Несколько недель уже ворочаю в себе мысли, навеянные судьбами «моих» бабушек. Одна живёт у меня в отделении и сейчас, другая недавно ушла из жизни, третью я видела по паллиативной работе. Расскажу поподробнее, подумаем вместе. Когда в интернат поступает жить новый человек, мы обязательно собираем максимально подробный анамнез. Не дежурное «травмы, аллергии», хотя и это тоже. Где и с кем жил, какой был характер, какие отношения были с близкими – всё о человеке, что можно узнать. Иногда ничего не знаем, потому что человек в деменции о себе связно рассказать не может, а родных уже нет, поступает в сопровождении соседей или вообще из больницы. Но чаще есть дети или внуки, которые могут подробно рассказать о своём близком. И вот эти пласты человеческих судеб взрезаются плугом слов и воспоминаний, как тяжелая влажная весенняя земля. Иногда там всё понятно и просто – родился, учился, работал, жил своей семьей, потом в 80 лет началась деменция, и вот теперь дедушка-младенец у нас. А иногда та