В начале Великой Отечественной войны Николай Григорьевич Деревянко был комсомольцем-лейтенантом. В конце войны — он коммунист, гвардии майор, заместитель командира 6-го гвардейского стрелкового полка 2-й гвардейской стрелковой дивизии. Пятью орденами и тремя медалями отмечены его заслуги перед Отечеством. Пять дат из его походных записок — они являются как бы основными вехами его боевого пути.
3 ноября 1943 г. Вчера в 20 часов посадил свой батальон на бронекатеры и, следуя в кильватере за остальными десантными судами, вышел на боевое задание: предстояло штурмовать Керченский полуостров. Моряки подшучивают над моими бойцами и ежеминутно, верные своей неистребимой морской «подначке», справляются: «Не укачало ли малюток?». Там и тут слышатся ответные шутки, и вообще на всех кораблях царит на редкость приподнятое настроение. Это понятно — наши кругом наступают, и сознание этого удесятеряет наши силы. Ночью, после мощной артподготовки, подходим к берегу, прыгаем в ледяную воду и идем на штурм. Я впервые руковожу крупным наступательным боем.
9 ноября 1943 г. На всю жизнь останется в моей памяти селение Булганак. Когда-то, видимо, это был красивейший уголок нашей родной земли: селение расположено в долине реки и со всех сторон его прикрывают высокие холмы, почти горы. Но что осталось сейчас от этого селения! Кругом торчат печные трубы, теплятся обгоревшие развалины и печально прилегают к земле помятые яблоневые сады. И ни живой человеческой души вокруг. Факельщики сожгли деревню, эсэсовцы угнали советских людей в неволю. Милая Родина! Как надругались над тобой фашистские гадины. Им это даром не пройдет. Отомстим!
Июль 1944 г. Освобождаем Прибалтику. Немцы, отступая, огрызаются, иногда просто бегут. Убегая, мучают мирных жителей, жгут и взрывают дома. Мы вошли в селение Вокты. Запомнилась трогательная сцена, разыгравшаяся на одной из улиц. Из подвала разбитого дома навстречу моим бойцам вышла большая группа мирных жителей, русских и литовцев. Все они были измождены. Со слезами на глазах, протягивая к нам руки, бросались в об'ятия к бойцам и целовали их, и плакали от счастья, и торопились указать, в какую сторону бежали немцы. Вот счастливая минута для каждого солдатского сердца — благодарность своего народа за возвращенную свободу. Дожил я до этого часа!
Река Дубиста, 1944 г. За 15 минут до начала атаки, в самый напряженный момент артиллерийской подготовки, мне и моему заместителю по политчасти гвардии капитану Скорик принесли пачку заявлений. Это были просьбы молодых бойцов о принятии их в члены ВЛКСМ. Вот что пишет боец Михаил Епишкин: «Еще одно усилие — и земля наша будет очищена от врага. Сегодня хочу стать комсомольцем. Прошу принять в ряды ВЛКСМ. Обо мне спросите в роте кого угодно — знают все».
И вот сейчас, когда я записываю эти строчки, я вспоминаю, как после форсирования реки Дубиста Михаил Епишкин первым после рукопашной схватки ворвался на высоту 111,2 и водрузил там полковое знамя под шквальным пулеметным огнем. Это был настоящий геройский подвиг, и за него Епишкин получил звание Героя Советского Союза.
Восточная Пруссия, январь 1945 г. Главная задача выполнена — мы освободили родную землю и теперь добиваем врага на его же территории. Боевой под'ем в войсках неописуем.
Сегодня на рассвете освободили лагерь, где в страшных условиях содержались угнанные в фашистское рабство поляки, чехи, французы и греки. Первых же моих бойцов они попросили сходить за «начальством». Я поехал в лагерь, но уже по дороге к нему был встречен толпой освобожденных. Кто-то указал им на меня, и они, ускоряя шаг, заторопились ко мне навстречу. Раздались приветственные крики на всех четырех языках, и вся толпа начала горячо благодарить меня и моих бойцов за избавление...
☆ ☆ ☆
28 мая 1945 года гвардии майора Н. Г. Деревянко направили в Москву для участия в Параде Победы.
