Лилия терпеть не могла, когда над ней подшучивали. Одно дело, если в компании рассказали веселую историю или анекдот. Но если дело касалось первоапрельских розыгрышей, когда каждый считал своим святым долгом сказать про «белую спину», то девушка сначала впадала в полнейшую прострацию, а затем — в бешенство.
***
— Ты что, совсем шуток не понимаешь? — удивлено посмотрел на Лилию Тимур, вытирая с лица зубную пасту.
— Не понимаю! — огрызнулась девушка. Ехать в плацкартном вагоне на море само по себе испытание, так он еще и решил так по-дурацки пошутить — измазал спящей Лилии лицо зубной пастой. — Тебе двадцать два, а ты все как ребенок.
Когда девушка проснулась, она не сразу поняла, почему над ней смеются все соседи по полкам, а особенно Тимур — ее парень. Хорошо еще, что пожилая женщина, стоявшая рядом, протянула ей карманное зеркальце. Увидев, почему она стала предметом веселья, Лилия взбесилась. Она кошкой накинулась на парня, буквально сбив его с ног, а потом принялась остервенело разрисовывать его лицо остатками зубной пасты.
— Да ты что, ненормальная, что ли? Всю жизнь так ребята прикалывались в лагере, — слабо отбивался Тимур.
— Мне дела нет до твоих ребят! Мне твои дебильные шуточки вообще не подходят! — всхлипнула Лилия, вытирая лицо полотенцем.
Тимур только пожал плечами. Он и не думал, что у него такая впечатлительная благоверная.
Ребята встречались уже почти год, и дело шло к свадьбе. Лилия ждала день за днем, когда же Тимур подарит ей кольцо. Но кольца не было. Эта поездка на юг была их первым совместным путешествием, и она надеялась, что там, на берегу моря, в романтической обстановке, он наконец сделает то, что давно должен. В чемодан девушка упаковала несколько вечерних платьев и пару туфель — негоже в самый ответственный момент выглядеть неподобающим образом.
***
Но, похоже, отпуск пошел совсем не так, как Лилия планировала.
Сначала Тимур забыл дома чемодан. Ребята встретились уже на вокзале, и Тимур принялся рассказывать, что ужасно торопился на вокзал и совершенно забыл про чемодан. Когда Лилия уже вызвала такси и, бухнувшись рядом с водителем на пассажирское место, принялась умолять того ехать как можно быстрее, Тимур неожиданно расхохотался и сказал, что просто пошутил. Чемодан все это время находился в камере хранения, а он просто решил посмотреть на Лилину реакцию. Лилия тогда не обратила внимания на этот тревожный звоночек, хотя должна была. На следующий день Тимур устроил розыгрыш с зубной пастой, ну а дальше стало совсем не до смеха.
Гостиница, в которой они остановились, была старенькой и располагалась на краю города. Но ребят это не пугало, ведь они приехали сюда не в номере сидеть, а активно отдыхать. Первый день уставшие после дороги путешественники провели на пляже, а уже на следующее утро решили отправиться в горы.
— Тут недалеко водопады есть, — рассказывал Тимур , тыча пальцем в карту путеводителя. — Красивое, похоже, местечко.
— Я только за, — кивнула Лилия. — Только давай вечером все-таки на пляж забежим, очень уж покупаться хочется…
***
Дорога до водопадов оказалась нетрудной. Всего-то десять минут от автобусной остановки — с таким маршрутом справится даже пенсионер. Первым шел Тимур, а за ним, не отставая, Лилия.
— Красиво тут, и народу почти никого, — разглядывая огромные валуны, попадающиеся по дороге, рассуждала Лилия. — У нас-то почти степь одна, никаких гор. Живут же люди! Слушай, ты так уверенно идешь, будто знаешь куда.
— Да не, просто погуглил, — отмахнулся Тимур. — Смотри, пришли.
— Ух ты!
