Начало рассказа здесь.
«Боря» пролежал у него почти месяц. Приглянулся своему спасителю этот чем-то притягательный, в общем-то симпатичный человек.
- Пора мне, дорогой мой Валентин Андреевич! Засиделся я тут у тебя. Спасибо тебе от всего сердца! Ты подарил мне вторую жизнь. Я тебе обязан по гроб, и хочу отблагодарить тебя. Хочешь, возьми наличкой, хочешь, открою счет на твое имя. Не обижу и твоего ассистента. Этих денег вам хватит очень надолго!
- Нет, Борис. Не нужны мне твои грязные деньги. Я спас тебя по долгу врача, и если ты способен понять, то по велению сердца. И мне не важно, кого я спас. Я спас человеческую жизнь.
- Валентин Андреевич! Я не хочу, что бы ты имел обо мне превратное мнение. Разные слухи ходят о моей персоне. Скажу тебе так – да, в вашем понимании, я бандит, на котором негде ставить клеймо. Но, знай, я никогда не обидел простого человека. И принципиальность твоя выше всяких похвал. Не хочешь деньги, не бери. Вот тебе моя визитка, там три моих номера телефона. В любое время, когда тебе будет нелегко, звони. Я всегда приду на помощь.
За окном просигналил «Гелендваген». Борис приобнял своего спасителя, и крепко пожал ему руку.
«А Саша деньги взял. Да бог ему судья», - подумал Валентин Андреевич. «Не моё это дело. Это дело его совести. Может быть, человек нуждается в деньгах. Я не в праве его осуждать».
И постепенно эта история стала забываться.
С тех пор минуло десять лет.
Новость дня обсуждали все. Ею заняты передовицы местных газет. О ней неустанно вещает областное телевидение. «Суд высшей инстанции рассмотрел апелляцию, поданную адвокатами небезызвестного бизнесмена Барского Бориса Яковлевича, обвиненного в рейдерских захватах, рэкете, исчезновении людей, и отменил вынесенный ему, и уже вступивший в силу приговор за недостаточностью доказательств преступлений, им, якобы совершенных. Сегодня господин Барский будет освобожден из-под стражи».
Разогнул спину и «Дед», не успевший вымыть пол к приходу «положенца».
Они молча смотрели друг на друга. – Валентин Андреевич?? – наконец выдавил из себя Барский. – Ты что тут делаешь?
- Как ты видишь, сижу, Боря. В «хате» стояла звенящая тишина. Сидельцы наблюдали за происходящим.
- За что, Валентин Андреич??
- Да, выходит, наркоторговец я.
- Стоп, стоп, стоп! Ничего не понимаю, Ты, и наркоторговец? Не может такого быть! Ладно, подожди. С этим разберемся. Полы-то чего моешь? По понятиям, ты – барыга, мыть полы, занятие не для тебя!
- Я не знаю. Так велено.
Барский развернулся и пошел на Тихого. – Ты что же, гад, беспредел устраиваешь?? Зачем чморишь человека?? Я тебя для чего здесь смотрящим поставил? Почему я не в курсе, что у тебя в хате новый сиделец?
- Боря! Да я собирался тебе «коня» заслать, да не успел.
- Ты вообще знаешь, кто это такой?!
- Да ждали мы с воли маляву, кто он по жизни.
- А я тебе сейчас сам расскажу. – Резко, без замаха, Барский ударил Тихого в живот. -Больше ты не смотрящий. Завтра пойдешь в хату к «козлам».
Он снова повернулся к Валентину Андреевичу. -Бери. Андреич, матрац, и вон, третья шконка от окна теперь твоя. Пойдем, сядем, и расскажи мне всё. Не стесняйся. И "Дед" рассказал.
- Да! Дела! Значит так, Андреич. На днях я «откинусь». Адвокатишки мои поработали славно. И, да здравствует свобода! Тебя больше никто пальцем не тронет. Можешь быть спокоен. И самое главное, «Боря» перед тобой в неоплатном долгу. Что бы мне это ни стоило, я тебя отсюда вытащу. Верь и жди.
Шли недели и месяцы. Надежда на освобождение умирала. Валентин Андреевич днями лежал на шконке, погруженный в свои, невесёлые мысли. С воли регулярно поступали богатые «дачки», которые он оставлял на столе, и неизменно прибавлял: «В общак». Сидельцы с удовольствием уплетали дары, но опасного Деда старались обходить стороной.
В очередной раз со скрипом открылась смертельно надоевшая железная дверь, и в камеру зашел оперативный дежурный. – Самохин! С вещами на выход! Начальник вызывает! Опостылевшие, длинные тюремные коридоры, извечное – Лицом к стене! Кабинет «хозяина».
- Гражданин начальник! Заключенный….
- Не кричите так, Валентин Андреевич! Вы больше не заключенный! Вот постановление суда о снятии с вас обвинения. Вы свободны! Приносим от имени администрации свои извинения за причиненные вам неудобства.
Побледневший Дед бессильно опустился на стул.
За воротами бушевала весна. Голову кружил терпкий воздух свободы. Старый хирург стоял и смотрел в синее небо. Из глаз покатились горькие слезы. Из -за поворота вырулил черный, громоздкий «Мерсюк», и плавно затормозил. Открылась дверь, и улыбающийся Борис Барский, широко расставив руки, двинулся к ошалевшему от счастья старику.
Свой дом, Валентин Андреевич узнал с трудом. Новая, сверкающая крыша, красивые, облицованные чем-то, ему неизвестным стены. Внутри помещения были похожи на царские покои. В зале его ждал богато накрытый стол.
- Ну, что, Андреич, будем жить дальне? – Спросил Барский.
- Будем. Боря, жить. Обязательно Будем! Спасибо тебе, Борис Яковлевич. Я уж и не надеялся. Думал, так и окочурюсь в этой проклятой камере.
- Да что ты, Валентин Андреич! Ты дал мне вторую жизнь, а такое не забывается! Давай лучше выпьем за чистый воздух свободы!
- Может Сашу пригласим?
- Сашу?? Забудь о нем, Андреич. Сидит твой Саша. И долго сидеть будет.
- Как это – сидит?
-Да вот так. Решил я проведать, за что он тебя так ловко упрятал. Послал к нему ребят. Наркоту он изготовлял. Целая мини лаборатория у него. Ты же часто к нему заходил? Вот он и боялся, что ты догадаешься. Ловко он тебя убрал. Ну, а времена нынче не те, что были. Наркота в нашей среде не в чести. Потому и «сдать» его было не зазорно. Так что… Ладно, можно мне тост сказать?
- Говори, Боря.
Барский разлил по бокалам коньяк, какой старый хирург никогда в жизни не видел, поднял его, и произнес: – Хочу выпить, дорогой мой спаситель, за то, что бы в твоем дворе никогда не росла конопля! Два, так тесно повязанных друг с другом человека дружно рассмеялись.
Канал "Стэфановна" предлагает Вашему вниманию сборник рассказов на основе жизненных историй:
-