❗ Судебная практика 2022 г.! По статистике, чаще всего сотрудников полиции (ППС (ОБППСП), ОУР, ГИБДД, УУП и т.д.) привлекают к уголовной ответственности за превышение должностных полномочий, связанное именно с применением физической силы, сопровождаемое в некоторых случаях применением спецсредств и даже оружия. Как известно, конфликты на пустом месте не рождаются, и во многих таких случаях именно "потерпевшие" являются провокаторами конфликтов, когда оскорбляют сотрудников полиции, оказывают физическое сопротивление, неповиновение их законным действиям и т.п. Отмечу, что при правовой оценке действий сотрудников полиции возникает много спорных вопросов даже у работников следственных органов и судов: - вправе ли сотрудники полиции наносить удары при применении физической силы, а если да, то когда(?); - когда вправе вообще применить физическую силу и спецсредства(?); - в каких случаях применение физической силы, спецсредств охватывается рамками должностных полномочий сотрудников полиции, а когда ее применение превышает должностные полномочия(?) и т.п. Разберем на примерах оправдательных приговоров по п.п. "а", "б" ч. 3 ст. 286 УК РФ в 2022 году, - типичные формулировки, мотивы и основания, применяемые судами для оправдания сотрудников полиции, обвиняемых в таком превышении должностных полномочий. Они могут быть успешно использованы для защиты по аналогичным делам.
❗ Много лет профессионально занимаюсь защитой по уголовным делам и обжалованием приговоров. По результатам защиты вынесено свыше 10 оправдательных приговоров! Отменено и смягчено по составленным мной жалобам более 100 приговоров! Делюсь своей, и не только, успешной практикой защиты...
1. Оправдательный приговор по п. «а, б» ч. 3 ст. 286 УК РФ в отношении сотрудников полиции в суде апелляционной инстанции: физическая сила применена законно и обоснованно, превышения должностных полномочий не допущено!
Приговором Шегарского районного суда Томской области от 17 июля 2020 года Волынко М.С. осужден по п. «а, б» ч. 3 ст. 286 УК РФ к 3 годам лишения свободы с лишением права занимать должности, связанные с осуществлением функций представителя власти сроком на 2 года, с применением ст. 73 УК РФ к назначенному наказанию в виде лишения свободы, с испытательным сроком 3 года, по ч. 1 ст. 292 УК РФ, к штрафу в размере 20000 рублей, от назначенного по ч. 1 ст. 292 УК РФ наказания освобожден по основаниям, предусмотренным п. 3 ч.1 ст. 24 УПК РФ, в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности; Зазуля Ю.Н., осужден по п. «а, б» ч. 3 ст. 286 УК РФ к 3 годам лишения свободы с лишением права занимать должности, связанные с осуществлением функций представителя власти сроком на 2 года, с применением ст. 73 УК РФ к назначенному наказанию в виде лишения свободы, с испытательным сроком 3 года.
- они признаны виновными в том, что являясь должностными лицами, совершили действия, явно выходящие за пределы их полномочий и повлекшие существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов общества и государства, совершенное с применением насилия и специальных средств.
Кроме того, Волынко М.С. признан виновным в совершении служебного подлога, то есть внесении должностным лицом в официальные документы заведомо ложных сведений, если эти деяния совершены из иной личной заинтересованности (при отсутствии признаков преступления, предусмотренного частью первой статьи 292.1 настоящего Кодекса).
Мотивы и основания оправдания в апелляции по п.п. "а", "б" ч. 3 ст. 286 УК РФ:
30 мая 2018 года, в период времени с 20 до 21 часов участковый уполномоченный полиции ОМВД России по Шегарскому району Волынко М.С. и помощник оперативного дежурного ОМВД России по Шегарскому району Зазуля Ю.Н., получив от дежурного ОМВД России по Шегарскому району для проверки сообщение, поступившее от диспетчера пожарной части ПЧ №/__/ ФГКУ «/__/ отряд ФПС по Томской области» К., о неоднократных звонках граждан (как позже установлено А. и П.) по вопросам, не связанным с деятельностью пожарно-спасательной службы, находившихся в состоянии алкогольного опьянения, с использованием нецензурной брани, сопровождавшихся угрозами в адрес сотрудника пожарной части, препятствующих нормальной работе службы ПЧ №/__/ ФГКУ «/__/ отряд ФПС по Томской области», занимающих линии телефонов «01» и «101», прибыли на служебном патрульном автомобиле УАЗ «Патриот» по указанному им адресу на /__/ (район магазина «Ярче» и ДК «Заря»), где обратили внимание на мужчину и женщину, идущих шаткой походкой от дома № /__/ к дому /__/ по /__/, подходивших под описание дежурного, в отношении которых, исходя из полученного сообщения, у Волынко М.С. и Зазули Ю.Н. имелись реальные основания полагать, что указанные граждане осуществляли звонки в пожарно-спасательную часть, препятствуя нормальной работе службы.
К прибывшим на место происшествия сотрудникам полиции подошла указанная женщина, ранее незнакомая А., которая на их приезд отреагировала грубой нецензурной бранью, стала оскорблять сотрудников полиции. На законные требования прекратить противоправные действия, предъявить документы, не реагировала, пройти в салон автомобиля с целью доставления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, а также в отдел полиции для дачи объяснений, отказывалась, отмахивалась руками, не хотела идти, отталкивала сотрудника полиции руками, продолжая вести себя агрессивно. В связи с оказанием сопротивления для доставления ее в отдел полиции и отказом выполнить законные требования сотрудников полиции, Волынко М.С. и Зазуля Ю.Н. принудительно препроводили А. в автомобиль, при этом она продолжала оказывать сотрудникам полиции активное сопротивление.
После того, как сотрудники полиции усадили А. на заднее сидение служебного автомобиля, к ним подошел указанный выше мужчина, ранее незнакомый П., который стал оскорблять сотрудников полиции грубой нецензурной бранью, угрожать связями в МВД России. На законные требования прекратить противоправные действия не реагировал, продолжал вести себя агрессивно. Проехать в медучреждение для освидетельствования на состояние опьянение и в отдел полиции для дачи объяснений, отказался, продолжая вести себя агрессивно, в связи с чем, с целью предотвращения возможных действий П. по завладению табельным оружием, которое находилось у Зазули Ю.Н., Волынко М.А., предупредив П. о применении в отношении него физической силы и специальных средств, предоставив время для выполнения им законных требований прекратить противоправные действия и сесть в служебный автомобиль, с учетом создавшейся обстановки, поведения П., находившегося в состоянии опьянения, Волынко С.А. и Зазуля Ю.Н. в соответствии с положениями ст.18,19, 20, 21 ФЗ «О полиции» применили в отношении него физическую силу и специальное средство-наручники, заведя руки П. за спину, уложив его на землю вниз лицом и надев наручники. После этого, П., который продолжал активно сопротивляться, усадили в служебный автомобиль и доставили в медучреждение с целью прохождения медицинского освидетельствования на предмет нахождения в состоянии опьянения, а затем в отдел полиции с целью опроса по обстоятельствам проверки сообщения из пожарной части.
