Сегодня расскажу историю из жизни, ставьте лайк, кому интересен такой контент.
⠀
Каких-то пациентов трудно лечить, каким-то сложно поставить диагноз. И порой приходится прибегать к помощи более опытных коллег. Однако, мой опыт показывает, что обратиться за поддержкой к коллегам можно, но вот думать лучше только своей головой.
⠀
Эта история произошла со мной, когда я училась в интернатуре. Прямо перед новым годом в мою палату поступает пациентка. Надо сказать, что Первый медицинский университет в Санкт-Петербурге, особенно отделение госпитальной терапии, где я проходила практику, больше приспособлен для обследования и лечения "плановых" больных с непонятными диагнозами, но не в тяжелом состоянии. Эта же пациентка пребывала с устойчивом тяжелом состоянии вследствие перенесенных ранее четырех инсультов. У нее были парализованы все конечности, она не могла говорить. В целом жалобы собирались со слов сиделки, а в диагнозе мы больше ориентировались на данные объективного осмотра и лабораторных данных.
⠀
На руках у родственников была выписка из отделения неврологии нашего же учреждения, где она лежала порядка полугода (!!!). Ей лечили без конца возникающие то тут, то там инфекции, а вскоре после долгожданной выписки она снова госпитализируется уже к нам в связи с вновь появившейся лихорадкой и кашлем.
⠀
Ввиду того, что больная очень сложная, основным доктором была не я, а врач отделения. В первый день я полностью просмотрела предоставленную из неврологии километровую выписку со всеми анализами. И со своими выводами я тут же побежала к моему руководителю: " Смотрите, по анализам у больной есть сочетание признаков гиперкоагуляции и наличия тромбозов. Получается, это ДВС синдром?". В ответ: "Ксения, не говори мне ничего. У этой больной чего только нет".
⠀
И вместе со своими выводами я удалилась писать приемный осмотр.
⠀
На следующий день сдаем анализы: в клиническом анализе крови гемоглобин 110, тромбоциты 170, СОЭ высоченное. Планируем искать инфекцию. Приходят из отделения неврологии ее прошлые лечащие врачи, делятся своим мнением: "Неврологически больная некурабельна. За все то время, которое она лежала у нас 80% времени получала антибиотики по поводу бесконечных инфекций".
⠀
Обсуждаем с руководителем и заведующим отделением, что с ней делать, составляем план обследования, начинаем эмпирическую антибактериальную терапию.
⠀
Проходит два дня. На утренней пятиминутке дежурная служба докладывает: "Активно наблюдалась больная В... В связи с резким падением артериального давления исключался острый коронарный синдром". Идём смотреть больную и анализы: давление 90/50, в анализах д-димер и тропонины шкалят. "Может быть у нее всё-таки ДВС синдром? И уже надпочечниковая недостаточность развивается?" Руководитель уже хмуро смотрит на анализы, после чего звонит и заказывает плазму крови.
⠀
На следующий день давление все ниже. Начинаем вводить преднизолон с частичным эффектом. В крови гемоглобин 90, тромбоциты 100. Кровотечение по гастростоме, петехиальная сыпь по телу - признаки ДВС-синдрома.
⠀
На следующий день день гемоглобин 80, тромбоциты 50. А через день гемоглобин 67, тромбоциты 20. Вызываем коагулолога, который констатирует: у пациентки ДВС-синдром. За несколько дней до нового года пациентка умирает.
⠀
Могли бы мы спасти больную, если бы начали лечение в тот же день, когда я предположила, что мы имеем дело с ДВС-синдромом? Сомневаюсь. Слишком уж тяжела патология и ослаблена была больная. Но факт остаётся фактом - первое предположение о диагнозе было высказано мною, а не более опытными коллегами. И из этой истории я сделала вывод, что полагаться в медицине стоит только на себя.