Один из популярных сюжетов на Дзене – история Василия Кочеткова, прослужившего в русской армии с 1811 по 1879 г. (или даже еще несколько дольше) и участвовавшего практически во всех войнах, которые вела Россия в этот период. Действительно, судьбу человека, отдавшего военной службе более шестидесяти лет, получившего несколько тяжелых ранений, лишившегося ноги, но тем не менее продолжавшего – на добровольной основе! – отправляться во все новые походы и умершего (предположительно) в возрасте 107 лет, невозможно назвать рядовой и типичной.
Авторы материалов, рассказывающих о Кочеткове, в меру своего разумения дополняют его биографию различными мелкими подробностями. Однако в действительности все изложения его биографии основываются на одном единственном источнике – статье издававшейся в Санкт-Петербурге газеты «Правительственный вестник» от 2 сентября 1892 г. Ссылка на текст этой публикации (или, по крайней мере, на его пересказ) содержится в примечаниях к посвященной Кочеткову статье «Википедии» (основанной на ней же). Я воспользовался этой ссылкой, чтобы критическим взглядом просмотреть на излагаемые «Правительственным вестником» сведения о легендарном солдате.
Ниже приводится текст статьи «Правительственного вестника» с моими комментариями.
«В Белозерске, Новгородской губернии, 30-го мая текущего года, проездом из С.-Петербурга на родину в Симбирскую губернию, скончался скоропостижно, от паралича сердца, один из старейших солдат русской армии, отставной фейерверкер лейб-гвардии конно-артиллерийской бригады Василий Николаев Кочетков, 107 лет от роду, из которых более 60 лет он провел на действительной военной службе солдатом»
Итак, Кочетков умер в 1892 г., будучи, по данным корреспондента газеты, 107 лет от роду. На основе этой информации авторы статьи в «Википедии» высчитали год рождения солдата – 1785.
«Из найденной в вещах этого замечательного воина-ветерана копии с указа об отставке видно, что Кочетков — уроженец Симбирской губернии, Курмышского уезда, Благовской волости, с. Спасского, и в службу вступил, из кантонистов лейб-гвардии гренадерского полка, 7-го марта 1811 г.»
Это, конечно, не имеет особого значения для уточнения подробностей судьбы Кочеткова, но точности ради отметим, что в 1811 г. упомянутый полк назывался еще Лейб-гренадерским. К гвардии он будет причислен лишь в 1813 г. Более важным оказывается другой момент. Согласно найденной в вещах ветерана копии указа об отставке, в действительную службу он вступил из кантонистов в 1811 г. То есть, если верен возраст Кочеткова на момент смерти и высчитанный на его основе год рождения, в 26 лет! Это крайне странно и необъяснимо. Дети нижних чинов, зачисленные в кантонисты, пребывали в этом состоянии максимум до 18 лет, после чего большинство зачислялось на действительную военную службу, а неспособные к ней становились мастеровыми. Но кантонист мог попасть в полк на действительную военную службу и значительно ранее восемнадцатилетнего возраста – музыкантом.
«Первоначально он был музыкантом унтер-офицерского звания, затем строевым унтер-офицером и фельдфебелем; в 1820 г. переведен в лейб-гвардии Павловский полк, а в 1833 г. — в лейб-гвардии конно-пионерный дивизион»
И в следующем же фрагменте текста статьи мы узнаем, что Кочетков поступил на действительную военную службу именно музыкантом! Крайне сложно представить, что ему пришлось сделать это через восемь (!) лет после истечения предельного возраста пребывания в кантонистах. Скорее, это должно было произойти еще до достижения им восемнадцатилетнего возраста.
«По расформировании последнего, в 1843 году, Кочетков послан в кавказскую армию, «для обучения на быстрых реках правильного спуска, наводки, укрепления и разборки понтонных мостов»
Под «последним» здесь имеется в виду упомянутый чуть выше Лейб-гвардии Конно-пионерный дивизион. Снова неточность – эта часть не была расформирована в 1843 г. Это произошло только в 1862 г.
«Здесь он был причислен к Нижегородскому драгунскому полку и, по своему желанию, остался служить в кавказских войсках, получив разрешение на то Генерал-Фельдцейхмейстера Великого Князя Михаила Павловича, с сохранением гвардейского оклада жалованья.
Участвуя в военных действиях на Кавказе, Кочетков был трижды ранен: в шею навылет, в обе ноги с раздроблением левой голенной кости, и через год — снова в левую голень. Тяжко раненый в сражении при ауле Дарго, Кочетков попался в плен чеченцам. Пробыв в плену 9 месяцев и 23 дня, он бежал оттуда, за что награжден знаком отличия Военного Ордена 4-й степени».