А., воспользовавшись моментом, что сотрудники полиции отошли от автомобиля к подбежавшему к ним П., покинула салон служебного автомобиля и скрылась с места происшествия.
Далее, Волынко М.С., с целью выполнения возложенных на него обязанностей по охране общественного порядка, учитывая поведение П., находящегося в состоянии опьянения в общественном месте, а также принимая во внимание его агрессивное поведение, употребление грубой нецензурной брани, угроз в их с Зазулей Ю.Н. адрес, на улице, в непосредственной близости с магазином «Ярче» и ДК «Заря», где постоянно пребывают люди, пришел к выводу о наличии в действиях последнего признаков административного правонарушения, предусмотренного ст. 20.21 КоАП РФ, собрав доказательства: акт медицинского освидетельствования П., объяснения свидетелей, самого П., уполномоченный в соответствие с п.8 ч.1 ст. 13 ФЗ «О полиции» составлять протоколы об административном правонарушении, составил протокол об административном правонарушении в отношении последнего, после чего вынес постановление о привлечении его к административной ответственности с назначением административного штрафа.
Установленные судебной коллегией обстоятельства подтверждаются совокупностью представленных доказательств.
Вместе с тем, основываясь на исследованных доказательствах, суд первой инстанции не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда. Выводы суда, изложенные в приговоре, не подтверждены доказательствами, рассмотренными в судебном заседании.
Суд апелляционной инстанции напомнил, когда сотрудники полиции вправе применять физическую силу и спецсредства, и когда в их действиях не будет превышения должностных полномочий:
Статьей 12 Федерального закона № 3-ФЗ от 07.02.2011 «О полиции» установлены обязанности полиции, в том числе: документировать обстоятельства совершения административного правонарушения (п.2 ч.1); выявлять причины административных правонарушений и условия, способствующие их совершению, принимать в пределах своих полномочий меры по их устранению (п.4 ч.1); пресекать административные правонарушения и осуществлять производство по делам об административных правонарушениях, отнесенных законодательством об административных правонарушениях к подведомственности полиции (п.11 ч.1).
В соответствии со ст.13 указанного Федерального закона полиции для выполнения возложенных на нее обязанностей предоставлено право, в том числе, требовать от граждан прекращения противоправных действий; проверять документы, удостоверяющие личность граждан, если имеются данные, дающие основание подозревать их в совершении преступления или полагать, что они находятся в розыске, либо если имеется повод к возбуждению в отношении этих граждан дела об административном правонарушении, а равно если имеются основания для их задержания в случаях, предусмотренных федеральным законом (пункт 2 части 1).
Согласно ч.3, 4 ст.30 Федерального закона № 3-ФЗ от 07.02.2011 «О полиции» законные требования сотрудника полиции обязательны для выполнения гражданами и должностными лицами, невыполнение законных требований сотрудника полиции влечет ответственность, предусмотренную законодательством Российской Федерации.
Состав преступления, предусмотренного ст.286 УК РФ, предполагает совершение должностным лицом активных действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества и государства. Должностное лицо при этом должно осознавать, что действует за пределами возложенных на него полномочий.
По смыслу закона, отграничивая превышение должностных полномочий, совершенное с применением насилия, от правомерных действий должностных лиц, следует учитывать, что основания, условия и пределы применения физической силы определены в соответствующих нормативно-правовых актах РФ, в том числе в Федеральном законе РФ «О полиции». При этом обязательными являются ссылки в обвинительном заключении и приговоре суда на конкретные нормы правовых актов, устанавливающие права и обязанности обвиняемого должностного лица, превышение которых вменяется в вину.
В данном случае исходя из предъявленного обвинения и обстоятельств, установленных в приговоре судом первой инстанции, осужденному Волынко М.С. и Зазуле Ю.Н. вменено в вину нарушение положений ст. ст. 1,3,5-7,12,13, ст.20 Федерального закона № 3-ФЗ от 07.02.2011 «О полиции».
Вместе с тем положения ст.18, 19, 20, 21 Федерального закона № 3-ФЗ от 07.02.2011 «О полиции» предоставляют сотрудникам полиции право на применение физической силы и специальных средств, в том числе при задержании лица, совершившего административное правонарушение, для преодоления противодействия законным требованиям сотрудника полиции, для пресечения сопротивления, оказываемого сотруднику полиции.
Исходя из положений указанных норм закона, за вред, причиненный гражданам при применении физической силы и специальных средств, сотрудник полиции несет ответственность лишь в том случае, если им допущено превышение полномочий при их применении.
Порядок применения сотрудником полиции физической силы и специальных средств установлен ст.19 Федерального закона № 3-ФЗ от 07.02.2011 «О полиции», положения которой обязывают сотрудника полиции перед применением физической силы и специальных средств сообщить лицам, в отношении которых предполагается применение физической силы и специальных средств, о том, что он является сотрудником полиции, предупредить их о своем намерении и предоставить им возможность и время для выполнения законных требований сотрудника полиции.
Вместе с тем п.2, 3 ст.19 Федерального закона № 3-ФЗ от 07.02.2011 «О полиции» предоставляют сотруднику полиции право не предупреждать о своем намерении применить физическую силу, если промедление в их применении создает непосредственную угрозу жизни и здоровью гражданина или сотрудника полиции либо может повлечь иные тяжкие последствия. Также в этих нормах закона закреплено правило, согласно которому сотрудник полиции при применении физической силы действует с учетом создавшейся обстановки, в том числе с учетом характера и степени опасности действий лиц, в отношении которых применяется физическая сила. При этом сотрудник полиции обязан стремиться к минимизации любого ущерба.
С учетом изложенных положений закона, доказательств, исследованных в судебном заседании суда первой инстанции в их совокупности, судебная коллегия приходит к выводу, что виновность Волынко М.С. и Зазули Ю.Н. в совершении преступления, предусмотренного п. «а,б» ч. 3 ст. 286 УК РФ, не нашла своего подтверждения, в их действиях отсутствует состав преступления.
Судом установлено и соответствует материалам дела, что поводом обращения диспетчера пожарной части /__/ ФГКУ «/__/ отряд ФПС по Томской области» К. в дежурную часть ОМВД России по Шегарскому району послужили действия А. и П., находившихся в состоянии опьянения, осуществлявших многочисленные бесперебойные звонки, не связанные с работой данной службы, препятствующие нормальной деятельности пожарной части.
