет. Сначала будешь думать, что жизнь наладилась, узбека полюбишь, и ребенок народится… Все как у людей. Только обманет он тебя.
Девушка только хмыкнула. Видать, бабуля совсем не обладает способностями. Ирина была уже не в том возрасте, чтобы терять голову в отношениях. Тем более, что она была в свободном плавании почти год — все не складывалось. Уж слишком избирательной была Ирина — один слишком высокий, другой бедный, третий — просто несимпатичный. А тут — узбек! К восточным красавцам Ирина была вообще равнодушна, поэтому не восприняла слова старухи всерьез.
Но, как говорится, не говори гоп, пока не перепрыгнешь. Проведя чудесную неделю в Самарканде, Ирина уже собиралась ехать в аэропорт. Но напоследок решила заехать в последний раз полюбоваться на Регистан. Когда в следующий раз доведется увидеть такое архитектурное чудо? Ну а самое главное — Ирине не терпелось загадать желание. Ведь среди местных было популярным поверье , что если встать лицом к одному из медресе и подумать о самом заветном желании, то оно непременно сбудется. О чем еще могла мечтать девушка, которая давным-давно выдала замуж всех своих подруг? Конечно же, о семейном счастье.
Зажмурившись на всякий случай, Ирина встала в центре площади и мысленно представила себя в белом свадебном платье.
— Вам помочь?
Рядом стоял высокий загорелый мужчина без возраста с абсолютно седой головой. На вид мужчине можно было дать как тридцать, так и сорок лет.
— Помочь?
— Да, у вас что-то течет из чемодана…
Ирина опустила глаза и ахнула. Похоже бутылка узбекского коньяка, которую она собралась отвезти в гостинец отцу, безнадежно разбилась. И девушка еще не добралась до аэропорта. Трясущимися руками Ирина расстегнула чемодан и едва не расплакалась: мало того, что коньяк залил добрую половину гардероба, так еще и стеклянные осколки теперь надо было выгребать не один час.
— Ужас… У меня же самолет через два часа, — всхлипнула Ирина. — Вы не подскажете, где тут можно купить еще алкогольные напитки? Мне в подарок надо.
— Так в аэропорту и можно. Я, кстати, тоже в аэропорт еду, в Москву лечу. А вы?
— И я в Москву.
— Вот и отлично. Сейчас давайте быстро запакуем испорченные вещи, по прилету что-то можно будет привести в порядок. А чемодан перед регистрацией обернете пленкой. Коньяк можно купить в аэропорту и пронести в ручной клади, — быстро успокоил Ирину новый знакомый. — Меня, кстати, Саша зовут.
Слушая рассудительного мужчину, Ирина сразу притихла. И правда, чего она впала в панику — все легко можно решить.
— А меня зовут Ирина, — улыбнулась в ответ девушка, успокоившись услышав простое русское имя. — Раз такое дело, может в аэропорт вместе поедем?
***
Все время до взлета новый знаковый развлекал Ирину веселыми историями и разговорами. Оказалось, что ему тридцать пять и он постоянно живет в Москве, лишь пару раз в год летая к родственникам в солнечный Узбекистан. Четыре часа перелета Ирина едва вытерпела без своего спутника — их места оказались далеко друг от друга. Ей не терпелось узнать о Саше как можно больше, и самое главное — женат ли он?
После прилета новые знакомые обменялись телефонами.
— А жена не против , что вы вот так запросто свой номер телефона раздаете? — усмехнувшись уточнила Ирина , сжимая в руке заветный клочок бумаги.
— Не будет, я не женат, — улыбнулся белозубой улыбкой мужчина.
***
Домой Ирина летела, словно на крыльях. Вот что значит сила медресе Тилля-Кори — заветные желания исполняются по щелчку пальцев. Даже родители заметили изменения в настроении дочки.
— Похоже, хорошо отдохнула дочурка, — подмигивая, вынес вердикт отец. — И про коньяк не забыла. Помню, в советские годы в Узбекистане было вино хорошее «Чашма», жалко, такое уже не производят.
