Вероника хотела поехать с матерью, но та строго сказала:
- Нечего тебе там делать! Меня прекрасно довезут.
- Я приду завтра, мама. А вечером буду звонить. И ты звони, если что будет нужно.
- Ладно, звоню, - произнесла Лидия, садясь в машину.
Веронику не оставляло чувство вины перед Сергеем, ей не хотелось думать, что мать специально «заболела» - ведь доктор меряла давление.
- Я поеду на вокзал – сдам билеты, - сказал Сергей.
- Может, и правда, поезжай один, Сережа. Почему ты должен сидеть здесь, а не со своей мамой, ты ведь давно ее не видел.
- Ты хочешь, чтобы я уехал?
В голосе Сергея прозвучали нотки обиды.
- Ну что ты, Сережа! Просто мне неудобно, что приходится откладывать поездку к твоей маме.
- Ничего, Ника, я думаю, что через недельку уедем.
Лидия приехала в больницу в дурном настроении: она очень надеялась, что зять уедет один, а Вероника с внуком останутся. И тогда она продолжит попытки уговорить ее обратить внимание на доктора.
- Ну, что тут у нас? – вошел в палату Виктор. – Какое давление?
Он взял карту Лидии, выписанную в приемном отделении.
- Ну, не так уж плохо! С таким давлением можно было бы и не госпитализировать! Или дома не очень хорошо? Но если вы попали к нам, подлечим вас. Как там дочка ваша? Не уехала?
- Да нет, доктор, как же она уедет, если я в больнице?
- Значит, осталась? К вам-то придет?
- Конечно, завтра обязательно придет!
Доктор помолчал немного, потом, видя ожидание медсестры, сказал:
- Значит, так: назначения я сделаю, возьмете у старшей медсестры, а к вам я еще зайду.
- Заходите, доктор, я буду ждать вас.
К утру состояние Лидии стало лучше, поэтому она отказалась от капельницы, которую медсестра собралась ей поставить.
- Вам доктор прописал, я должна это сделать! – попыталась настоять медсестра.
- Ничего, с доктором я сама поговорю, - уверенно говорила Лидия.
После завтрака к ней пришла Вероника. Сергей с Олежкой остались на улице. Лидия с интересом рассматривала журнал, оставленный, видимо, предыдущим пациентом. Увидев дочку, она отложила журнал, взялась за голову, легла на подушку.
- Как ты, мама? Я смотрю, тебе уже лучше.
- Да где там! Всю ночь не спала, пришлось звать медсестру и таблетки ночью глотать.
Соседка по кровати с удивлением посмотрела на нее: Лидия спала крепко, даже похрапывала. Утром ее разбудила медсестра, чтобы померять температуру и давление.
- Назначения тебе уже сделали?
- Конечно! Виктор Николаевич вчера сразу пришел, как только меня привезли. Сам давление померял, говорит, что придется мне полежать...
Вероника вынула из сумки продукты, поставила на тумбочку.
- Зачем ты принесла? Здесь хорошо кормят. А где Олежек?
- Они с Сережей гуляют на улице.
Лидия поджала губы:
- Почему он не поехал к матери? Или решил тебя стеречь?
- Мама, ну о чем ты говоришь? Сережа всегда мне доверяет.
Лидия вздохнула.
- Мать всегда глупости говорит. Смотри, дочка, тебе жить.
В палату вошел Виктор. Увидев Веронику, он радостно улыбнулся.
- Здравствуй, Вероника! – произнес он и направился прямо к ней.
- Мне пора, - засобиралась Вероника. – Во дворе меня ждут. Пока, мама!
Она поцеловала мать и быстро пошла к двери. Виктор проводил ее взглядом, в котором было и восхищение, и досада.
- Это кто ее там ждет? – спросил он у Лидии, забыв, что в палате они не одни.
- Муж, - со вздохом ответила Лидия. – Решил остаться тоже...
Виктор молча вышел из палаты.
- Красивая у вас дочка, - сказала соседка. – Я слышала, она замужем?
- Замужем, - снова вздохнула Лидия. – Вышла замуж Бог знает куда, приезжает раз в год. А могла здесь жить. И работа была – она у меня учительница – и ухажер какой был!
Она оглянулась на дверь.
- Виктор Николаевич за ней ухаживал, замуж звал. А она вцепилась в своего Сережу...
- Значит, любит. Он у нее кто?
- Военный, вечно то на учениях, то в командировках, а она одна с ребенком.
В их разговор вмешалась пожилая женщина, лежащая у окна:
- Не мешайте дочке. Это ее жизнь, пусть она строит ее так, как ей нужно. Ведь если что-то не сложится, она вам не простит. Да и сами будете чувствовать себя виноватой всю оставшуюся жизнь.
Она помолчала, потом продолжила:
- Я свою не пустила замуж, когда ей было девятнадцать. Говорила, что учиться нужно, что еще рано, да и жених был еще без профессии, с родителями жил. Она послушалась меня, а теперь ей уже тридцать четыре, образование получила, а счастья нету. Тот подождал, подождал, да и женился, теперь у него все есть – и квартира, и машина, и двое детей. Бегает к моей Юле, встречаются тайно, а из семьи не уходит. Да и Юля не хочет разрушать его семью, детей без отца оставлять. Меня, конечно, не винит, говорит, что нужно было просто не слушать меня, а я себе не прощу никогда...
Она отвернулась к стене. Лидия негромко сказала:
- Да я что ж, я не развожу ее, сама пусть решает. Только жила бы здесь, рядом...
- Да, маленькие детки – маленькие бедки! – соседка взяла кружку, вышла из палаты.
Лидия села на кровати, задумалась. Она как-то действительно не думала о том, что если вдруг Вероника разойдется с Сергеем, она будет несчастна. Ведь любит она его.
- Ох, малые дети спать не дают, а с большими сама не уснешь, - проговорила она.