Для проверки данного сообщения дежурным ОМВД России по Шегарскому району были направлены участковый инспектор Волынко М.С. и помощник оперативного дежурного Зазуля Ю.Н., прибывшие 30 мая 2018 года в период с 20 до 21 часа к дому /__/ по /__/, расположенному напротив магазина «Ярче», где они обнаружили А. и П., находящихся в состоянии алкогольного опьянения (по внешним признакам, шатающейся походке, при общении запах алкоголя изо рта), столкнувшись с их агрессивным поведением, несмотря на то, что ими, как сотрудниками полиции, находящимися при исполнении служебных обязанностей, гражданам была обозначена цель их прибытия, что подтвердил в своих показаниях П., пояснивший, что со слов Волынко М.С., сотрудники приехали по жалобе сотрудников пожарной части на их звонки, равно, как обозначена была цель их прибытия А., у которой Волынко М.С. пытался выяснить не она ли звонила в пожарную часть.
Однако, продолжая вести себя агрессивно, А., а затем и П., проигнорировали законное требование Волынко М.С. представиться, оскорбляя сотрудников полиции, выражаясь нецензурной бранью, угрожая увольнением с работы, они не выполнили законное требование сотрудников полиции проследовать в патрульный автомобиль для их медицинского освидетельствования, а также получения объяснений по сообщению из пожарной части, препятствуя осуществлению сотрудниками полиции их обязанностей. Учитывая агрессивное поведение А., продолжавшей высказывать оскорбления, Волынко М.С. и Зазуля Ю.Н., взяв ее за руки, принудительно усадили ее в патрульный автомобиль, откуда она, продолжая препятствовать осуществлению сотрудниками полиции своих обязанностей, скрылась, пока они разговаривали с подошедшим П., столкнувшись с его агрессивным поведением. П. высказывал оскорбления и угрозы увольнения в их адрес, на требования представиться и пройти в служебный автомобиль не реагировал, при этом, то размахивал руками, то держал руки в карманах. При данных обстоятельствах, учитывая, то, что Зазуля Ю.Н. имел при себе табельное оружие, кобура от которого находилась на поясном ремне, агрессивное поведение П., находящегося в состоянии опьянения, давало основания полагать возможность попытки завладения оружием П., вследствие чего ими было принято решение о применении к нему физической силы и специальных средств (наручников), а именно, взяв П. за руки, Волынко М.С. и Зазуля Ю.Н. завели ему руки назад, уложили на землю, Волынко М.С. надел ему на руки наручники, после чего сопротивляющегося и продолжавшего высказывать оскорбления и нецензурную брань П. подняли с земли и принудительно усадили в патрульный автомобиль. Более никаких действий Волынко М.С. и Зозуля Ю.Н. в отношении П. и А. не осуществляли.
Изложенные обстоятельства поведения потерпевших и сотрудников полиции, происходившие на улице, в условиях очевидности, нашли отражение в показаниях свидетелей - очевидцев.
У судебной коллегии нет оснований не доверять показаниям свидетелей Ч., С., а также Д. в части, не противоречащей совокупности доказательств, поскольку они логичны и последовательны, взаимно дополняют друг друга, подтверждают показания Волынко М.С. и Зазули Ю.Н. об обстоятельствах, возникших в ходе выполнения проверки ими сообщения из пожарной части, вызвавших необходимость применения физической силы и специальных средств (наручников) к П. и принудительного усаживания в патрульный автомобиль А. в связи с невыполнением ими законных требований сотрудников полиции.
Факт нахождения потерпевших в состоянии опьянения подтвержден самим П., заключением экспертизы в отношении последнего, А., которая не отрицала употребление спиртных напитков П. и ею в этот день, а также показаниями свидетелей Д., К., Ч.
Причин для оговора свидетелями осужденных или потерпевших судебной коллегией не установлено и судебной коллегии не представлено.
Вместе с тем, никто из очевидцев не пояснял о нанесении ударов потерпевшим сотрудниками полиции. В то время, как сами потерпевшие утверждали, что причинение им телесных повреждений, а П. нанесение ударов, происходило только возле патрульного автомобиля.
Судебная коллегия критически относится к показаниям потерпевших, что ими не совершались действия, дающие основание Волынко М.С. и Зазуле Ю.Н. применять физическую силу и специальное средство (наручники) к П. и меры принудительного усаживания в автомобиль к А., а также, что П. сотрудниками полиции было нанесено не менее шести ударов ногами в обуви и кулаками рук по голове, телу и конечностям, и что в отношении А. последние вели себя некорректно, при усаживании в патрульный автомобиль брали ее за туловище, заведя руки за спину, забрали у нее телефон, препятствуя фиксации путем видеосъемки ее общения с сотрудниками полиции, при этом она кричала и просила о помощи, поскольку это не подтверждается совокупностью доказательств, в частности показаниями Зазули Ю.Н. и Волынко М.С., свидетелей из числа очевидцев происшествия, заключениями судебных медицинских экспертиз.
Так, наличие у П. телесных повреждений в виде припухлости мягких тканей в области левого коленного сустава, ссадин лобно-теменной области головы, левой скуловой кости, на шее справа, а также ссадин в области правого лучезапястного сустава, обоих предплечий не оспаривается в судебном заседании и объективно подтверждается заключениями эксперта № 38 и № 199-м/д, а также заключением экспертов № 90, в которых зафиксированы локализация, тяжесть и механизм образования телесных повреждений, обнаруженных у потерпевшего П.
Выводы заключения экспертов № 90, это результат комиссионной экспертизы, выполненной экспертами С. и Б., назначенной в целях устранения неясностей выводов указанных судебно-медицинских экспертиз относительно механизма их причинения, согласно которым эксперты указывают на невозможность, вопреки заключению № 101-м/д и доводам жалобы защиты, причинения телесных повреждений П. при однократном падении с высоты собственного роста, учитывая, что телесные повреждения не лежат в одной плоскости, расположены в разных анатомических плоскостях, эксперты пришли к выводу о причинении П. ссадин от касательных воздействий твердого предмета с ограниченной поверхностью, ушибов от воздействия тупых твердых предметов. Все повреждения расцениваются, как не причинившие вред здоровью.