И опять неточность, хотя и не особо существенная. В 1840-х гг. солдатский знак отличия Военного ордена еще не имел степеней. На четыре степени он был разделен лишь в 1856 г.
«В 1849 году, за выслугу лет, по экзамену, Василий Кочетков удостоен производства в подпоручики, но отказался от офицерского звания, получив установленный серебряный шеврон на левом рукаве мундира, офицерский темляк на саблю и 2/3 оклада прапорщичьего жалованья в содержание. В 1850 г. он переведен в штаб кавказского корпуса жандармов и в следующем 1851 году вышел в отставку»
Конечно же, не «кавказского корпуса жандармов», которого никогда не существовало, а Кавказского округа Отдельного корпуса жандармов
«Этим закончился первый период его военной службы, продолжавшийся сорок лет. За это время Кочетков участвовал в отечественной войне 1812-1814 гг., в турецкой войне 1828-1829 гг., в войне с польскими мятежниками в 1830-1831 гг., в кавказской войне с 1844-1849 гг. и в венгерской кампании 1849 г.»
Неясно, каким образом Кочетков, и до, и после этого состоявший в частях, находившихся на Кавказе, мог принять участие в венгерской кампании 1849 г. Статья «Правительственного вестника» не дает никаких пояснений по этому поводу. Авторы статьи в Википедии говорят об этом периоде жизни Кочеткова следующим образом: «В 1849 году Кочетков со своим полком был в Венгрии, принимая участие в подавлении восстания венгров против австрийского господства». Последний конкретный полк, упоминавшийся в связи с прохождением службы Кочетковым, был Нижегородский драгунский («Здесь он был причислен к Нижегородскому драгунскому полку»). Но Нижегородский драгунский не принимал участия в походе в Венгрию, оставаясь на Кавказе.
«В частности, он находился: в Бородинском сражении 26-го августа 1812 г., в сражении под Лейпцигом в 1813 году, в составе войск, вступивших в Париж в 1814 г., при взятии турецких крепостей Варны, Исакчи и Силистрии в 1828-1829 гг., в сражения на Грохольском поле и под Остроленкой, а также в штурме и взятии Варшавы 26-го августа 1831 г., в делах при вырубке Гойтинского леса в 1844 году, при ауле Дарго в 1845 году и при укреплении Зырянах в 1846 г. и, наконец, — в деле при Дебречине в 1849 году»
Как уже было отмечено выше, неясно, каким образом Кочетков оказался в деле при Дебречине (Дебрецене) в Венгрии.
«Прошло два года, началась Крымская война 1853-1856 гг., и Кочетков вновь поступил на действительную службу, по призыву, для защиты Севастополя, в Казанский егерский полк, и здесь провел два года, участвуя в вылазках охотников, причем на Корниловском бастионе разорвавшеюся бомбою «закидан землею и мелкими осколками и каменьями, повредившими ему спину».
В 1856 году, лично покойным Государем Императором Александром II, он был переведен в лейб-гвардии драгунский полк, а затем, в 1862 г., зачислен в роту дворцовых гренадер, и здесь произведен в унтер-офицеры.
В это время Кочеткову было уже шестьдесят лет от роду»
Стоп-стоп-стоп! Как это Кочеткову в 1862 году было шестьдесят лет от роду?! Получается, он родился в 1802,а не 1785 г.? Значит, умер он не в 107,а в 90 лет? Однако и такой вариант года рождения Кочеткова выглядит сомнительным, поскольку в этом случае получается, что на действительную военную службу из кантонистов он был зачислен в девять лет! Даже с учетом того, что он поступил в полк музыкантом, в которые брали малолетних, девять лет – это все-таки рановато.
«Увешанный знаками отличия, он получал сравнительно достаточное содержание, имел хорошее служебное положение, но чувствовал в себе силы к дальнейшим подвигам, любил боевую жизнь воина и в 1869 году, «по поданной им докладной записке Государю Императору», был послан на театр военных действий в Среднюю Азию, где и зачислен в 1869 году в Туркестанскую конно-артиллерийскую бригаду горных орудий фейерверкером 1 класса, причем, при отъезде, Государь Император лично пожаловал ему пятьдесят рублей»
Кочетков в 1869 г. не мог быть зачислен в Туркестанскую конно-артиллерийскую бригаду горных орудий, поскольку ее тогда еще не существовало. Туркестанская конно-горная артиллерийская батарея (а не бригада) была сформирована только в 1876 г.
