28 ноября в Марокко началась 17-я сессия Межправительственного комитета по охране нематериального культурного наследия ЮНЕСКО.Сессия будет работать до 3 декабря и для нас она примечательна тем, что на этой сессии были рассмотрены две чайных заявки на включение в список нематериального культурного наследия. Китай предлагал включить в список традиционные технологии производства чая и ассоциированные с ними социальные практики — речь идет, в том числе, и о практиках, связанных с потреблением чая. А Турция и Азербайджан в совместной заявке предлагали включить в список свою чайную культуру как символ идентичности, гостеприимства и социального взаимодействия. Обе заявки были поданы в марте 2021 года и для стороннего наблюдателя, далекого от юнесковских процедур, интересны только медийным сопровождением.
Приложением к каждой заявке идет десятиминутный фильм. Китайский — очень хороший. На удивление информационно насыщенный для рекламного, фактически, продукта. И с хорошей картинкой. И с технологией производства улунов. И с четким политическим тайваньским подтекстом. И с заявкой на порошковое и венчикое первородство — я давно уже обращаю внимание, что китайцы в последнее время очень часто включают в свои медийные продукты взбивание порошкового чая. Я, конечно, в тайном китайском штабе по захвату мира со свечкой не стоял, но у меня возникает четкое ощущение, что Китай аккуратненько перетягивает одеяло порошкового чая с Японии на себя. Следует также отметить, что в китайском фильме нет рисования по чайной пене — что неудивительно, с учетом того, что сериал, запустивший волну интереса к этой теме, вышел год спустя после подачи заявки в ЮНЕСКО. Но очень примечательно, потому что отсутствие чабайси в фильме, содержащем большое количество китайских чайных маркеров, четко указывает на то, что еще полтора года назад это рисование для китайской чайной культуры важным не считалась.
Ну и нужно обратить внимание, конечно, что китайские специалисты, предлагая включить технологии производства своего чая и связанные с ними социальные практики в список нематериального культурного наследия ЮНЕСКО, четко и на английском языке говорят о шести видах чая: зеленом, желтом, черном, улунском, белом и темном. Никакой черно-красной неоднозначности, все четко. Ровно такая же картинка, кстати, в последние годы наблюдается и во всех попадающихся мне китайских научных работах на английском языке. Мне кажется, что китайцы нам четко намекают, что называя чай на некитайском языке, лучше использовать экспортные, если можно так выразиться, варианты обозначения видов чая, с черным и темным. Ну то есть переводить термин «хун ча» как «черный чай», а «хэй ча» — как «темный чай». Вот.
Ну а турецкий и азербайджанский фильмы по сравнению с китайским совершенно унылые. Азербайджанский и вовсе 2013 года. Посмотреть их, конечно, любопытно — но на что они рассчитывали, не очень понятно. И да, очень бросается в глаза разница в производственных сюжетах из Китая и Турции, конечно…
Не знаю, повлияло ли на решение юнесковских специалистов качество фильмов, но 29 ноября китайский чай был включен в список нематериального культурного наследия ЮНЕСКО, а турецкий и азербайджанский — нет. Судя по фильму, нашим турецким и азербайджанским коллегам не очень-то и хотелось, тем более, что у них есть некоторый опыт — турецкий кофе включен в список нематериального культурного наследия еще в 2013 году. И не очень заметно, чтобы этот статус получилось превратить в какие-либо бонусы.
Ну а китайские коллеги, судя по первой реакции на новость в китайской прессе, выжмут из этого статуса все, что можно. Во-первых, у них тоже есть опыт — на сегодняшний день в списке нематериального культурного наследия ЮНЕСКО 43 китайских пункта. Во-вторых, включение китайского чая в этот список — это не сферический статус в вакууме, а часть большой программы по развитию и популяризации китайского чая. Для которой разработан специальный пятилетний план на 2021-2025 годы. И которая будет поддержана, в том числе, и образовательными ресурсами — в настоящее время в Китае более 40 средних профессионально-технических училищ и более 80 высших учебных заведений обучают разным чайным специальностям, ежегодно выпуская более 3000 профильных специалистов.
И, наконец, в-третьих, китайская чайная культура — это прекрасный самостоятельный экспортный продукт, эффективный инструмент чайного маркетинга и великолепный механизм культурного влияния. Глупо было бы не использовать его на полную катушку.