Расстроенная разговором с сыном, Татьяна снова позвонила подруге, которая была в этот день дома, и договорилась с ней, что сейчас зайдет.
Выслушав рассказ Татьяны Вера стала успокаивать соседку. Она считала, что мать должна радоваться за сына. Ведь нет ничего плохого в том, что Борис влюбился.
— Не знаю, Вера, боюсь я, — тяжело вздохнув, ответила на это Саенко.
— Почему? Я, конечно, понимаю, но...
— Страшно мне, что он вот так взял и уехал на два дня с девочкой, не сказав ни слова.
— Да ладно! Всего-то — на выходные! — подбодрила подругу Вера.
— Вера, он уехал на несколько дней. Все, что больше одного — уже несколько. А самое страшное, что он еще соврал мне при этом.
— Ты все усложняешь, Таня. Точно тебе говорю. Оглянись вокруг, посмотри, что происходит. Сейчас подростки так рано взрослеют, так рано становятся самостоятельными... Мы с тобой, конечно же, не были такими, вот ты и проецируешь себя на сына. А он другой, пойми.
— Вера, а ты ведь в точку попала. Посмотри на них — играют во взрослые игры. А что же из этого выйдет, какие обстоятельства? Эта красивая девочка Оля... А забеременеет она?...
На самом деле Татьяна не поняла того, о чем ей говорила Вера. У женщины в голове был полный набор возможных от данной ситуации с сыном проблем, и она раскручивала их по спирали, которая становилась все больше и больше по размеру, превращая доводы в факты, укореняясь в ее психике.
Татьяна сама не знала, что чувствовала. В первую очередь, наверное, беспокойство за Бориса. Мать очень хотела, чтобы у него все было хорошо. А тут эта первая любовь, да еще с такой девочкой, по которой «сохли» все парни школы. И Татьяне очень бы не хотелось, чтобы в результате этих отношений появились проблемы, например, беременность или разбитое сердце. Такого же мнения придерживались и родители Ольги.
***
Весь следующий день Татьяна нервничала, ожидая возвращения сына. Когда Борис приехал домой, мать сразу сообщила ему о том, что знает, с кем он ездил в Ярославль. Затем она замолчала от возникшего от обиды кома в горле, села на диван и уставилась в одну точку.
Борис подсел к матери и осторожно начал говорить:
— Мама, прости меня, я все понимаю, правда. Но ты ведь не отпустила бы меня с девушкой.
— Конечно бы не отпустила.
— Ну вот. А мы хотели поехать только вдвоем: я и Оля. И не вини ее, пожалуйста, это я все придумал, когда в интернете мне попалась статья, где парень рассказывал, как он ездил со своей девушкой в Ярославль. Он так ярко описывал этот город, фотографии приложил, что я загорелся этой идеей. Вот... и я предложил Оле съездить туда. И, представляешь, она согласилась. Хотя я до последнего не верил, что это не шутка.
— Почему? — проявила интерес к рассказанному Татьяна.
— Мама, она фантастически красива и мила. Эта девушка не просто красивая, а очень красивая. Кроме этого, она добрая и...
— Ладно, ладно, — перебила сына мать, — дальше что было? — Конечно, женщину интересовало то, была ли близость между Борисом и Ольгой, но спросить об этом напрямую она пока не осмеливалась.
— Ну, дальше... дальше мы ходили по музеям, по набережной... Там очень красивый и чистый город. И вот еще... Там есть музей колокольчиков, я впервые такой видел... — Борис достал смартфон и стал показывать матери фотографии. — Вот смотри как красиво и необычно. А кроме колокольчиков были какие-то старые утюги, самовары — все очень интересно...
— Боря, это все очень хорошо: утюги, самовары... А где вы жили, скажи мне, пожалуйста, и на что?
— Ну, жили мы в дешевом хостеле...
— Да меня не это волнует, — мать серьезно посмотрела на сына.
— А что?
— Вы с ней спали? — Вопрос пришлось задать прямо, иначе Борис бы никогда сам не ответил.
— Нет, мама, мы с ней не спали, — ответил он.
— Боря, посмотри на меня...
— Мама, мы, честно, с ней не спали. Это правда, мама.
— Сынок, мне так не нравится вся эта история. Мне так она неприятна. И мне очень не понравилось, что ты меня обманул. Прошу тебя, не ври мне больше. Я тебе поверю, но, пожалуйста, никогда так больше не поступай.
— Хорошо, мама.
Разговор с сыном дался Татьяне довольно тяжело. Мать чувствовала, что Борис не жалеет о том, что сделал. Да, он раскаивался, но появись у него возможность, он совершил бы то же самое.
Да, на вопрос матери о половой жизни парень ответил отрицательно, и, возможно, он не врал, но Татьяна ни в чем не могла быть уверена. И давить на сына она не могла — он подросток, а с ними так нельзя.