Малыш появился в середине Марта, порадовав окружающих и молоденькую маму громким, звонким криком. Как и ожидала девушка, у неё родился сын. Маленькая копия своего отца.
На следующий день, выглянув в окно, Алиса увидела родителей спешащих к ней. Все четверо пришли её поздравить! Они успели познакомиться и, похоже, сдружиться. Роза Михайловна не хотела, чтобы сноха и внук переезжали от них в дом её мамы, но поразмыслив всё же согласилась.
Антон приехал, взяв несколько дней отпуска, чтобы забрать жену из роддома и побыть с ней и сыном.
Встречали их всей роднёй. Родители с цветами, Антон с охапкой роз и Юлька. Не хватало только братьев-близнецов, но они были в курсе всех событий.
Анна Петровна сообщила сыновьям, о произошедших переменах в их жизни. Единственно о чём они жалели, о продаже дома, но понимали, что в этом была крайняя необходимость.
Юлька, давно уже заочно познакомившись с братьями Алисы, вела с ними оживлённую переписку, вводя их в курс всех событий подробнейшим образом.
Они отвечали ей почти на каждое письмо, обещая в скором будущем прибыть в отпуск.
Молодой отец был счастлив. Он на время короткого отпуска поселился в доме тёщи вместе с женой и новорожденным сыном.
Со своим отцом он помирился, попросив прощение, и тот его с радостью простил.
При каждой возможности Антон старался приласкать жену, хотел, чтобы она привыкала к его присутствию рядом, постепенно забывая свои обиды. Чтобы поняла, в конце концов, что он, действительно, её любит и то, что он сделал, угнетает его.
Однако, ей по-прежнему было тяжело видеть его и прикосновения мужа вызывали у неё прежнее отвращение. Самое тяжёлое для неё было то, что теперь ей приходилось делить с ним постель, когда он приезжал на выходные. Отправить его на пол, как в квартире его родителей она не решалась, потому что боялась, мама увидит её отчуждение и тогда придётся объясняться, и чего доброго правда выйдет наружу. Не для того она столько пережила чтобы всё испортить!
Антон как мог, помогал ей с ребёнком. Укладывал спать её у стены, чтобы самому при каждом шорохе и звуке издаваемый крохой, вскакивать и бежать к сыну, успокоить его или принести на кормление, перепеленать. Он брал его на руки, улыбаясь самой нежной улыбкой, что-то тихо шептал, качал, пытаясь успокоить. Если было время кормления, он укладывал его рядом с мамочкой и с удовольствием наблюдал, как сыночек проворно присосавшись к груди с жадностью пил молочко.
Сначала, когда Алиса только выписалась из роддома, она во время кормления выпроваживала его из комнаты, стеснялась обнажиться перед ним, хотя знала, что он уже всё видел, но прежняя неприязнь никуда не делась. Он послушно отправлялся в кухню и сидел там, задумчиво пил чай или просто смотрел в окно. Но однажды, как обычно выйдя из комнаты, он почти сразу же вернулся. Алиса была в гневе, потребовала, чтобы он вновь вышел, поспешно прикрываясь, а он, улыбаясь, сел рядом на кровать, убрал с её плеча платок, нежно прикоснулся губами к обнажённому плечу.
Время шло, она привыкла к его присутствию. Малыш подрастал, каждый день приносил какие-то изменения в его поведении. Вот он уже начал улыбаться, глядя в прекрасные мамины глаза. И Антон становился настойчивее, его прикосновения были требовательнее.
…Алиса как обычно кормила сына, тот опорожнив одну грудь, поморщился, требуя продолжения и она, улыбаясь, приложила сынишку к другой груди. Муж, сидевший рядом, хотел поцеловать эту грудь.
Девушка хлопнув ладонью по его голове, как могла жёстко оттолкнула его от себя.
Совершенно серьёзно налетела на мужа с бранью, расширенными глазами смотрела на него, требовала, чтобы он не смел к ней прикасаться.
