Если с европейскими художниками более-менее разобраться можно, то исламская живопись для меня абсолютно не знакома.
Поэтому решила пополнить свои знания в этом вопросе. Хотя бы на примере творчества одного художника.
Кемаль-ад-Дин Бехзад (ок. 1455-1535) — персидский художник-миниатюрист, работавший в Герате с 1468 по 1506 год и признаваемый одним из крупнейших мастеров гератской школы миниатюры и всего Востока.
Вот одна из миниатюр Бехзада.
Это «Искандер и семь мудрецов» — миниатюра к рукописи поэмы «Хамсе» классика персидской поэзии Низами.
Эта миниатюра прекрасно иллюстрирует стиль исламской живописи. Обратите внимание на цвета — ярко-красный, алый, зелёный и различные оттенки синего. Это и есть основные цвета. Яркие, контрастные. Они получались такими при смешивании пигментов с яичным белком.
Во-вторых, использование непривычной для «европейского» взгляда перспективы. По традиции изображение должно показываться не так, как видит обыкновенный зритель, а как Аллах. То есть охватывает картинку как будто сверху. «Когда применяешь метод перспективы, ты словно смотришь на мир из окна».
В-третьих, художники в основном не стремились изображать людей, животных или неживые предметы реалистично, в результате чего получались стилизованные и абстрактные изображения.
Еще стоит обратить внимание на лица людей. В основном они все узкоглазые. И это не случайно. Османская живопись пронизана китайским художественным влиянием. Миниатюры китайских мастеров оказали решающее влияние на исламскую живопись. Правда потом, «несчастные китайские художники сбились с истинного пути, обольщенные картинками, которые привезли с собой монахи-иезуиты», как пишет Памук в романе.
Хотя в более позднем творчестве и сам Бехзад несколько «сбился с истинного пути». В своих работах он начал использовать и портретное сходство.
То же касается и изображения животных. Они более схематичны, чем реалистичны.
Особое место в творчестве Бехзада занимают батальные сцены. До Бехзада практически ни один художник с таким безупречным вкусом и чувством меры не расставлял человеческие фигуры и другие композиционные элементы.
В таких картинах наблюдается особенная уравновешенность и гармония. Они достигают уровня иллюзии восточного орнамента, радующего и успокаивающего глаз, но не переходящего в пестроту.
Конечно, это только самые поверхностные сведения об османской миниатюре. Но сейчас я хоть представляю, какова она.