«Здесь Кочетков участвовал во взятии Туркестана и Самарканда в 1870 году, а в 1874 году перешел песчаную степь, и в составе войск под начальством генерал-адъютанта Кауфмана 1 участвовал в хивинском походе и взятии Хивы. Этим он закончил свою службу в Азии и в том же 1874 году, по Высочайшему повелению, назначен снова на службу в жандармский корпус, в состав конвойных Императорского поезда на курско-киевской железной дороге»
Но позвольте. Самарканд был взят русскими войсками в 1868 г., а Туркестан (город) вообще еще в 1864 г. Кочетков же, согласно автору статьи в «Правительственном вестнике», прибыл в Среднюю Азию в 1869 г.
«Через два года, т.е. в 1876 году, Кочетков по предложению в Бозе почивающего Великого Князя Николая Николаевича Старшего поступил в сербскую армию волонтером, а затем, возвратясь на родину, по заключении мира между Сербией и Турцией в 1877 г., зачислился в последнюю восточную войну, в состав нашей действующей армии в 19-ю конно-артиллерийскую бригаду. Здесь неутомимый Кочетков участвовал в обороне Шипки, но в одном из сражений лишился левой ноги. Старик остался, однако, жив, и в 1878 году «за отличие» переведен в лейб-гвардии конно-артиллерийскую бригаду, откуда и уволен в отставку».
Статья в Википедии добавляет к этому, что в гвардейской конной артиллерии Кочетков прослужил еще тринадцать лет, то есть, получается, в отставку вышел в 1891 г.
«Безконечно длинный ряд подвигов представляет собою служба этого доблестного воина, служившего при трех Императорах, в 12 войсковых частях, трех родов оружия (пехоты, кавалерии и артиллерии), участвовавшего в десяти кампаниях и получившего шесть ран. Мундир его представлял редкое явление, будучи украшен на погонах соединенными вензелями трех в Бозе почивающих Императоров: Александра I, Николая I и Александра II, а на левом рукаве восемью рядами нашивок из золотого и серебряного галуна и тесьмы; на шее же и на груди Кочеткова висело 23 креста и медали»
Здесь неясно, почему ветеран называется служившим при трех императорах, ведь если верны сведения о том, что в отставку он вышел только в 1891 г., то получается, что он успел послужить при четырех!
«На закате дней, около года тому назад, это был еще бравый старик, высокого роста, с военной выправкой, которая как бы закалила его; никто бы не дал ему его лет, и трудно верилось, сколько перенес этот человек в своей жизни лишений и невзгод, в особенности, если принять во внимание, как много он совершил военных походов, побывав и в Париже и в Хиве, исколесив всю Россию с Кавказом и Польшей и пролив свою кровь в Турции, Венгрии и славянских землях»
Что можно сказать в заключение на основе критического взгляда на изложенную в источнике биографию Василия Кочеткова? Полагаю, нет ни малейших оснований сомневаться в самом существовании этого заслуженного воина, так же, как и в том, что его военная служба была длительной, наполненной походами и сражениями, и действительно героической. Об этом свидетельствует в частности и потрет Кочеткова. Заметные на мундире ветерана награды наглядно подтверждают его участие в некоторых событиях, перечисленных в статье «Правительственного вестника». Но не менее очевидно, что некоторые периоды жизни и службы Кочеткова изложены его «биографом» неточно и вызывают сомнение. И в первую очередь, сомнения вызывает указанный в источнике возраст ветерана. По-видимому, Кочетков был все-таки моложе, чем полагали его биограф, а, возможно, и сам Кочетков. Свет на реальную судьбу солдата могло бы пролить обнаружение и изучение документов, в которых зафиксирована его служба. Учитывая популярность сюжета, странно, что этого еще не сделано. Уж архив Роты дворцовых гренадер, в которой некоторое время состоял Кочетков, должен был сохраниться.
В качестве постскриптума. Еще одно изображение, которым часто иллюстрируют материалы о Кочеткове - фотография пожилого матроса линкора «Императрица Мария», разумеется, не имеет к Кочеткову, никакого отношения.
На фото запечатлен Александр Маркович Абакумов – бывший участник обороны Севастополя в годы Крымской войны, с началом Первой мировой в возрасте 90 лет добровольно вновь поступивший на флот.
Все использованные в материале изображения взяты из открытых источников и по первому требованию правообладателей могут быть удалены.