В тени густых деревьев показался водопад. Издалека он казался не очень большим, но уже подойдя ближе, Лилия поняла, что ошибалась — водопад был огромным. Вода с шумом и ревом падала вниз, образуя маленькое озерко, буквально утопающее в зелени.
— Как круто, Тим! Искупаться бы!
Лилия обернулась и увидела, как Тимур уже стягивает с себя футболку.
— Давай заныривай, ты же как раз хотела искупаться, — крикнул он, с разбега прыгая в ледяную воду.
— Сейчас, — кивнула Лилия и принялась судорожно искать в сумке купальник. И как она не догадалась переодеться в гостинице? Придется теперь искать место в кустах, чтобы без зрителей надеть купальный костюм. И хотя у водопада было не очень многолюдно, светить голым телом не очень хотелось.
Оглядевшись, она решительно направилась к деревьям. «Далеко отходить не буду, чтоб не потеряться. Мне и всего-то низ надеть, а верх уж как-нибудь так. Можно и в футболке», — рассуждала Лилия, то и дело поглядывая на Тимура, который махал ей из воды.
Потом она пыталась вспомнить — сколько ее не было ? Две минуты или пять? Факт остаётся фактом: когда Лилия вернулась к воде, Тимура нигде не было видно.
— Тим? — девушка рассеянно огляделась. Одежда парня лежала там же, где он ее бросил, а вот сам он будто бы испарился. — Тимур! Хватит меня пугать! Опять твои дурацкие розыгрыши!
Но Тимур не появлялся. От страха за любимого у Лилии тут же вспотели руки, а сердце провалилось куда-то в живот и оттуда стучало как бешеное.
— Вы не видели тут молодого человека? Он купался, а сейчас исчез… — подбежала Лилия к прогуливающейся пожилой парочке. — Вещи вот, а его нету.
Но туристы только лишь отрицательно помотали головой.
— Блин, блин, блин… — кусая губы, Лилия бегала вокруг озерка и пыталась найти хоть какие-то следы Тимура, которые бы подтвердили, что с ним все в порядке.
«Звонить в полицию!» — осенило девушку. Пусть поиском занимаются специально обученные люди, так будет гораздо больше толка, чем от нее одной. Обдирая колени в кровь, девушка бросилась к оставленной на берегу сумке. Трясущимися руками она достала телефон и тут же набрала короткий номер экстренной службы. Но ответом ей были лишь короткие гудки.
***
— Не ловит, похоже… Извините, вы не можете попробовать позвонить в полицию? Тут человек пропал. Или даже утонул, — со слезами на глазах Лилия кинулась к прогуливающемуся по берегу парню в красной бейсболке.
Хорошо, что молодой человек не стал ничего спрашивать и тут же позвонил, куда требовалось. Не прошло и пятнадцати минут , как у водопада начали появляться люди в форме и оцеплять прибрежную часть.
— Это вы звонили, что кто-то пропал? — обратился к Лилия высокий усатый мужчина с хмурым взглядом и быстро помахал перед лицом какими-то корочками. — Оперуполномоченный Петренко. Что случилось, рассказывайте.
К этому времени девушку буквально трясло от стресса. На секунду она представила себе, как она одна возвращается домой в поезде, как ее одну встречают родители... Ведь они ждут запланированной даты свадьбы, а она привезет им такую ужасную новость.
Рыдая, она тут же выложила человеку в форме все как есть. И про купальник, и про то, что ждала от Тимура кольцо с предложением руки и сердца.
— Все ясно. Вас мы задерживаем до выяснения, пока наши люди тут все прочесывают, — кивнул Петренко, защелкивая на руках Лилии наручники. — Пройдемте в машину.
— Чего? — девушка даже перестала плакать. — То есть как это — задерживаете?
— Очень просто. Вы — подозреваемая в убийстве Зарипова Тимура Рустамовича, посидите в изоляторе, подумаете… Может, вспомните что-то новое.
У Лилии подкосились ноги. То есть как — в убийстве? Неужели Тимура уже нашли?