Ирина и Саша начали встречаться. Очарованная Ирина рисовала себе в мечтах красивую семейную жизнь, где представляла Сашу обеспеченным бизнесменом, а себя — домохозяйкой, воспитывающей детей. Ведь, по правде говоря, он не распространялся о свей работе, но, очевидно, зарабатывал он неплохо, ведь он не скупился на цветы и подарки.
— Может, поженимся?
От услышанного у Ирины едва не выскочило сердце. Ведь она так долго ждала этих слов!
— Саш, конечно, я согласна.
— Тогда я буду ждать, чтобы ты подарила мне сына. Красивого, как ты сама.
Дважды упрашивать истосковавшуюся по семейному счастью девушку не нужно было. И уже спустя месяц она, гордая собой, предъявила возлюбленному положительный тест на беременность. Мужчина от своих слов не отказался, и пара тут же отправилась подавать документы в ЗАГС.
— Фамилию мужа будете брать? — регистраторша посмотрела на Ирину сквозь очки.
Только сейчас Ирина поняла, что она не знает фамилию Саши.
— Да… Саш, а какая у тебя фамилия?
Вместо ответа мужчина пододвинул поближе к девушке свой паспорт, мол, смотри сама.
Ирина открыла документ, не ожидая никакого подвоха, но тут же едва не выронила паспорт из рук.
— Бабаев Шермухаммаджума Шавкатович… Саш, это что?
— Ну это мое настоящее имя, а что? Для русских я просто Сашей всегда представляюсь, так удобнее.
Ирина сама не помнила, как она заполнила документы и вышла из ЗАГСа.
— Ты меня обманул! — вскрикнула девушка, глядя на удивленное лицо возлюбленного. — Я думала, что ты русский.
— Мы познакомились на площади Регистан, если ты не забыла. Ну откуда я русский? И вообще, что это меняет?
Девушка закрыла лицо руками. Действительно , что это меняет, кроме того что у ее ребенка будет отчество, за которое в него будут тыкать пальцем. Ведь она мечтала назвать сына Тимошей, в честь прадеда. А если ребенка будут звать Тимофей Шермухаммаджумаевич — то это сплошное мучение, а не имя.
— Много что меняет, — всхлипнула девушка. — Кстати, ты так и не сказал, где ты работаешь?
— Ну , начинается… Говорили мне ребята — не связывайся с этими русскими. Бизнес у меня, что тебе еще надо?
— На стройке? — уточнила Ирина, надеясь что Саша ее разубедит.
— В овощной палатке. И что?
У Ирины потемнело в глазах и она буквально осела на холодный снег. Больше всего было обидно , что это она сама, не узнав практически ничего о мужчине ее сердца, напридумывала себе розовое будущее разве что не с единорогами. Но сейчас, когда под сердцем был ребенок, порвать отношения было не так-то просто. Тем более, что она и в самом деле влюбилась!
Свадьбу решили не делать, просто посидеть в кафе узким кругом родственников. Молодой муж назвал кучу друзей и никак не хотел даже слышать и том, что на свадебных торжествах можно экономить.
— У нас так не принято!
— Но ты же знаешь, сейчас деньги будут нужнее на ребенка, — пыталась убедить Сашу Ирина. Она уже свыклась с мыслью, что избранник никакой не бизнесмен, и что домохозяйка из нее не получится. Пока, правда, не получалось привыкнуть к длинному имени мужа, и она никак не могла придумать, что делать с именем будущего сына… Но Ирина надеялась, что и это как-то решится.
— Ничего подобного, — возразил мужчина. — С Замирой свадьба была, значит и с тобой будет. Потом дети меня не так поймут. Ой…
Саша прикусил себе язык и испуганно посмотрел на Ирину.
— С Замирой?
Повисла неудобная пауза.
— Ладно, что уж теперь… — Саша махнул рукой. — Все равно кто-нибудь проболтается на свадьбе. Жена у меня в Самарканде осталась.
— Не поняла что-то ничего. Как жена осталась? А я кто? — Ирина непонимающе уставилась на будущего мужа.
— Ну как-то так. С Замирой-то мы уже десять лет как никах сделали, жена она мне считается по исламу. Официально, как у вас тут принято, мы не расписаны. Да только она-то там, а ты — тут, — будничным тоном признался Саша. — У нас почти все так парни так делают. Я б, честно, там и остался, Замира хорошая жена. Да только работы в Самарканде нет, а в России много работы. Семью же содержать надо.