У судебной коллегии нет оснований не доверять выводам экспертов, в том числе, выводам комиссионной судебной экспертизы, проведенной с соблюдением уголовно – процессуального закона, подтвержденным экспертом С., допрошенной в судебном заседании, показаниям которой у судебной коллегии также нет оснований не доверять, пояснившей, что телесные повреждения в виде ссадин у П. (не менее шести) образовались от касательных воздействий твердых тупых предметов и три в области суставов (на поверхности правого и левого предплечья), не исключая их образование от наручников. При этом, вопреки доводам апелляционной жалобы защиты, то обстоятельство, что следователь, назначая комиссионную судебно-медицинскую экспертизу в ОГБУЗ «БСМЭТО», поручил предупредить экспертов об уголовной ответственности начальнику Шегарского МРО СМЭ ОГБУЗ «БСМЭТО», не свидетельствует о том, что заключение экспертов № 90 является недопустимым доказательством. Данное экспертное заключение получено с соблюдением всех норм уголовно-процессуального закона, требования ст.ст. 200, 204 УПК РФ и ст.ст. 21,23 Федерального закона от 31.05.2001 №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» соблюдены.
Наличие телесных повреждений у А. в виде кровоподтеков в области обоих плеч, левого бедра, левой и правой голени, на ягодице справа объективно подтверждаются выводами заключения экспертов № 37, № 200-м/д и № 100 м/д, в которых зафиксированы локализация, тяжесть и механизм образования телесных повреждений, обнаруженных у потерпевшей А. от не менее, чем девяти воздействий тупых твердых предметов, в зоне досягаемости собственной руки А. и не исключая причинения телесных повреждений самой себе, которые расцениваются как повреждения, не причинившие вреда здоровью.
Указанные экспертизы проведены с соблюдением норм уголовно-процессуального закона, их выводы сомнения у судебной коллегии не вызывают и подлежат оценке в совокупности с другими доказательствами.
Вместе с тем, само по себе наличие телесных повреждений у потерпевших, по мнению судебной коллегии, не подтверждает виновность осужденных в умышленном причинении ими вреда здоровью потерпевшим А. и П.
Анализируя показания свидетелей Ч., С., Д., очевидцев происшествия, не подтвердивших факт нанесения ударов Волынко М.С. и Зазулей Ю.Н. потерпевшим П. и А., показания П. о том, что он ударился головой о землю, когда его укладывали на землю с заведенными назад руками, а также о принудительном усаживании его, находящегося в наручниках, в патрульный автомобиль, в совокупности с показаниями эксперта С. о том, что указанные в заключении экспертизы в отношении П. телесные повреждения в виде ссадин произошли от касательных воздействий твердых тупых предметов, в области суставов, не исключая их образование от наручников, а также показания А. о принудительном усаживании ее в патрульный автомобиль, согласно которым ее брали за руки, от чего она испытала физическую боль, принудительно усаживая в машину, судебная коллегия приходит к выводу, что, учитывая механизм образования телесных повреждений у потерпевших, их локализацию, с учетом установленных судом обстоятельств, они причинены при применении к П. физической силы, заведении рук за спину, укладывании на землю, и применении специальных средств (наручников) в рамках ФЗ «О полиции», а также при активном сопротивлении потерпевших П. и А. принудительному усаживанию в патрульный автомобиль, в том числе, от ударов о выступающие части автомобиля, что объясняет наличие у потерпевших указанных телесных повреждений и исключает их умышленное причинение потерпевшим сотрудниками полиции Волынко М.С. и Зазулей Ю.Н..
Доводы защиты о возможности причинения телесных повреждений потерпевшим при иных обстоятельствах, в том числе самим себе или друг другу, не нашли подтверждения в судебном заседании.
С учетом установленных обстоятельств судебная коллегия имеет достаточные основания прийти к выводу о том, что получение А. и П. телесных повреждений, не причинивших вреда здоровью, стало следствием их помещения в служебный автомобиль. Применения к П. физической силы и спецсредств - наручников, сопровождение А. до автомобиля и усаживание ее на заднее сидение не отрицали и сотрудники полиции, объясняя это оказанным П. и А. сопротивлением.
Вопреки доводам потерпевших и обвинения, оценив имеющиеся доказательства, судебная коллегия приходит к выводу о том, что основания для установления личности П. и А., а также опроса последних в рамках сообщения из ПЧ /__/ ФГКУ «/__/ отряд ФПС по Томской области» о создании ими препятствий нормальной работе дежурной части ПЧ /__/, имелись. Вместе с тем, П. и А. отказались выполнять законные требования сотрудников полиции, прибывших для проверки сообщения. Проявление ими агрессии, использование нецензурной брани и угроз увольнения с работы при общении с диспетчером ПЧ /__/, продолжилось при общении с прибывшими сотрудниками полиции, что нашло подтверждение приведенной совокупностью доказательств. Дальнейшие действия Волынко М.С. и Зазули Ю.Н. по пресечению действий А. и П., высказывающих оскорбления и угрозы в отношении представителей власти, осуществляющих выполнение служебных обязанностей, были правомерными и законными.
Анализируя показания всех допрошенных по делу лиц в совокупности с представленными письменными материалами по уголовному делу, нельзя сделать вывод о том, что Волынко М.С. и Зазуля Ю.Н. в рассматриваемой ситуации с учетом создавшейся обстановки совершили активные действия, явно выходящие за пределы их полномочий, осознавая, что действуют за пределами возложенных на них полномочий.
По мнению судебной коллегии, в судебном заседании нашли подтверждение доводы осужденных о том, что, применяя к потерпевшей А. меры принуждения и к П. физической силы и специального средства (наручников), они действовали с учетом создавшейся обстановки, в том числе с учетом обоснованно предполагаемых характера и степени опасности действий лиц, в отношении которых применялись меры принуждения, физическая сила и специальное средство.
Также не установлено, что при применении физической силы и специальных средств (наручников) в отношении П., а также принуждения в отношении А., умысел Волынко М.С. и Зазули Ю.Н. был направлен на превышение ими должностных полномочий, на причинение потерпевшим физической боли либо вреда здоровью, поскольку они стремились своими действиями не допустить совершения А. и П. каких-либо противоправных деяний, в том числе в отношении сотрудников полиции.
Исходя из совокупности собранных по делу доказательств, судебная коллегия приходит к выводу о достоверности вышеизложенных показаний Волынко М.С. и Зазули Ю.Н. и критически относится к показаниям потерпевших А., П. об умышленном причинении им телесных повреждений сотрудниками полиции Волынко М.С. и Зазулей Ю.Н., поскольку данная версия потерпевших не нашла подтверждения в суде.
Показания Волынко М.С. и Зазули Ю.Н. судебная коллегия находит последовательными, поскольку после произошедших событий ими в адрес своего руководителя были поданы рапорты с подробным описанием действий, послужившие основанием для применения в отношении П. физической силы и специальных средств.
С учетом изложенного вывод суда первой инстанции о том, что Волынко М.С. и Зазуля Ю.Н. не имели оснований для применения в отношении А. и П. мер принуждения, физической силы и специальных средств (наручников) и совершили действия, явно выходящие за пределы их полномочий, не соответствует фактическим обстоятельствам дела, установленным судебной коллегией.
