Глава 25.
Вспомнился, напутственный разговор от папы, после выпускного вечера. Уже под утро, когда я возвращалась домой, после проводов во взрослую жизнь. Меня возле подъезда на лавочке ждал папа.
- Здравствую дочка, — Сказал он, подымаясь со скамейки. – Поздравляю тебя с окончанием учёбы, желаю, чтобы тебе везло в жизни и всё, что бы сбылось.
- Спасибо папа, — ответила она и поцеловала отца в щёку. – Мне нужен твой совет, что дальше делать?
- Доченька, ты же окончила художественную школу, — сказал он и улыбнулся. – Ты так хотела стать художником.
- Папа, может быть мне надо выбрать, что-то другое, попроще?
Он кивнул соглашаясь.
- Папа, почему ты молчишь, мне нужен твой совет, а не кивок головы, для меня это важно. Ты меня слышишь?
- Дорогая моя девочка, я ничего не могу тебе посоветовать, — наконец, прервав молчание прошептал он. – Я не хочу оказывать влияние на тебя. Пойми, это же и так понятно, — он развёл руки в стороны. - Ты у меня умница и я тебе не хочу ничего советовать. Не хочу вмешиваться в твою жизнь, выбери путь, который тебе по душе.
- И это всё папа? – обиделась она.
Он молчал и с нежностью смотрел на дочь.
- Знаешь, лишь одно, что я могу тебе сказать, — простодушно заявил отец, — прошу тебя, старайся избегать компромиссов с собой и тебе любимыми людьми, потому что за них приходится очень дорого, потом платить. Может быть не сразу, как в моём случае.
Она ехала домой, не на свою квартиру, а к ним домой с Витей. Дорога извивалась, к тому же усилился дождь, и сразу стало темно. Она смотрела в дождевой полумрак, постоянно крутя рулевое колесо, уклоняясь от неровностей и ямок на асфальтовой дороге.
- Какая же я глупая, — сердилась она на себя, открыв, бардачок, стала шарить по нему рукой. – Где они эти чёртовы сигареты?
Наконец-то она отыскала пачку сигарет, достала одну, зажала губами, щёлкнула зажигалка. Появился огонь, она поднесла пламя к сигарете, но тут же отвела руку в сторону, вспомнив, что поклялась своим здоровьем, что больше никогда не закурит. От досады, она вытащила сигарету со рта и выбросив в окно. Следом последовала пачка и зажигалка.
- Всё баста! – крикнула она и ударила легонько ладошкой по рулю. – А ведь я так и не послушалась папу и выбрала компромисс, не испугавшись обещанного за него наказания. Первый компромисс – это, когда я подала документы для поступления на юридический факультет, вместо архитектурного отделения. И тот единственный шанс, которым меня наделила природа, был отыгран нереализованным. Но на юридическом факультете я встретилась со своим бедующим мужем.
Ирина, много раз потом вспоминала прозорливое предупреждение папы, как будто бы он предвидел, что её наказание не кончится никогда. Дело даже не в том, что ей не нравилось то дело, которым она занималась. Совсем напротив, то изящество, с какой она так легко всего добивалась, именно её невероятный успех постоянно напоминал ей, что когда-то она совершила ошибку, глупо выбрала компромисс, изменив главному, на, что она была способна, но к чему теперь нельзя вернуться.
Ей становится холодно, и она прикрывает боковое стекло и включает печку на максимальные обороты вентилятора. Полусапожки потеряли уютное тепло, как и одежда, вселенская сырость проскользнула в каждую часть её одежды. Ей хочется быстрее добраться домой и принять тёплую ванную, захватив с собой какую-то книгу.
Вдруг у неё в кармане завибрировал мобильный телефон. Она достала его. Звонил Витя.
- Ты, где любимая? – интересуется он.
- Я еду к нам домой, — отвечает она. – Как ты?
- Я на часик задержусь, — сообщает муж. – Совещание.
- Я тебя буду ждать дома.
- До встречи любимая.
Ирина, паркуется во дворе дома, ставит машину на сигнализацию и стремительным шагом направляется домой. Подойдя к подъезду, она мельком посмотрела на окна квартиры. Ирина настолько озябла, что, даже не смогла ждать медленного движения лифта. Она бежала вверх по ступенькам, шумно вдыхая воздух ртом, уперевшись взглядом в дверь квартиры она остановилась. Пошарила в сумке, достала связку ключей. Руки дрожали. Ей пришлось унять дрожь в руках, чтобы вставить ключ в замок и повернуть его. Замок легко поддался и дверь приоткрылась, Ирина проникла в тёмный коридор. Включила свет, сбросила с ног полусапожки и направилась в ванную комнату, на ходу снимая с себя одежды.
- Наконец-то, — шепчет она, отрегулировав поток тёплой воды, наливает ванную, добавив туда колпачок чего-то фруктового для ванной и от этого начала появляться невесомая пузырчатая пена. Она сбрасывает с себя остатки одежды и краем глаза смотрит на своё отражение в зеркале, на изящные линии лебединой шеи, на точёные загорелые плечи и идеальную грудь и ниже на грациозную выпуклость живота.