"Её звали Лёля". Роман. Глава 1
Когда тебе 18, мир кажется прекрасным и удивительным. Солнце, Волга, любовь... Кажется, что вся дальнейшая жизнь пройдет под добрым южным небом, - семья, дом, дети. Но первый поцелуй, первое "люблю" - всё это случилось жарким летом 1941 года. Дальше была война. И как же страшно оказаться на ней, когда ты живёшь в начале XXI века и знаешь о Великой Отечественной только по фильмам и книгам?! Быть брошенным в самое пекло Сталинградской битвы - как там люди выживали вообще?!
#ЛЮБОВЬ
#ВЕЛИКАЯ ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ВОЙНА
#ДРУЖБА
#СЛОЖНЫЕ ОТНОШЕНИЯ
#СЕМЬЯ
#ПОПАДАНЦЫ
#ДРАМА
#ДЕТИ
#ТАЙНЫ ПРОШЛОГО
#СИЛЬНАЯ ГЕРОИНЯ
Яркие солнечные лучи пробиваются через ветви ивы, которые та старательно промывает в чистой проточной и очень тёплой воде. Они медленно колышутся, то опускаясь в прозрачные струи, то слегка приподнимаясь над ними, словно лишь затем, чтобы вдохнуть побольше воздуха и снова окунуться обратно. Дышать трудно – воздух раскалён на астраханском солнце. Прогрет так, что деревья, кажется, льнут поближе к воде – труда, где прохладнее. Иначе им просто не выжить.
Но здесь, в тени деревьев, на песке, не успевшем остыть за ночь, не слишком жарко. Приятный прохладный ветерок дует с речного простора. Где-то рядом поют птицы, стрекочут кузнечики. С тихим плеском, устало и лениво, накатывают на берег маленькие волны. Они шуршат, наводя на окрестности сонный морок. Под эти тихие размеренные звуки так хочется спать: закрыть глаза и раствориться с природой.
В этом райском уголке, забравшись на самую дальнюю оконечность острова, разделившего Волгу на два широких рукава, двое. Он и она. Девушка 18 лет и парень, которому недавно исполнилось 20. Забрались в самую глушь, подальше от людских глаз, чтобы никто не смог услышать их сокровенного разговора. Ну, и всего остального не увидеть, что происходит между ними. Влюбленным не нравится, когда за ними наблюдают. Или даже когда лишь бросают на них случайные взгляды. А уж тем более, если любопытные.
Здесь никто не увидит их и не услышит. Южная оконечность острова Городской, что расположился посредине Волги между двумя, восточной и западной, сторонами Астрахани, – издавна пристанище только рыбаков. Но теперь их нет, поскольку они любят приплывать сюда ранним утром, когда ещё не наступила сильная жара, и можно наблюдать, как маковки церквей, расположенных в кремле, начинают расцветать золотыми огнями. Это делает главный астраханский художник – солнце.
В это время, пока прохладно, и над рекой стелется низкий туман, рыбаки сидят на берегу или, отплыв поближе к фарватеру, караулят рыбу в деревянных бударках, – так здесь издавна называют небольшие лодки с высоким носом. Здесь неподалеку есть лодочная станция. Но многие приходят издалека, установив бударку на сооружение с двумя велосипедными колесами. Впрягутся в него и тащат посудину за собой по ночным улицам.
Но теперь никого нет. Рыбаки давно разъехались. Всё тихо вокруг. Только волны и птицы, да ветерок шуршит листьями.
– Тёма… Тёмочка… ну, хороший мой… пусти, – голос Лёли мягкий, ласковый, уговаривающий. Артём не может сладить со своим желанием целовать девушку снова и снова. Он нежно обнял её и, когда не прикасается к её губам своими, глубоко вдыхает аромат, – пахнет луговыми травами и какими-то цветами. А может быть, это духи? Значит, Лёля их взяла специально у старшей сестры, чтобы его порадовать! Значит…
– Тёма… Ну, что ты в самом деле… – голос Лёли становится всё настойчивее и серьёзнее. Она уже устала целоваться, даже голова закружилась и всякие глупости, непозволительные для девушки и комсомолки, в голову полезли. Теперь ей кажется, что пора прекращать, пока не «заигрались». Она уже наслышана от подружек, каково это бывает. Сначала смешки да поцелуйчики, хиханьки да хаханьки, а потом то, что называют «незапланированная беременность».
«Этого мне только не хватало!» – подумала Лёля и ощутила, как по телу пробежал холодок. В их семье подобного не случалось. Такое считается позором – чтобы незамужняя девушка понесла от парня!
Артём и не думает её отпускать: в каждом слове девушки ему слышится не серьезное нет, а лёгкая соблазнительная игра, ведущая в заманчивые дали, которые скрываются под её тонким ситцевым белым платьем в мелкий синий горошек. Если совсем уж честно, то Артём мечтал сегодня увидеть, что скрывается под одеждой Лёли. Но даже себе боялся признаться в этой мечте. Она казалась ему слишком откровенной. И одно дело мечтать, а совсем другое – воплощать в реальность.