Доводы обвинения Волынко М.С. в совершении им служебного подлога, то есть внесении из личной заинтересованности должностным лицом в протокол об административном правонарушении от 30.05.2018 и постановление по делу об административном правонарушении от 30.05.2018 заведомо ложных сведений о якобы имевшем место правонарушении со стороны П., предусмотренном ст. 20.21 КоАП РФ по мнению судебной коллегии, также не нашли подтверждения в суде.
Из диспозиции ст.292 УК РФ следует, что объективная сторона преступления, выражается во внесении в официальные документы заведомо ложных сведений, предполагающих изначальное составление документа, не соответствующего по содержанию действительности, ложного, то есть удостоверяющего соответствующие факты, путём изготовления нового документа. Указанное преступление совершается с прямым умыслом.
Признавая виновным Волынко М.С. в совершении подлога, суд указал, что последний действовал с прямым умыслом, направленным на внесение в официальные документы заведомо ложных сведений, с целью придания правомерности своим действиям по применению физической силы к П., а так же его незаконному задержанию и доставлению в ОМВД России по Шегарскому району.
Вместе с тем, судом не добыто и суду апелляционной инстанции не представлено доказательств наличия у Волынко М.С. прямого умысла на внесение заведомо ложных сведений в официальные документы, при тех обстоятельствах, что в судебном заседании установлена правомерность действий участкового инспектора Шегарского ОВД Волынко М.С. при проверке сообщения из МЧС от 30 мая 2018 года, в том числе по применению физической силы и специальных средств к П., а так же доставлению его в ОМВД России по Шегарскому району.
Кроме того, в судебном заседании нашло подтверждение агрессивное поведение П., находящегося в состоянии опьянения, употребление им грубой нецензурной брани, оскорблений и угроз в адрес сотрудников полиции Волынко М.С. и Зазули Ю.Н. на улице, невыполнение законных требований сотрудников полиции, в непосредственной близости с магазином «Ярче» и ДК «Заря», где постоянно пребывают люди, что послужило поводом для составления административного протокола в отношении П.
При этом, вопрос о квалификации действий П. не является предметом рассмотрения настоящего судебного заседания, равно, как оценка доказательств, приведенная в рамках дела об административном правонарушении.
Факт отмены Томским областным судом постановления о привлечении П. к административной ответственности по основаниям п.2 ч.1 ст. 24.5 КоАП РФ за отсутствием состава административного правонарушения также не свидетельствует о виновности Волынко М.С. в совершении им служебного подлога.
Представленные суду в качестве доказательств по данному эпизоду преступления: административный материал в отношении П., заключение почерковедческой экспертизы № 5068; решение судьи Томского областного суда от 07 августа 2018 года, согласно которому производство по делу об административном правонарушении в отношении П. прекращено, иные указанные выше доказательства, не доказывают виновность Волынко М.С. в совершении служебного подлога.
С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции в соответствии с п.2 ч.1 ст.389.20, ст.389.23 УПК РФ считает необходимым отменить обвинительный приговор суда первой инстанции и принять по уголовному делу новое решение.
В соответствии со ст. 14 УПК РФ обвиняемый считается невиновным, пока его виновность в совершении преступления не будет доказана в предусмотренном этим Кодексом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда.
Все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном УПК РФ, толкуются в пользу обвиняемого.
Обвинительный приговор не может быть основан на предположениях.
Принимая во внимание изложенное и толкуя в соответствии с ч. 3 ст. 14 УПК РФ все неустранимые сомнения относительно обстоятельств совершенных деяний в пользу осужденных Волынко М.А. и Зазули Ю.Н., судебная коллегия считает, что в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства в суде первой инстанции убедительных и неопороченных доказательств виновности Волынко М.А. и Зазули Ю.Н. в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ, а Волынко М.С. и в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 292 УК РФ, не собрано, в связи с чем приговор суда подлежит отмене, а Волынко М.А. и Зазуля Ю.Н. - оправданию по предъявленному им обвинению.
На основании п.1 ч.2 ст.133 УПК РФ за Волынко М.А. и Зазулей Ю.Н. следует признать право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием.
См.: Апелляционный оправдательный приговор Томского областного суда от 02 июня 2022 года по делу №22-13/2022
P.S. Отмечу, что данный оправдательный приговор отменен 8-м КСОЮ в январе 2023 года "в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона". Текст определения еще не опубликован на сайте суда. Тем не менее, приводимые основания, формулировки и мотивы оправдания сохраняют свою актуальность, т.к. всё расписано в пользу обвиняемых очень неплохо...
2. Еще один оправдательный приговор в апелляции по п. "а" ч. 3 ст. 286 УК РФ: применение физической силы сотрудником полиции, включая нанесение неоднократных ударов(!), - ПРИЗНАНО ЗАКОННЫМ И ОБОСНОВАННЫМ!
Приговором Центрального районного суда г. Читы от 26 октября 2021 года ФИО осужден по п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ к 3 годам лишения свободы с лишением права занимать должности в правоохранительных органах, связанные с осуществлением функций представителя власти, на 6 месяцев. На основании статьи 73 УК РФ условно с испытательным сроком 2 года, с возложением обязанностей, указанных в приговоре.
Мотивы и основания оправдания по п. "а" ч. 3 ст. 286 УК РФ:
Проверив материалы уголовного дела и имеющиеся в них доказательства, выслушав участников процесса, оценив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия находит приговор подлежащим отмене в связи с несоответствием изложенных в нем выводов суда фактическим обстоятельствам дела.
В соответствии со статьей 297 УПК РФ приговор должен быть законным, обоснованным и справедливым, и признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями, предусмотренными уголовно-процессуальным законом, и основан на правильном применении уголовного закона.
Основанием отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке является несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела (п. 1 ст. 389.15 УПК РФ).
Судебное решение признается не соответствующим фактическим обстоятельствам, если суд не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на его выводы (п. 2 ст. 389.16 УПК РФ), что и имело место по уголовному делу в отношении ФИО
Признавая ФИО виновным в совершении инкриминируемого ему деяния, суд в приговоре сослался на показания потерпевшего М*, указавшего об оказанном им противодействии, неповиновении требованиям сотрудников полиции, о высказывании в их адрес оскорблений, а также указавшем на применение к нему насилия ФИО эти показания потерпевший продемонстрировал на месте, указав куда пришлись ему удары; показания свидетелей П*, В*, К*, которым стало известно о применении сотрудниками полиции к М* физической силы с его слов; показания свидетелей К.Н., А*, подробно пояснивших об обстоятельствах задержания М*, нахождении последнего в состоянии сильного опьянения, его агрессивном поведении, оскорблениях сотрудников полиции и активном неповиновении М* законным требованиям сотрудников полиции; показания свидетелей (сотрудников ОБППСП УМВД России по <адрес>) С*, О*, Н* об особенностях применения спецсредств и возможности нанесения расслабляющих ударов при задержании правонарушителя.
