Перевод: Ганс Сакс и Анастасия Ладанаускене
Иллюстрация: Ольга Сафонова
XXXIV
Невеста
Свежий ветер с моря поднимается по красному склону, достигает луга на холме, смеётся среди нежных белых цветов; потом запутывается в соснах и покачивает, раздувая, словно тонкие паруса, сверкающие паутинки, лазурные, розовые, золотые... Весь вечер стал теперь морским ветром. Солнце и ветер, какое блаженство сердцу!
Платеро несёт меня радостно, ловко, охотно. Можно сказать, не чувствуя моего веса. Мы въезжаем на холм, будто спускаемся. Вдали между крайних сосен колышется блестящая бесцветная полоска моря, мы словно на острове. А там внизу, на зелёных пастбищах, от куста к кусту гарцуют привязанные ослы.
Чувственная дрожь блуждает по лощине. Внезапно Платеро навостряет уши, раздувает поднятые ноздри, подтягивает их к глазам, открывая большие фасолины жёлтых зубов. Он медленно вдыхает воздух со всех четырёх сторон света, не знаю, что за глубокий аромат должен наполнить его сердце. Да вот же она — там, на другом холме, изящная и серая на фоне голубого неба, его возлюбленная. Двойной рёв, звучный и протяжный, трубным гласом разметал солнечное мгновенье и опал двойным водопадом.
Пришлось противостоять любовным инстинктам моего бедного Платеро. И провожает нас взглядом деревенская прелестница, такая же печальная, как он, а её большие гагатовые глаза полны отражений. О, инстинкт, что высвободил плоть, напрасный таинственный зов — о, жестокое колесо, прокатившееся по маргариткам!
И бежит покорно Платеро, каждый миг пытаясь обернуться, и гремит укоризненно его кроткая рысца:
— Не могу поверить, не могу поверить, не могу...