Как-то так сложилось, что в этом отделе работали, в основном, мужчины средних и предпенсионных лет - шесть человек. И две дамы: молодая, недавно вышедшая из декрета и пожилая, дорабатывающая последние пару лет перед пенсией.
Несмотря на то, что отдел занимался серьезными вещами - разрабатывал крупные проекты и научно-техническую документацию, благодаря чему безбедно "жили" человек пятьдесят накладников, располагался он территориально в старом здании, выражаясь культурно - в самом углу огромной территории предприятия, а если не очень культурно.
Это, кроме прочих неудобств, диктовало еще и особый режим принятия пищи. Обед длился всего сорок пять минут, а идти в столовую на территории или, упаси Бог, ЗА территорию было далеко, долго и неохота, особенно в холодную погоду. Вот и получалось, что обедали сотрудники прямо на месте, разогревая принесенную с собой еду в микроволновке. Да и праздники старались отмечать здесь же, в отделе, за общим столом - и удобно, и от начальства далеко.
Словом, работали здесь люди умные, серьезные, поэтому они никогда не заморачивались такими мелочами, как конфликты за столом. Конечно, они знали, что есть такие любители поуговаривать что-то съесть или, наоборот, не есть - вплоть до насмешек или даже скандалов.
Здесь такое не приветствовалось. Если молодая сотрудница на праздник приносила с собой какие-то лоточки с орешками и овощами, ей достаточно было сказать, что она решила сесть на диету, поэтому будет есть свое. Если кто-то из мужчин за столом пил только сок, то можно было сказать "я за рулем", "я принимаю лекарства" или "сегодня что-то не хочется" - аргументы принимались безоговорочно. Никто никого не заставлял и волком не смотрел - все взрослые люди, уважающие других.
Так продолжалось долго, до тех самых пор, пока на место вышедшего на пенсию ведущего инженера не пришел Михаил - молодой специалист, который перевелся из другого отдела. С его приходом устои начали расшатываться почти сразу.
Началось все с того, что он чуть ли не отчитал Виктора Петровича - начальника группы инженеров за то, что он приносит в контейнерах домашнюю еду, приготовленную женой. "Гораздо проще купить готовую!" - убеждал он. - Да, это будет дороже, зато разнообразие!" - "Мне так удобнее. И привычнее," - не стал ничего объяснять Виктор Петрович, но Михаил все не унимался, доказывая, какой тот замшелый ретроград. Конечно, он не мог знать о том, что жена Виктора Петровича уже несколько лет была вынуждена сидеть дома. Ее сбила машина, и теперь она передвигалась с огромным трудом. То, что она готовила для мужа обеды на работу, очень сильно поддерживало ее. "Я живу! Я могу что-то полезное делать!" - радовалась она, когда Виктор Петрович каждый день благодарил ее за вкусную еду.
Вторым "на карандаш" попал Алексей Иванович. Ему досталось за то, что он ел "бич-пакеты" - лапшу и пюре быстрого приготовления. Естественно, Михаил был не в курсе, что ни у самого Алексея Ивановича, ни у его жены просто не было возможности готовить. Да и денег особенно на нормальную еду не было. После основной работы они оба подрабатывали: он писал контрольные работы студентам, а она проводила он-лайн занятия по математике. Деньги им сейчас были кране необходимы: их внучка родилась с больным сердцем, ее папа тут же исчез в закате, пришлось им самим брать кредиты на лечение. К счастью, с малышкой все обошлось, но кредиты теперь надо было выплачивать...
Третий конфликт произошел с Егором - инженером первой категории, мужчиной лет сорока. "Очень странно вы соблюдаете веганские правила, - заметил Михаил, - мяса не едите, понятно. Но рыбу?.." - "Почему веганские? - удивился Егор, - сейчас пост. Я стараюсь его держать." - "Пост? - обидно расхохотался Михаил, - меня всегда так удивляет, когда людям нужны какие-то психологические костыли - навроде религиозных запретов. Это, знаете ли, проблемы мотивации..." - Егор смерил его взглядом, пожал плечами и отвернулся.
А потом был день рождения Надежды Алексеевны, который, по традиции, отмечали здесь же, в отделе. Именинница накрыла стол, и банкет начался. Все было как всегда. Олеся, продолжая свою диету, молча таскала с тарелки листочки салата и ела из своего контейнера отварную куриную грудку. Егор щедро накладывал себе на тарелку винегрет и благодарил именинницу за маринованные грибы, которые она делала сама: "Очень вкусно, спасибо!.."
Хвалили Надежду Алексеевну и остальные коллеги - за вкусные салаты, за заливное, за разнообразную мясную и рыбную нарезку. "А я вообще не понимаю, что это за совковые традиции? - раздался вдруг голос Михаила, - салаты эти майонезные... Колбаса... Что за атавизм? Все нормальные люди сейчас в кафе праздники отмечают. Или, по крайней мере, заказывают в офис готовые блюда. Пиццу, там. Или канапе. Легкий фуршет - и достаточно. А это все - он обвел рукой стол, - пережиток прошлого, - и подгреб вилкой остатки салата со своей тарелки. - Что? - удивился он, когда понял, что все на него смотрят, - Я просто высказал свое мнение. Я же деньги сдавал на подарок!"
Через две недели был день рождения у Виктора Петровича, но Михаил узнал об этом только тогда, когда коллеги начали готовить стол. Его, Михаила, никто не приглашал, напротив, намекнули, что ему лучше сегодня сходить в столовую, чтобы не страдать, глядя на "совковый" стол. Впрочем, и денег на подарок с него в этот раз никто не брал.
"Переведите меня! - просил он начальника отделения через несколько дней, - там нездоровая атмосфера! Меня там травят! И за что? Из-за альтернативного взгляда на питание! Я не могу работать в такой обстановке!"