Кроме того, в основу приговора положены письменные доказательства: рапорт об обнаружении признаков преступления (том <данные изъяты> л.д. <данные изъяты>); постановление о прекращении уголовного дела в отношении М* (том <данные изъяты> л.д. <данные изъяты>); копия приказа № л/с от <Дата> о назначении ФИО на должность полицейского (водителя) мобильного взвода роты <данные изъяты> ОБППСП УМВД России <данные изъяты>; копии постовой ведомости расстановки патрульно-постовых нарядов, согласно которой ФИО <Дата> находился на суточном дежурстве в составе экипажа № совместно с <данные изъяты> К.Н. и полицейским мобильного взвода роты № ОБППСП УМВД России по <адрес> А* <данные изъяты>); должностной регламент полицейского (водителя) мобильного взвода роты № ОБППСП УМВД России <данные изъяты>); телефонное сообщение о вызове свидетелем №8 сотрудников полиции в связи с нарушением М* общественного порядка (том 1 л.д. 15); рапорт ФИО об оказании М* неповиновения законным требованиям сотрудников полиции, отказе от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, а также о том, что М* укусил ФИО в область кисти (<данные изъяты>); акт медицинского освидетельствования ФИО (<данные изъяты>); журнал учета лиц, доставляемых в дежурную часть, согласно которому зафиксирован факт доставления М* в отдел полиции для составления протокола об административном правонарушении с указанием о применении к нему средств БСР (<данные изъяты>); заключение судебно-медицинского эксперта, согласно которому у ФИО на момент обследования имеется кровоподтек в проекции 1 пястной кости левой кисти, кровоподтек на внутренней поверхности левого бедра, которые могли образоваться в результате травматического воздействия тупого предмета (предметов), возможно при обстоятельствах и в срок, указанных обследуемым, которые не повлекли за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, и квалифицирующиеся как повреждения, не причинившие вред здоровью (<данные изъяты>); копия постановления Железнодорожного районного суда <данные изъяты> от <Дата>, из которой следует, что М* признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 19.3 Кодекса РФ об административных правонарушений, ему назначено административное наказание в виде административного ареста на срок двое суток за невыполнение законных требований сотрудников полиции пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения (<данные изъяты>); видеозаписи с камер наблюдения (<данные изъяты>).
При этом, судом сделан вывод, что совокупность исследованных доказательств свидетельствует о том, что ФИО, нанеся множественные (три по телу руками и два по нижним конечностям ногами) удары М*, тем самым применив к нему насилие, превысил свои должностные полномочия, нарушил права и законные интересы гражданина, а также, подорвав авторитет органов полиции Российской Федерации, нарушил охраняемые законом интересы общества и государства.
Действия ФИО квалифицированы судом по п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ как превышение должностных полномочий, то есть, совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов общества и государства, с применением насилия.
С такой оценкой представленных по уголовному делу доказательств судебная коллегия согласиться не может.
Оценивая показания ФИО относительно количества, момента и последовательности нанесения ударов, суд показания осужденного признал недостоверными, направленными на избежание уголовной ответственности за содеянное.
В то же время, как следует из содержания изложенных в приговоре доказательств, выводов суда и установлено судебной коллегией, показания потерпевшего М* также нельзя признать объективными и последовательными, поскольку М* в ходе предварительного и судебного следствия менял последовательность произведенных им укусов, а также указывал на разные места, где он укусил сотрудника полиции.
Наряду с вызывающими недоверие показаниями потерпевшего М*, судом оставлено без внимания, что он на протяжении продолжительного времени оказывал сотрудникам полиции неповиновение, оскорблял их, высказывал угрозы расправы, при попытке сопроводить в служебный автомобиль, упирался ногами о дверной проем, хватался руками за перила, лег на тротуар, поджав руки под себя и сцепив их между собой. Уже на выходе из наркологического диспансера, М* пытался укусить сотрудников полиции, что объективно подтверждено записями камер видеонаблюдения и портативного устройства, а также показаниями свидетеля А*, согласно которым М* укусил его, что также было установлено судом первой инстанции.
Показания осужденного ФИО о том, что М* его дважды укусил подтверждены не только заключением судебно-медицинского эксперта, которым зафиксированы на левой кисти и внутренней поверхности левого бедра ФИО телесные повреждения, происхождение которых возможно при обстоятельствах, указанных ФИО, но и показаниями свидетелей К.Н. и А*, не доверять которым оснований не имеется.
Агрессивное поведение М* прослеживается на всем протяжении общения с сотрудниками полиции, как в наркологическом диспансере, так и на улице, возле медицинского учреждения, что подтверждено не только показаниями ФИО, К.Н. и А*, но и изъятыми с места происшествия записями камер видеонаблюдения, устройства видеофиксации, которое находилось у К.Н., а также не оспаривается М*.
Именно действия М*, связанные с неповиновением законным требованиям сотрудников полиции пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения явились причиной его задержания и доставления в отдел полиции, и последующего привлечения к административной ответственности. Как указано выше, постановлением Железнодорожного районного суда <адрес> от <Дата> М* признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 19.3 Кодекса РФ об административных правонарушений и ему назначено административное наказание в виде административного ареста на срок двое суток, которое М* отбыто.
Таким образом, именно агрессивное поведение М* на протяжении продолжительного времени, его противодействие и неподчинение законным требованиям сотрудников полиции проследовать в служебный автомобиль, а также намерения М* укусить сотрудников полиции, то есть применить насилие в отношении представителей власти, а в отношении ФИО применение такого насилия в виде укусов, явилось основанием для применения в отношении М* физической силы с целью пресечения его противоправных действий и применения к нему специальных средств ограничения подвижности, с последующим доставлением в отдел полиции.
Доводы апелляционной жалобы о том, что М* препятствовал исполнению сотрудниками полиции своих должностных обязанностей, судебная коллегия находит правильными.
В силу п. 11 ч. 1 ст. 12, п. 13 ч. 1 ст. 13 Федерального закона от 07.02.2011 г. № 3-ФЗ «О полиции» на полицию возлагается, наряду с иным, обязанность предупреждать, выявлять и пресекать противоправные деяния, административные правонарушения и осуществлять производство по делам об административных правонарушениях, отнесенных законодательством об административных правонарушениях к подведомственности полиции. Для выполнения возложенных на полицию обязанностей предоставляется право доставлять граждан, то есть осуществлять их принудительное препровождение, в служебное помещение территориального органа или подразделения полиции, в целях решения вопроса о задержании гражданина.
Частью первой статьи 18 Федерального закона «О полиции» закреплено право сотрудника полиции на применение физической силы, специальных средств.
