Если кого-либо то, что выше (скрин переписки Маргариты Симоньян об издании книги военной поэZии) и удивило, то уж вне сомнения не меня. Обстоятельства нашей книготорговли (тяжелый разговор назрел давно) давно уже повергают в полную оторопь. Прежде всего, забудем это слово - "рынок". Наша книготорговля не состоит с этим понятием ни в родстве, ни в свойстве. Это нам, профанам (тем, кто без фартучка или что там теперь носят) всё представляется простым: продавец заинтересован в том, чтобы продать как можно больше книг, ибо с этого имеет свою выгоду. Вроде бы издатель также хочет издавать то, что будет хорошо продаваться, ибо должен хотеть финансовых выгод. Но всё не так! Издатель и хочет, и алчет, равно как и продавец, но процесс выгодополучения много сложнее, чем представляется нашему простодушному взору. Я его, к примеру, не понимаю, и вы, любезные посетители страницы, вероятно тоже едва ли понимаете.
Нагляднейший из примеров:
Первый том провалился с треском. Даже с грохотом. Профессиональные историки умирали со смеху, а падкие на историческую клюкву обыватели увяли от скуки. Цитировать баснословное не могу, ибо автор сулит за отрывки в любой форме судебные иски. (Занятно, что то же самое хнау несколько лет назад пыталось получить в свой карман толиких за ... прочтение онлайн "Князя Серебряного", даже ставило свой неизъяснимый копирайт. Я это обнаружила случайно, хотела перечесть, и вдруг - нате! "бесплатный фрагмент кончился", дальше платите Акунину Б.! Такой вот вдруг наследник у графа Алексей Константиновича... ) Поэтому просто упомяну, что некоторое количество специалистов расхватало на цитаты "руссославян" и "Даждьбога, бога дождя". Но в целом было ясным: второй том пойдёт еще хуже. Ибо первый, кроме нескольких удивленных историков и сотенки изряднопорядочных граждан, (покупающих не для чтения, а в качестве зримого в книжном шкафу пароля), все же купило сколько-то читателей. Издавать ли второй, если очевидно: третьи из перечисленных второй раз на такие грабли не наступят. Издавать! Класть на видные места! Ставить безумные цены! Зачем? Почему? Нет ответа. Издали и выложили на самые яркие витрины еще два тома.
Политику книжных магазинов нельзя объяснить вкусом того либо иного владельца. Это новое но очень ёмкое словцо - повестка. Везде на видных местах одни и те же:
Современная русская проза (если верить модным прилавкам и афишам самых частых встреч) состоит примерно из: Быкова, Улицкой, Акунина, Шендеровича, Рубиной и еще полудюжины имен, вызывающих закономерный первый вопрос: а почему она "русская"?
Нужды нет, даже смешно объяснять, что принадлежность к великой русской литературе определяется культурным кодом, а не упраздненной графой паспорта. Но, согласимся, одно дело, если, к примеру, писатели A,B, N, C - русские, G - эстонец, S - мордвин, а L вообще имеет предками случайно попавшими в Россию японцев - это одно. А вот если среди этих букв русских нет вовсе, а в прочих наблюдается странное национальное однообразие, то это, пожалуй что, и другое?
Но даже и это было бы не столь существенно, когда б ни наличие еще одного объединяющего признака. Все эти литераторы не просто нерусские, они антирусские, бурно и конкретно.
Что и проявилось в казусе с буквой Z. Торговцы вроде как и перепуганы, даже, кажется, Шендеровича убрали, но как себя переформатировать - просто не имеют технического представления. Убрать Шендеровича и Акунина для них означает - пошире разложить Улицкую и Рубину. Всё иное, видимо, чревато повреждением мозга - слишком грубое выдирание чипа.
Я в следующих текстах рассмотрю на конкретном примере, дабы доказать, что книгопродажа у нас одно, а рынок (кстати он и требует сейчас буквы Z) это совсем-совсем иное.
изображения из открытого доступа