— Ты чего дерёшься и ругаешься? – громким шёпотом отреагировал молодой муж. – Хотел проверить, не осталось ли молоко, чтобы не было застоя! Мы это по «Физиологии» проходили! Надо сказать чисто работает сынок, — лукаво улыбаясь, сказал он, понимая, что ему ещё много предстоит вытерпеть, прежде чем он заслужит её прощение.
На майские праздники Анна Петровна уехала в Дубовку, оставив молодых наедине. Нужно было помочь мужу засадить огород. Участок возле дома и теплица в городе были в полном порядке, но в деревне необходимо было ещё много потрудиться. Правда основная часть работы была сделана, Егор Матвеевич приучал зятя к сельской жизни. Они посадили картофель, занявший большую часть огорода.
Алиса не была рада видеть мужа, тем более, что они должны были провести эти дни одни.
Антон приехал с подарками. Сыну игрушки, а ей золотые серёжки с изумрудами. Она понимала, что, чтобы купить их ему приходилось экономить, однако подарку она не обрадовалась.
—Любимая моя! Милая! Спасибо тебе за сына! Ты самая прекрасная, самая желанная! Я не представляю жизни без вас! Прошу, прими небольшой подарок от меня в знак любви и благодарности.
Серьги лежали на его ладони, камни отражали блики яркого света, переливались, играя гранями.
— Мне не нужны подарки от тебя! Ты это прекрасно знаешь! Самый лучшим подарком будет, если ты станешь реже здесь появляться… С тобой я только из-за жестокой необходимости. А Егорушка всё равно бы родился, даже если бы ты отказался от него… — она говорила, её губы дрожали.
— Нет, милая! Ты моя! И сын мой! Я никогда бы от него не отказался! Я никогда не откажусь от тебя! Если не нужны серёжки, я их просто выброшу! Я знаю, ты достойна всех сокровищ мира! – с трепетом произнёс Антон, шагнул к ней, попытался обнять.
Она отстранилась, отпрянув назад.
— Не надо выбрасывать, подари Юльке. Она будет счастлива.
— Ей я куплю другие, а эти для тебя! Кроме тебя их никто не будет носить! – уже шёпотом произнёс он, снова приближаясь к молоденькой жене. Обхватил её за талию, развернул к себе, крепко прижал. Заглянул в глаза, с жаром произнёс:
—Люблю тебя! Чтобы ты не говорила, чтобы ты не делала…. Люблю тебя! И буду любить!
Антон пуговицу за пуговицей расстёгивал её халатик, она сначала растерялась, но затем встрепенулась, пытаясь оттолкнуть его, но силы были не равными, сбежать не удалось, только увернуться от поцелуя.
—Отпусти! Отпусти! Я буду кричать! Напугаю сына! Он уже всё понимает! Отпусти!
Она не оставляла попытки вырваться, но его крепкие руки не давали ей этого сделать.
—Ты знаешь, что я ненавижу тебя! Ненавижу! Больше всего на свете… Никогда по доброй воле не буду с тобой! Неужели тебе будет хорошо с бесчувственной куклой.
—Да! Мне хорошо с тобой! С любой! Я знаю тебе уже можно… Знаю! Ты не сбежишь от меня! Ты моя!
Его губы с жадностью накрыли её губки. Она билась в его руках, всё ещё пытаясь вырваться. Он быстро справился с её одежной, прижимая собой и руками к ложу, отстранился, любуясь перламутровой, белоснежной кожей её тела.
— Милая! Я люблю тебя! – шептал он между страстными поцелуями. – Прими меня с радостью, и мы вместе почувствуем, как прекрасна наша любовь.
Он покрывал её жаркими поцелуями, не обращая внимания на её слёзы.
— Ты так прекрасна! Самая нежная шелковая кожа… Изгибы твоей талии...
Молоко потекло по телу, стекая на простыню.
— Зачем ты это сделал? – возмущённо вскрикнула она. – Отпусти меня, я покормлю Егорушку. Ты не нормальный! Слетел с катушек! Ты помешанный…
Муж принёс сынишку для кормления. Тот с большим удовольствием не просыпаясь, жадно пил молоко.