Согласно ч. 3 ст. 19 вышеназванного Федерального закона сотрудник полиции при применении физической силы, специальных средств действует с учетом создавшейся обстановки, характера и степени опасности действий лиц, в отношении которых применяются физическая сила, специальные средства, характера и силы оказываемого ими сопротивления. При этом сотрудник полиции обязан стремиться к минимизации любого ущерба.
Кроме того, чч. 1, 2 ст. 20 Федерального закона «О полиции» сотрудник полиции имеет право лично или в составе подразделения (группы) применять физическую силу, в том числе боевые приемы борьбы, если несиловые способы не обеспечивают выполнения возложенных на полицию обязанностей, в случаях: для пресечения административных правонарушений; для доставления в служебное помещение территориального органа или подразделения полиции лиц, совершивших административные правонарушения, и задержания этих лиц; для преодоления противодействия законным требованиям сотрудника полиции. Сотрудник полиции имеет право применять физическую силу во всех случаях, когда этим Федеральным законом разрешено применение специальных средств, которые в силу статьи 21 Федерального закона применяются в случаях: для пресечения административного правонарушения; для пресечения сопротивления, оказываемого сотруднику полиции.
Аналогичные права и обязанности сотрудника ОБППСП УМВД России <данные изъяты> предусмотрены Уставом патрульно-постовой службы, утвержденным Приказом МВД России № 80 от 29.01.2008 г. «Вопросы организации деятельности строевых подразделений патрульно-постовой службы полиции» и должностным регламентом, утвержденным начальником УМВД России <данные изъяты>.
Приказом МВД России от 01.07.2017 г. № 450 утверждены Наставления по организации физической подготовки в органах внутренних дел Российской Федерации, которые определяю обучение боевым приемам борьбы, обучениям ударам и защитам от ударов, при этом, удары рукой могут наноситься кулаком, основанием и ребром ладони или локтем, а удар ногой – стопой (носком («пыром»), подошвенной частью, подъемом, внешним (ребром) сводом стопы, пяткой и коленом. Удары могут проводиться в виде комбинаций (серий) из двух и более ударов, с места или с подшагом (подскоком) и включать следующие сочетания: рука-рука, рука-нога, нога-рука, нога-нога.
Согласно пояснениям инструктора группы по работе с личным составом <данные изъяты> <адрес>Р*, в чьи обязанности входит физическая подготовка сотрудников полиции, и допрошенного судом апелляционной инстанции в качестве специалиста, при задержании правонарушителя, оказывающего неповиновение, сопротивление сотруднику полиции, сотрудник вправе применить физическую силу, в том числе нанести расслабляющий удар (удары), в том числе кулаком, ногой, при этом, сотрудник полиции при применении физической силы действует с учетом создавшейся обстановки, характера и степени опасности действий лиц, в отношении которых применяется физическая сила, характера и силы оказываемого ими сопротивления. Нанесение нескольких расслабляющих ударов в виде различных комбинаций возможно.
Как следует из материалов уголовного дела, доказательств, представленных сторонами, сотрудники полиции К.Н. и А* не могли самостоятельно справиться с М*, в связи с чем к ним на помощь пришел сотрудник полиции ФИО, который стал помогать К.Н. и А* освободить руки М* для применения к последнему специальных средств ограничения подвижности. Несмотря на это М* продолжил свои противоправные действия, связанные с неповиновением законным требованиям сотрудников полиции.
Учитывая, что несиловые способы не обеспечивали выполнения возложенных на полицию обязанностей, ФИО было принято решение о применении к М* физической силы, в результате чего ФИО нанес расслабляющие удары кулаком по телу М*. Принятые ФИО меры вновь не обеспечили выполнение сотрудниками полиции своих обязанностей, в связи с чем ФИО нанес удары ногой по нижним конечностям М*.
Лишь после этих действий сотрудникам полиции удалось применить к М* специальные средства ограничения подвижности и сопроводить его к служебному автомобилю, доставить в отдел полиции, где в отношении М* был составлен протокол об административном правонарушении.
Таким образом, совокупность исследованных судом первой инстанции доказательств свидетельствует о том, что действия ФИО, применившего физическую силу к потерпевшему М* являются правомерными, соответствовали требованиям Федерального закона «О полиции», Приказам МВД России и иным подзаконным актам, регламентирующих основание и порядок применения сотрудниками полиции физической силы.
В создавшейся обстановке, с учетом характера и силы оказываемого М* сопротивления, а также степени опасности его действий, применение к М* сотрудником полиции ФИО физической силы, специальных средств ограничения подвижности для преодоления противодействия законным требованиям сотрудников полиции следует признать обоснованным, поскольку несиловые способы не обеспечивали выполнения возложенных на полицию обязанностей. Предприняв все предусмотренные законом меры для задержания и доставления в отдел полиции лица, совершившего административное правонарушение, и оказавшего неповиновение законным требованиям сотрудников полиции, ФИО действовал в рамках своих служебных полномочий.
Отсутствие у М* видимых телесных повреждений в результате примененной ФИО физической силы, также свидетельствует о соразмерности действий сотрудников полиции.
Нанесение расслабляющих ударов предусмотрено Наставлением по организации физической подготовки в органах внутренних дел Российской Федерации, утвержденных Приказом МВД России от <Дата> № входит в систему подготовки сотрудников полиции.
Выводы суда о том, что в момент нанесения ударов ФИО, М* каких-либо активных действий, свидетельствующих о намерении напасть на сотрудников полиции, причинить им вредные последствия предпринимал, судебная коллегия находит несостоятельными, поскольку применение насилия в отношении сотрудников полиции уже имело место (укус свидетеля А*), М* продолжал активно оказывать противодействие сотрудникам полиции.
Указанный М* момент применения насилия в отношении сотрудника полиции ФИО, противоречит моменту, указанному последним. В представленных видеозаписях этот момент визуально не зафиксирован. Содержащаяся на видеозаписи фраза «Не кусайся!», не может безусловно свидетельствовать о том, что именно в этот момент М* укусил ФИО
По этой же причине судебная коллегия не может согласиться с выводами суда о том, что укусы не могли быть произведены при обстоятельствах, указанных ФИО
Между тем, обвинительный приговор не может быть основан на предположениях. При этом, согласно ч. 3 ст. 49 Конституции РФ и статьи 14 УПК РФ, обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность, так как бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту подозреваемого или обвиняемого, лежит на стороне обвинения. Все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, предусмотренном Уголовно-процессуальным кодексом РФ, толкуются в пользу обвиняемого.