– Артём! Да опусти же ты меня, в конце концов! – Лёля, упершись ладошками в грудь парня, с силой отталкивает его от себя, и тот невольно отодвигается почти на метр. Они в это время как раз лежали на покрывале, заботливо принесенном Артёмом из дома. Когда Лёля увидела, что он прихватил с собой, усмехнулась иронично: «Ишь, о чем размечтался!» Но потом, уже целуясь, повиновалась его объятиям и опустилась на плотную ткань.
Парень удивленно и немного обиженно уставился на девушку. Он искренне не понимал причины. Руки не распускал, обнимал только. А целоваться… ну ведь она сначала была не против. Что случилось?
– Я же просила! Что ты, слов не понимаешь?
– Да я… так получилось… прости, Лёлечка, увлёкся, – пристыженно говорит парень. – Я подумал, что ты так со мной… заигрываешь.
– Вот ещё глупости какие! – фыркает Лёля. – Когда это я с тобой заигрывала вообще? А?
«Зря я такое ляпнул, теперь будет дуться долго», – с досадой подумал Артём. В самом деле, из всех девушек своего медицинского училища он, как оказалось, выбрал самую принципиальную. Может, если бы заранее знал, что у неё окажется такой характер, и не стал бы оказывать знаки внимания? Но это вряд ли. Ольга Дандукова, как только Артём увидел её в первый учебный день – девушка поступила на первый курс – произвела на него неизгладимое впечатление.
Это случилось 10 октября, когда студенты вернулись из колхозов, где помогали труженикам села собирать обильные урожаи. Бахчи были заполнены помидорами, арбузами и прочими овощами и фруктами, и всё это обильными реками потекло в северные города огромной страны. Поручение руководства училища было перевыполнено.
Всех собрали в актовом зале, чтобы произнести традиционную речь перед началом учебного года. От имени первокурсников слово предоставили Ольге, и тогда-то Артём и обратил на неё внимание. Она вышла на сцену с высоко поднятой русой головой. Стоило глянуть на её ладную, стройную фигуру в ситцевом платье и кофточке, обутой в простенькие туфли на невысоком каблучке, как сердце парня дрогнуло.
«Какая она красивая», – подумал он, завороженно глядя на незнакомку. Удивительно: он учился здесь уже год, и девушек было вокруг очень много, на любой вкус. Но незнакомка оказалась первой, на кого Артём взглянул по-особенному. Она легко взбежала на сцену, подошла к трибуне. Отодвинула от себя графин с водой. Во всех её действиях сквозила уверенность в своих силах и правоте. Дальше девушка произнесла короткую речь о том, как они, первокурсники, обещают хорошо учиться, чтобы стать достойными продолжателями своих матерей и отцов. Потом прочитала стихотворение. Артём запомнил несколько слов:
«Нас Ленин под красное знамя собрал,
И наша судьба величава.
Тому, кто в борьбе молодежь воспитал, –
Великому Сталину слава!»
В суть слов Артём не вдумывался. Их в этот день звучало слишком много. А вот голос Лёли, звонкий, радостный, искренний, запомнился навсегда. Это уже потом он узнал, какая Лёля: она и за словом в карман не полезет, если видит несправедливость, и женское кокетство ей не свойственно. Ну, разве что самую чуточку, но говорить об этом нельзя – девушка считает кокетство признаком мелкопоместной буржуазности. Кажется, она сама не знает, что значит это выражение, но у неё оно имеет только отрицательный смысл.
– Никогда ты со мной не заигрывала. Мне показалось, прошу прощения, – спешно отнекивается Артём. Он, как будущий хирург, знает: лучшее средство от большинства заболеваний – профилактика. «Если хочешь быть здоров – закаляйся», в общем. Потому надо прекратить спор в самом начале, пока искорка не превратилась в пламя. Тут же, чтобы сменить тему и избежать дальнейшей неловкости, предлагает. – Пойдем купаться?
– Пошли, – вздыхает Лёля.
Она бы Тёме ни за что не призналась, что ей безумно понравилось с ним целоваться. Хотя от него и пахнет немного табаком, а ещё чуточку потом. Но всё это привычные мужские запахи, девушка к ним привыкла уже. Они ведь окружают её с самого детства. И это даже приятно: напоминает то, как пахнет от её отца, Алексея Степановича. Он человек трудовой, а местность, в которой они живут, летом очень жаркая. Тут даже если сходишь на Волгу или на Кутум искупаться, то пока вернёшься домой, высохнешь, вспотеешь и снова станешь сухим, как зимний камыш. Да ещё пятнами соли покроешься.