— Товарища вашего не нашли, — словно услышав мысленный вопрос, ответил Петренко. — Но сами понимаете, шансов немного, дно каменистое, вода холодная. Да еще и времени столько прошло.
Шагая к выходу из леса, девушка чувствовала себя самой несчастной на свете. Подумать только, еще пару часов назад она была без пяти минут невеста, а сейчас — законченная уголовница. Она бы сейчас все отдала, только бы Тимур нашелся живой и невредимый. Лилия подняла глаза посмотреть, куда ее ведет полицейский — впереди, на самой опушке леса, стоял «уазик» с зарешеченными окнами на заднем сидении.
— Садитесь, гражданка, едем в участок, — скомандовал полицейский, тихонько толкая Лилию в спину.
Как доехали до полицейского участка, она не помнила. Слезы текли рекой, застилая все кругом, руки затекли, а холодный металл наручников натер кисти. Ко всему прочему дико хотелось в туалет и пить, но сидящий за рулем Петренко четко дал понять, что эти вольности будут позволены только на месте, и никак иначе.
В памяти всплыли фильмы, в которых правосудие карало невинных людей, а справедливость торжествовала намного позже. Представив себя в тюремной робе и с электронным браслетом на ноге, Лилия совсем приуныла. Думать о том, как это перенесут родители, не хотелось совсем. Папа всегда говорил, что честных людей в полицию не загребут, а теперь получилось так, что его дочь без пяти минут в каталажке.
— Приехали.
Полицейский распахнул дверь машины и солнечный свет буквально ослепил девушку. Ей сразу подумалось, что у кого-то отпуск идет по плану, люди купаются и загорают, а у нее все наоборот.
— Держите.
Улыбаясь в усы, Петренко неожиданно расстегнул наручники и вручил ничего не подозревающей девушке огромный букет белых роз. Пока Лилия, хлопая опухшими от слез глазами, пыталась понять что к чему, внезапно откуда сбоку выскочил… Тимур. Живой и здоровый.
— Тим? Ты что тут… Что тут происходит?
Звуки оваций из динамика телефона полицейского и реальные аплодисменты собравшихся вокруг незнакомых людей заглушили ее вопросы. Лилия только оглядывалась кругом и никак не могла взять в голову, почему эти люди так радуются? И что тут делает оператор с камерой?
— Лилечка, — торжественно начал Тимур, взяв Лилию за руку. — Мы с тобой давно вместе, и я все не знал, как предложить тебе узаконить наши отношения. И вот, наконец, придумал этот необычный способ. Этот розыгрыш останется в нашей памяти навсегда. Выходи за меня, любимая!
Лилия от неожиданности даже открыла рот.
— Розыгрыш? — у девушки затряслись руки, и моментально хлынули слезы из глаз.
— Зато теперь я уверен, что я за тобой как за каменной стеной, — шепнул Тимур, прижавшись щекой к Лилиному плечу. — С тобой не пропадешь.
Аплодисменты стихли и все присутствующие пристально посмотрели на Лилию, видимо ожидая от нее какой-то реакции. Тимур же просто светился от счастья, обнимая возлюбленную за талию.
— Ты что, вообще дурак? — Лилия с размаху влепила парню звонкую пощечину. — Я чуть инфаркт не получила. А ты о маме своей подумал, если бы я успела ей позвонить? Хорошо, что не успела… С таким идиотом не хватало еще жизнь связывать!
— Не успела, конечно, я ж симку твою вытащил… То есть как «не хватало»? Ты не согласна, что ли?
Лилия обвела глазами присутствующих, а потом внимательно посмотрела на Тимура.
— Да пошел ты! — она развернулась и быстро зашагала прочь от этого «веселого» места.
Она никак не могла понять, почему Тимур так с ней поступил. Неужели он и вправду не понимает, что она получила просто неимоверный стресс, пока искала его утонувшее тело, а уж поездка в полицейский участок в наручниках — это вообще колоссальное перенапряжение. Этак можно и вообще умом тронуться, увидев живым человека , которого почти похоронил. Одним поступком Тимур перечеркнул все хорошее, что было между ними, теперь Лилия была уверена — совместного будущего у них точно нет.