Вывод суда о том, что для обеспечения выполнения возложенных на полицию обязанностей достаточно было нанесение одного-двух расслабляющих ударов, не основано на законе, поскольку даже нанесенная М* серия из трех ударов не позволила сотрудникам полиции применить к нему специальные средства ограничения подвижности. В конкретной ситуации действия ФИО были оправданными и вызваны служебной необходимостью.
Постановление о прекращении уголовного дела в отношении М* от <Дата>, в котором сделан вывод о защите М* от неправомерных действий сотрудника полиции ФИО, а также превышении ФИО должностных полномочий, не является преюдициальным и не может использоваться в доказывании по уголовному делу.
Судебная коллегия не может согласиться с доводами апелляционной жалобы о том, что достоверно не установлено количество ударов, а также то, что лицом, проводившим замахи руками, является ФИО, поскольку применение физической силы именно ФИО, а не иным лицом, а также количество и локализация ударов подтверждено совокупностью представленных доказательств.
Таким образом вывод суда о том, что ФИО превысил свои должностные полномочия является ошибочным. Действий, выходящих за пределы полномочий, ФИО не совершал.
Оснований для осуждения ФИО по п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ не имелось, поскольку в его действиях отсутствует состав преступления.
В силу закона, обвинительный приговор постановляется лишь при условии, если в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления доказана.
Неправильная оценка судом фактических обстоятельств дела повлекла вынесение незаконного и необоснованного приговора, в связи с чем, на основании п. 2 ч. 1 ст. 389.0 УПК РФ, он подлежит отмене, а ФИО оправданию в соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления. В соответствии со статьями 133, 134 УПК РФ за ФИО следует признать право на реабилитацию.
См.: Апелляционный оправдательный приговор Судебной коллегии по уголовным делам Забайкальского краевого суда от 17 января 2022 года по делу № 22-22/2022 (22-3413/2021)
ВСЕМ УДАЧИ В ОТСТАИВАНИИ СВОИХ ПРАВ!
❗ Напоминаю, что сам я профессионально занимаюсь обжалованием приговоров, вынесенных в любом порядке, любыми судами, по всем регионам РФ.
❗ По результатам защиты вынесено более 10 оправдательных приговоров! Отменено и смягчено свыше 100 приговоров!
Более подробно ОБО МНЕ И ПО ВОПРОСАМ ОБЖАЛОВАНИЯ ПРИГОВОРОВ узнайте 👀 по ссылке 👆. Там же ❗ БЕСПЛАТНАЯ(!) КОНСУЛЬТАЦИЯ по обжалованию приговора. ОБРАЩАЙТЕСЬ!
Ставьте лайки и подписывайтесь на мой канал: "VIP-жалоба на приговор", - узнайте все об эффективном обжаловании приговоров!
БУДУТ ПРИВЕДЕНЫ МНОГО ХОРОШИХ КОНКРЕТНЫХ ОСНОВАНИЙ ДЛЯ СМЯГЧЕНИЯ И ОТМЕНЫ ПРИГОВОРОВ ПО РЕАЛЬНЫМ УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ, С МНОГОЧИСЛЕННЫМИ ПРИМЕРАМИ ПРАКТИКИ ОБЖАЛОВАНИЯ!
Спасибо за уделенное внимание❗👍
Лайк и комментарий приветствуются❗👍
ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ 👈❗❗❗
© В.В. Панфилов, 2023
❗ Возможно, Вам будут интересны следующие публикации схожей тематики:
Иногда "шутка" или "неосторожное высказывание" судьи = ОТМЕНА ПРИГОВОРА
Оправдательный приговор по п. "а" ч. 3 ст. 286 УК РФ | сотрудник ГИБДД
Оправдательный приговор п. "а" ч. 3 ст. 286 УК РФ | сотрудник ОУР
Исключение из п. "б" ч.3 ст. 286 УК РФ квалифицирующего признака "с применением спецсредств" ЧАСТЬ ИЗ ПРИВОДИМЫХ ОСНОВАНИЙ, ПО АНАЛОГИИ ПРИМЕНИМА И К ПРИМЕНЕНИЮ ОРУЖИЯ!
Исключение "тяжких последствий" из состава п. "в" ч. 3 ст. 286 УК РФ ХОРОШИЙ АНАЛИЗ судебной практики ОСНОВАНИЙ ПРИЗНАНИЯ ПОСЛЕДСТВИЙ ПО СТ. 286 УК РФ "ТЯЖКИМИ" ПО СТ. 286 УК РФ, А ТАКЖЕ ОСНОВАНИЙ ИХ ИСКЛЮЧЕНИЯ ИЗ ОБВИНЕНИЯ И ПРИГОВОРА!
Сотрудник полиции подбросил наркотики: будет в его действиях состав СБЫТА НАРКОТИКОВ по ст. 228.1 УК РФ? Возможное вменение со ст. 286 УК РФ...
"ФОРМАЛЬНЫЕ" основания отмены приговора, "РАБОТАЮЩИЕ" в апелляции и кассации в 2023-2022 г.г. 👈❗ ОБЯЗАТЕЛЬНО ПОСМОТРИ ЭТУ ПОДБОРКУ, ЕСЛИ АКТУАЛЬНО ОБЖАЛОВАНИЕ ПРИГОВОРА!
Признание недопустимыми показаний "засекреченных" анонимных свидетелей под "псевдонимами" КАК ЭФФЕКТИВНО БОРОТЬСЯ С ЭТИМ БИЧОМ ПРАВОХОРОНИТЕЛЬНЫХ ОРГАНОВ, - НА НАГЛЯДНЫХ ПРИМЕРАХ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ!
Признание доказательств недопустимыми в уголовном процессе (УПК РФ): ВСЕ ЭФФЕКТИВНЫЕ ОСНОВАНИЯ 👈❗ ОБЯЗАТЕЛЬНО ПОСМОТРИ ПОДБОРКУ, актуальна на любых стадиях уголовного процесса!
Основания признания НЕДОПУСТИМЫМИ результатов ОРД (ЛЮБЫХ...)
Признание недопустимым доказательством ОРМ "Оперативный эксперимент"
НОВАЯ судебная практика по ст. 286 УК РФ: 2023, 2022, 2021, 2020, 2019 г.г. ХОРОШАЯ ПОДБОРКА: ОПРАВДАТЕЛЬНЫЕ ПРИГОВОРЫ (в т.ч. когда применение физической силы и спецсредств признавалось судами обоснованным и законным), ВОЗМОЖНЫЕ ИЗМЕНЕНИЯ КВАЛИФИКАЦИИ ДЛЯ СМЯГЧЕНИЯ ПРИГОВОРА, А ТАКЖЕ ОСНОВАНИЯ ОТМЕНЫ ПРИГОВОРОВ ПО СТ. 286 УК РФ!
НОВАЯ судебная практика по ст. 290 УК РФ: (в т.ч. 2023, 2022, 2021 - 2019 г.г.)