Молодой мужчина, улыбаясь, сел рядом, обнял жену, прижал к себе и зашептал в самое ухо.
—Да! Я помешан на тебе! – с жаром и восторгом говорил он. – Можешь считать меня кем угодно, но я уверен, что придёт время, и ты с радостью будешь говорить мне о своей любви ко мне…
Он не видел, как губы скривились в злой усмешке, хотела что-то сказать едкое, но над сынишкой не стала произносить этих слов.
Егорушка быстро опустошил обе мамины груди, Антон забрал его из рук Алисы и малыш, лёжа на руках отца, чему-то улыбался во сне. Тот поцеловал кроху, прошептал, улыбаясь счастливой улыбкой.
— Сладенький мой! Самый славный малыш! Поспи ещё немного. У нас с мамой есть очень важное дело, — он положил сынишку в кроватку и, не переставая улыбаться, глядя на жену, спешил к ней.
— Нашему богатырю скоро не будет хватать молока, — сказал он, садясь рядом на постель.
— Может быть, ему уже не хватает. Иногда беспокоится, — машинально ответила она, ожидая продолжения мук.
— Я слышал, что нужно есть грецкие орехи и пить сладкий чай с молоком… Я всё тебе принесу… Позже… Сейчас я не могу уйти от тебя… — шептал он, медленно приближаясь к ней.
Она видела, как страсть затуманила его глаза. Почувствовала его прерывистое дыхание.
Алиса рывком отодвинулась от него, как могла дальше, но упёрлась обнажённой спиной в ковёр, висевший на стене.
— Сбежать тебе не удастся! – произнёс муж, улыбаясь самой нежной улыбкой. Он смотрел на неё с восхищением и не утолённой жаждой.
Антон проглотил возникший от возбуждения ком в горле. Придвинул её безвольную к себе, поцеловал в плечо, уложил навзничь на кровать. Отстранился, любуясь её телом. Неподдельно вздохнув, нежно коснулся губами ложбинки между грудями.
— Жаль, что я не художник!.. Я бы целыми днями писал картины…
Алиса была поражена тем, что её плоть неожиданно отозвалась на его прикосновения, что-то необъяснимое происходило с ней.
И всё же она хотела схватить его за волосы, но не успела… В следующий миг произошло непоправимое! Тело предало сердце, со всей силой откликнулось на изощрённые ласки мужа. Он ликовал, радуясь первой победе!
В этот день и ночь он насладился ею сполна, а ей, собрав все силы, превозмогая себя, приходилось сдерживаться, чтобы он не понял, что доставил ей удовольствие.
Алиса утомлённая бессонной ночью, лежала, накрывшись одеялом, беззвучно плакала. Она просила прощения у своего любимого за измену и предательство. Винила себя, что наивно положилась на свою гордость и ненависть к мужу. Он ведь ей ничего не обещал, а она думала, что он сдержит своё слово. А он ей ниичегооо не обещал! Да! Обещаний он ей не давал. Она выставила ему свои условия, а он просто молча их выслушал. И всё! Теперь он делает с ней всё что хочет! А она? Что сделала она чтобы уберечь свою любовь? У неё не хватило сил противостоять его натиску! Более того, то что испытала она сегодня с ним, не поддавалось её разуму…
Из кроватки сыночек подал голосок.
Она не успела повернуться от стены, а Антон уже был возле кроватки. Взял ребёнка на руки и широко улыбаясь, заговорил, за ворковал, направляясь к столу:
— А кто это у нас проснулся? Кто же у нас такой мокренький и голодненький? Это мальчик мой любимый проснулся! Егорушка проснулся и проголодался! Сейчас папочка его переоденет. Мамочка его покормит и будет он снова баиньки…
Алиса смотрела на счастливого ненавистного мужа, как он ловко и быстро справился с переодеванием, и теперь уже улыбаясь, глядя на неё, нёс ей сынишку на кормления.