У Ирины сдавило горло словно металлическим обручем. Она была готова разрыдаться прямо здесь и сейчас.
— Еще и дети, наверное, есть? — стараясь изобразить как можно более безразличный тон, уточнила девушка.
— А то, — улыбнулся благоверный. — Трое. Аброр, Тахир и маленький Фатхулла. Ему всего-то год и три месяца…
***
Маленький Тимоша родился в срок. Светленький и упитанный, он был копией Ивана Федоровича, отца Ирины. От Саши у Тимофея были лишь черные, как угольки, глаза и пушистые ресницы. Немного поразмыслив, Ирина дала сыну отчество своего отца, ведь с настоящим отцом ребёнка пришлось расстаться. Выдержать такой поток лжи, да еще и каждую минуту чувствовать себя второй женой — такое было не каждой под силу. Ирина не стала ждать, пока муж преподнесет новые сюрпризы, и решила воспитывать сына одна. К тому же перед самым отъездом в роддом, Саша снова улетел на родину. Уже позже Ирина узнала что там у него в это же время родился четвертый ребенок.
---
Автор рассказа: Татьяна Ш.
---
Побег
Елена Петровна считала, что на пенсии у нее открылось второе, а то и третье дыхание. Правда, работало оно исключительно в режиме олимпийского спринта на короткие и длинные дистанции.
Ее уютная квартира на окраине Новосибирска, когда-то бывшая тихой гаванью, превратилась в многофункциональный центр повышенной готовности: филиал детского сада, пункт экстренной выдачи забытой «сменки», круглосуточная кулинария и штаб по разрешению междоусобных конфликтов. Сын и дочь, жившие, на ее счастье и беду, неподалеку, кажется, состояли в тайном соревновании под названием «Успей доставить бабушке внуков первым».
— Мам, у Артемки сегодня бассейн в пять, а у меня совещание горит, заберешь из садика? И покорми, пожалуйста, супом, только не тем, который с вермишелькой-звездочками, он их разлюбил, — щебетала в трубку дочь с утра, ставя перед Еленой Петровной очередную тактическую задачу.
— Мам, мы с Катей билеты в театр достали, последний раз были еще до Машеньки… Посидишь с ней пару часиков? Ей надо сказку про репку, но только с твоей фирменной интонацией за мышку, — вторил ей сын вечером, играя на ее безотказности.
Елена Петровна крутилась как вечно заведенный волчок. Она лепила сотые по счету тефтельки, которые пятилетняя Машенька «уважала», ползала под диваном в поисках детали от конструктора размером с ноготь, без которой семилетний Артемка отказывался строить космодром и жить дальше, и выступала в роли мирового судьи на дипломатических переговорах на тему «чья очередь смотреть мультики».
Она их, конечно, безумно любила, этих сладких, шумных разбойников. Но иногда, засыпая на ходу под монотонное жужжание стиральной машины, отстирывающей пятна от травы и шоколада, она ловила себя на крамольной мысли: а где во всем этом калейдоскопе она сама? Где та Лена, которая любила посидеть с книжкой у окна и помечтать? Кажется, она осталась где-то там, в прошлой жизни, до пенсии.
Эта мысль особенно настойчиво постучалась в голову в один из вечеров, когда уставшие, но довольные дети наконец-то забрали своих оглушительно тихих, сопящих во сне чад. В квартире повисла такая густая тишина, что в ушах звенело. Елена Петровна без сил опустилась в старое кресло, и ее ноги благодарно загудели. Взгляд ее упал на шкаф, откуда при последнем «штурме» внуков в поисках пиратского клада выпал потертый фотоальбом в бархатной обложке.
Она лениво протянула руку, открыла его наугад и замерла. На пожелтевшей, потрескавшейся на сгибах карточке молодая девушка в простом ситцевом сарафане, с копной золотистых, выгоревших на солнце волос, смеялась, прижимая к груди охапку полевых ромашек. Ее бабушка, Александра Ивановна. На обороте неровным, выцветшим почерком: "Заречье, лето 1949".