***
В этот же вечер Лилия купила билет на самолет до дома. Тимур закидывал девушку сообщениями, в которых оправдывался и говорил, что она просто не понимает шуток. И вообще, как можно быть таким скучным человеком, который совершенно не понимает юмора? Лилия же, в свою очередь, твердо решила, что розыгрышей на ее долю точно достаточно. Уж лучше быть самым скучным человеком на свете, чем однажды поймать сердечный приступ от чрезмерной изобретательности своей второй половинки. Теперь уже бывшей половинки.
---
Автор рассказа: Татьяна Ш.
---
Сердце мое - не камень
Центр профпаталогии на улице Мечникова представлял собой небольшое здание. Милый такой домик с маленькой дверью. Внутри оштукатуренные светлые стены и уютные беленькие кабинетики. Ничего особенного, кроме одного – в эти уютные кабинеты редко кто заходил без нервной дрожи.
Все равны. Никаких взяток. Строгие и неподкупные врачи. Здесь царил равнодушный строгий порядок, а посетители никогда не бузили и не качали права. Качни тут, ага, мигом развернут. И поедешь к себе домой, часто километров за триста от больничного комплекса. Без допуска на работу. А коли ты без допуска, так и развернет тебя начальник:
- Ехай, дорогой, обратно. За свой счет. Не получишь допуск, можешь даже не приходить.
Государственные служаки, полицейские, спасатели, пожарные, водители, понуря голову, едут обратно:
- Простите, нервничал! Не буду больше.
А нервничают они из-за того, что не совсем здоровы. У нас в стране абсолютно здоровых - днем с огнем. А смертей и инсультов во время работы – сплошь, и рядом! Вот потому и создана принципиально строгая комиссия, чтобы выявлять патологии, дабы устранить опасные заболевания.
Отличная идея. Бинго! Только в итоге получается ровно наоборот: мужчин, не прошедших комиссию увольняют, как профнепригодных. Остаются те, кто просочился через медосмотр. И пашут счастливчики за двоих, а то и за троих. Через пять лет такого труда их отсеивают. Докажи-ка инвалидность, чтобы пенсию получать. Попробуй! Не получается? То-то. Пусть тебя жена кормит. А то, вишь, сидит на твоей шее, добреет, как упитанная корова. Нечего тут, отойдите, у нас полы намыты!
Терапевт Мария Александровна Пушнова сегодня даже чаю не попила – народ идет, и идет. Три договорных предприятия! Двести четыре человека! Молодых очень немного – все больше превалирует средний возраст, да выше среднего. Все трясутся, и от этого практически у каждого второго давление зашкаливает до критических отметок. Занижать нельзя, нужно учитывать объективные цифры. Пушнова отправляет «проштрафившихся» в коридор: прийти в себя и вернуться на повторное обследование. Те обливаются потом, бледнеют, краснеют, и…
Да, многие чуть в обморок не падают. Работа у многих – единственный на семью источник дохода. Вот и не выдерживают нервы. Как жить в маленьком затрапезном городке, где кто-то шибко умный решил, что сорока тысяч для кормильца – самое то! Интенсивность, видите ли, не такая.
А если так, то давайте и цены на бензин, да на продукты понизим. Ставки на кредиты уменьшим. Что не нравится? Интенсивность покупок не такая же, как в больших городах. А торгаши и не думают эти цены опускать, наоборот, накручивают, взвинчивают до предела. Радуйтесь, товарищи. А вешаться – смертный грех!
Мария Александровна прекрасно понимала несчастных работяг. Но и сама поделать ничего не могла. Да и привыкла к разнообразным мужским истерикам за годы работы. Могла холодно отрезать:
- Ступайте! Нечего тут театр устраивать!
В общем, Гингема врачебного царства. Нет, она не злоупотребляла своей властью. Но и авторитет разрушать не позволяла. Ни-ко-му из смертных!