Пока она кормила малыша, тот затопил баню и вернулся в дом в тот момент, когда сынишка, насытившись, лежал с мамочкой рядом на подушке, улыбался ей, глядя своими серо голубыми отцовскими глазами.
Он забрал малыша, укладывая его в кроватку, заговорил тихим, ласковым голосом:
— Спи, мой сладкий! Спи, мой хороший! Ты самый замечательный мальчик на свете!
Алиса до боли сжала зубы.
Муж вернулся к ней, сел рядом. Откинув одеяло, залюбовался нежным, молодым телом жены. Она увидела, как он жадно проглотил воздух, как его глаза снова загорелись страстью. Прилёг рядом. Она, вжавшись в стену, зажмурив глаза, затаила дыхание, надеясь, что оставит её в покое хотя бы на какое-то время. Однако почувствовала, как тот коснулся рукой её плеча, затем придвинулся к ней сам. Вдохнул аромат её волос, поцеловал. А руки уже властвовали, смело ласкали. Губы прокладывали горячую дорожку следом за руками, пытаясь, распались огонь в застывшей, ледяной женщине.
— Антон, умоляю! Я устала! Прошу, не надо! – взмолилась она, глядя на него холодным взором. В нём он видел не только холод, но и ненависть. Хотя помнил, что за эту ночь ему не раз удавалось сломить её сопротивление и получить от неё не любовь, а хотя бы терпимость. Пока терпимость!
— Милая, отдыхай. Я просто провёл рукой по тебе и поцеловал…
— Знаю я твоё «просто»!
Отвернулась, заворачиваясь в одеяло.
— Отдохни, поспи. Обещаю не беспокоить сегодня.
Алиса почувствовала его губы на шее, затем на спине.
— Папочка... пойдёт на базар… и принесёт мамочке… и её сыночку вкусненького… – шептал он между поцелуями.
А она уже не двигалась – она спала. Заснула крепким спокойным сном. Антон не мог оторвать взгляда от молоденькой женщины, пытался заставить себя уйти, но не смог, снова прилёг рядом.
Алисе снился чудесный сон….
Она шла через поле с цветущими ромашками. Женька со счастливой улыбкой бежал к ней навстречу, с огромным букетом полевых цветов. Встретившись, осыпал её ароматным каскадом, подхватил на руки, закружил и они упали в высокую траву, которая скрыла влюблённых от посторонних глаз…
Антон почувствовал, что с женой происходят удивительные перемены. Она повернулась к нему, шепча слова любви, ласкать её. Сама осыпала его поцелуями!
Перемены эти очень удивили молодого мужчину, но он с великой радостью принялся отвечать Алисе, лаская её с неистовой силой. Такой с ним она ещё не была. Она с такой радостью отдавалась ему, что он чуть не сошёл с ума от счастья. Впервые он услышал стоны страсти. В миг наивысшего блаженства её ногти вонзились в его спину. Но эта боль была так приятна, и счастье заполнило всю его сущность…
А потом он услышал:
— Женечка! Любимый, счастье моё! Люблю тебя! Люблю…
Алиса так страстно шептала это имя и слова о любви, металась по подушке, её волосы прилипли к влажному телу.
Мужчина замер. Он не понимал, что ему делать. Злость, ненависть, обида были ничто по сравнению с тем блаженством, которое он сейчас испытал. Остыв от страсти, он сел на край постели, руки его были сжаты в кулаки. Не отрываясь, смотрел на жену всё тем же пылающим взором. Она крепко безмятежно спала. Смотрел на её очаровательную счастливую улыбку… Подумал: «Вот оно, какое настоящее счастье!» Только оно у него ворованное! Антон зажал голову руками. «Она никогда не будет моей! Никогда!» Но он не отдаст её никому. Сам будет любить её, несмотря ни на что. Поднялся, оделся, ещё раз посмотрел на Алису, на улыбающегося во сне сынишку. Глубоко вздохнул, развернулся и пошёл прочь, унося с собой сладкий вкус поцелуев любимой женщины.
Начало: