Так вышло, что Оксану до определенного возраста воспитывала бабушка. А бабушки только временно хороши. Когда приходят с подарками, обнимают, тискают за щечки и вздыхают, как внучок похож на деда. Когда активно любят, хвалят и не лезут с нравоучениями к своим внукам. Или когда устраивают у себя каникульный санаторий, кормят пирогами и рассказывают такие сказки, какие никто не знает.
Такая бабушка нужна всем детям. И это — самая крутая роль на свете. Роль, полная любви, нежности и радости.
А если бабушки заменяют матерей, то ничего хорошего в этом нет. И не пытайтесь меня переубедить в обратном. Если бабушка берется воспитывать внука, то начинается эпопея «Похороните меня за плинтусом» (читали?) Как будто человек пытается разобраться со смартфоном, имея на руках инструкцию к телефону с диском. Ничего не получится, потому что информационная составляющая устарела на несколько десятилетий.
В общем, маленькую Оксану воспитывала бабушка Маргарита Сергеевна. Она любила свою внучку, но это воспитание было ей в тягость. Вот действительно, всему свое время. Маргарите Сергеевне бы уже рассадой заниматься и сериалы смотреть, а не стирать обоссанные простыни и не убирать игрушки каждый вечер.
Опыт в воспитании у Маргариты Сергеевны имелся приличный, все манипуляции она знала на зубок. Личные границы ребенка? Кто их вообще выдумал? Глупость какая-то. Дети сами ничего не знают, поэтому и нужны взрослые воспитатели. Уважать детей? Это что еще за новомодный бред? По попе тапком надавать, вот и все уважение.
***
Девочка росла послушной и хорошей. У нее была длинная коса до пояса, отъетые бока и взгляд, смотрящий строго вниз. Оксана любила читать и хотела быть частью детского сообщества во дворе, но гулять ей не разрешали. Ну, разве что около подъезда и недолго. А все веселье начиналось ближе к вечеру. Дети орали, носились и визжали, а Оксана, сидя за учебниками, по-стариковски вздыхала и ворчала на манер бабули.
Оксана была отличницей и настоящей занудой, с которой никто не хотел дружить. Она постоянно стеснялась своей бабушки, которая провожала и встречала ее из школы каждый день. Своих шерстяных колгот, в которых всегда было жарко. Стеснялась своего пухлого и рыхлого тела. Стеснялась бутерброда с котлетой, который вонял на весь класс, когда Оксана открывала портфель.
***
Общество пичкало Оксану страхами. Но оно старалось не так, как бабушка. У бабушки этих страхов было куда больше, поэтому уж она то по наследству внученьке передала целый список.
Страх замерзнуть и заболеть. Страх свалиться в лужу и испачкаться. Страх быть невежливой (вдруг бабулины подружки подумают чего плохого). Страх быть хуже других. Страх быть худой. Страх доставить бабуле очередную порцию проблем. Страх быть украденной. Страх «убиться», то есть ушибиться. И многое-многое другое.
Но выделялся из этой критической массы страх того, что Оксану сглазят или наведут на нее порчу. Вот эта ситуация бабулиному контролю никак не поддавалась, поэтому в семье Маргариты Сергеевны был ежедневный ритуал.
***
Каждый вечер перед сном Оксана вставала на колени и молилась. Ну как молилась. Она шептала вызубренные слова, не понимая абсолютно ничего из того, что говорит.
Отче наш... Отче — это вообще что? Это какое-то сокращение? Может быть, отчество? Но почему тогда наш, а не наше?
Иже еси на небесах — это как? Оксана представляла ежика Есю. И он живет на небесах. Так ей было легче запомнить эти сложные и незнакомые слова.
Спросить об их значении Оксана стеснялась. Да и чего бабулю зря гневить? Она так любила все эти молитвы, церковь и иконки, которые висели по всему дому. И не любила, когда Оксана хотя бы намекала на то, что не хочет идти в церковь.
Походы в храм были обязаловкой. Нужно было обязательно ходить, потому что черти не дремлют.
— Вот твою мамку бесы сгубили. Так хоть тебя сберегу, — причитала Мартарита Сергеевна, повязывая платок на голову Оксаны. Девочка кивала и покорна шла за руку с бабулей в храм.
Продолжение читать здесь.