Летнее погожее утро выходного дня. Мы с ребенком проснулись, умылись, позавтракали. Мама досыпает. Подумал, а почему бы не отправиться на прогулку?
Готовлю для малыша одежду. Он сидит в комнате на полу, играет, подхожу к нему с ворохом одёжки, подсаживаюсь, и начинаю переодевать его в прогулочную «форму». Сперва штанишки, потом идёт кофточка. Но в этот момент ребёнок смотрит на меня и начинает плакать. Резко и сразу сильно. Ничего ему не передавил, не сжал – всё было хорошо. Пытаюсь, как обычно, его успокоить. Взял на руки, а он пуще того – всё больше впадает в плач, в истерику. Тут выходит мама: «что случилось?».
– «Не знаю, он просто начал плакать, собирались на прогулку». Жена взяла его на руки, понесла в комнату. Накал плача немного снизился, но всхлипы продолжались. Следую за ними, ребёнок, заметив меня, вновь начинает сильно плакать. Что это такое?! – ухожу обратно.
Спустя несколько минут плач стихает совсем. Жена с ребёнком на руках заходят ко мне – и ребёнок вновь начинает плакать! Смотрит на меня и ревёт! Что это такое?! У меня полное непонимание и недоумение при виде ужаса в глазах ребёнка. Ребёнок смотрит на меня и плачет в ужасе! Это как?!
Вынесла ребёнка. Поиск в интернете – «ребёнок плачет при виде отца»… Нашлось, конечно, много интересного, но ясности не добавило. Сын смотрит на меня и плачет, боится. Откуда такие эмоции? Почему? Надолго ли это в нём?
Жена с ребёнком отправились на улицу. Тоскливо смотрю из окна на то, как они уходят от дома. А я? А мы?
Погоревал пару минут и пошёл догонять. Вдалеке жена катит коляску, малыш смотрит по сторонам, а я иду им навстречу. Сблизились, не спеша, сохраняя дистанцию, с опаской склоняюсь к ребёнку. Он смотрит на меня, но начинает тревожиться, кажется, что вот-вот и вновь заплачет. Жена говорит ему: «Ты чего, это же твой папочка?!».
Смотрю на него, молчу, у меня в глазах слёзы отчаяния. Он в ответ глядит с опаской. Так продолжалось несколько минут, и вдруг его как-то отпустило, он расслабился, начал смотреть по сторонам опять, я подошёл вплотную, взял его ручку, он уже не плачет, как будто ничего и не было. Мы пошли дальше все вместе. Но остаётся тревога за возвращение того состояния.
До сих пор думаю – что это было? Чего так испугался малыш, что не мог смотреть на меня без слёз? Какую угрозу он распознал во мне? У меня нет ответов.
Приходит на ум рассказ Владимира Набокова «Ужас». В нём описывается состояние человека, который потерял возможность привычного восприятия окружающего мира, и его охватил тот самый «ужас».
«Когда я вышел на улицу, я внезапно увидел мир таким, каков он есть на самом деле».
В рассказе это состояние было соотнесено с эпизодом из детства героя:
«Напрасно я старался пересилить ужас, напрасно вспоминал, как однажды, в детстве, я проснулся и, прижав затылок к низкой подушке, поднял глаза и увидал спросонья, что над решеткой изголовья наклоняется ко мне непонятное лицо, безносое, с черными, гусарскими усиками под самыми глазами, с зубами на лбу и, вскрикнув, привстал, и мгновенно черные усики оказались бровями, а все лицо лицом моей матери, которое я сперва увидал в перевернутом, непривычном виде».
Так может и меня ребёнок вдруг воспринял как нечто иное? А может он просто подумал, что я его унесу из дома без мамы? Не знаю. Нет ответа. Но боюсь когда-нибудь вновь увидеть отчуждённость, страх и слёзы в глазах ребёнка при взгляде на меня.