Если стиль диктует образ жизни и наоборот, тогда обе эти ответственные миссии зашифрованы в самом названии вокальной группы, которая безотказно выручала автора этих строк в минуту смятения...
Конец шестидесятых – эпоха чернокожих «Высоцких». Хриплые, агрессивные, нарочито страдальческие голоса требуют равенства, за которым маячит превосходство, и власти под маской любви. Тема самоистребления, атомный холокост, напалмовый армагеддон, конец света и страшный суд.
Впрочем, фальцет Кертиса Мейфилда продувает каналы воспаленного мозга не менее эффективно. Так, что прямые волосы абсолютных блондинов курчавятся и седеют, словно им пересадили голову Дяди Тома.
Уход от параноидальной реальности означает погружение в еще более глубокую паранойю.
И тут на помощь слушателю приходят дети или почти дети. В лице разных по звучанию и темпераменту, но одинаковых по способностям и подготовке The Stylistics и Jackson 5.
Основное различие состоит в более раннем переходе «Стайлистикс» в респектабельную нишу поющих манекенов и статуй, где они, в каком-то смысле, заняли почетное место The Platters.
Несмотря на отсутствие милых ушам советского слушателя вещей в духе «Шестнадцати тонн» или Only You в репертуаре Stylistics филадельфийского периода, в дальнейшем они заполнили этот немаловажный пробел, записав альбом, который я бы назвал «Исправленному верить», если бы здесь это кого-то могло взволновать или растрогать. Мало кого игнорировали так последовательно и хладнокровно, как это чудо американской соул-индустрии.
На пиковом рубеже своей карьеры «Стилисты» отдадут дань уважения музыке 50-х, выпустив целый диск материала тех лет. К этому времени они уже попадут под опеку Гуго и Луиджи – тандема Перетти и Креаторе, весьма успешных стилизаторов Сэма Кука и Элвиса Пресли.
Правда, стилизация эта осуществлялась путем отсечения ритм-энд-блюзовых корней, питавших индивидуальность обоих гигантов.
Once Upon a Juke Box – красивый, ненавязчивый жест. Приглашение посетить качественно реконструированный оазис прекрасной эпохи.
В белом поп-сегменте 60-х доминировали три фальцетника: Фрэнки Валли, Лу Кристи и трио The New Bits, которое звучало как «змей горыныч», отсюда и единственное число. Каждый из них был гениален и жутковат по-своему. Ведь мужской фальцет – нечто вроде терменвокса, влияющего на психику, а не на слух.
Фальцет в поп-музыке выполняет функцию фильтра агрессивных эмоций. Владеющий голосом такого уровня слишком увлечен своим пением, чтобы паниковать или гримасничать.
Следя за ним, любуясь перфекционизмом вокальной группы, где каждый старательно вытягивает свою партию, слушатель сопричащается благодати через мастерство. Авансом получая крупицу святости от Святой Цецилии, покровительницы жанра Doo Wop.
Своим безмятежным песнопением и пластикой позитивных зомби Stylistics и Chi-Lites благородно, без паники и суеты, отодвигали развязку апокалипсиса, который убедительно провозглашали Уитфилд и Стронг, настойчиво внушая идею конца света как естественный финал музыкального произведения.
Однако демон мистицизма не обошел стороной и этот коллектив. Children of The Night, семиминутный готический опус, чье название говорит само за себя, изящно оттеняет идиллическую I’m Stone In Love With You, большой хит на первой стороне второго диска, которому предшествовали три полноценных чарт-топпера на первой пластинке группы. Все эти песни, при участии Кенни Гембла, написали Том Белл и Линда Крид, плодовитые, но не ведающие халтуры творцы филадельфийских иллюзий.
При всем обилии акцентов на основной инстинкт, Philly Sound не менее активно эксплуатировал недовольство маленького человека окружающим его миром. В тоталитарных странах такую пропаганду перебивали нещадным скрежетом радио-глушилок.
Stylistics не глушили громкое и резкое еще более резким и громким, заливая пожар газолином, говоря языком блюзовых метафор. Они скорее амортизировали толчки великих потрясений, которым вскорости суждено было накрыть всю планету.
На хмуром лице пионера, словившего в приемнике новинку Rockin’ Roll Baby, помимо воли, расцветала улыбка счастливого человека. Такими голосами явно не общались на партсобраниях «черных пантер».
И все-таки они создавали наваждение, наводили тень на плетень из колючей проволоки. А это уже демонизм. Если самоубийце у Высоцкого ангелы поют голосами подозрительно злыми, то здесь нас подстерегают сладкоголосые воспитанные бесы.
Once Upon a Jukebox – жил да был на белом свете музыкальный автомат, робко произносили полиглоты-любители. То было время развернутого перевода кратких и четких американизмов. Например, «гамбургер – популярная американская котлета в булке».
Автомат с хитами «Стайлистикс» стоит на прежнем месте. Опустите пятак – и вы узнаете, как это здорово.
👉 Бесполезные Ископаемые Графа Хортицы
