Появление во дворе Вероники в сопровождении доктора вызвало удивление у «часовых подъездов». Они сначала замерли, не понимая, как нужно воспринимать увиденное, потом почти одновременно воскликнули:
- Виктор Николаевич! Здравствуйте!
- Как давно мы вас видели!
- Как поживаете, Виктор Николаевич? Как жена?
Виктор почти смущенно взглянул на женщин.
- Добрый день. Спасибо, у меня все хорошо.
Они подошли к подъезду, Вероника вынула Олежку из коляски, поставила на ноги.
- Ну, давай ножками в подъезд!
Она оглянулась на спутника:
- До свидания, Виктор Николаевич! Спасибо, что проводили нас!
Виктор присел на корточки перед малышом, протянул ему руку:
- Ну, давай лапу!
Малыш прижался к матери.
- Какой он у тебя милый! На отца похож?
- Да, на Сережу.
Виктор поднялся.
- А ведь он мог быть моим...
Вероника рассмеялась:
- Не мог! А у вас нет еще?
Взгляд Вероники случайно обратился в сторону лавочки. Все сидящие на ней, кажется, только что не падали с нее, чтобы услышать, о чем говорят Вероника с Виктором. Веронике стало смешно: живут же люди чужими жизнями, чужими страстями! Неужели в своих жизнях у них уже не осталось ничего интересного?
Виктор отвел взгляд, переложил портфель из руки в руку.
- Мы не спешим... И она, жена, тоже не хочет. Пока. Мы должны привыкнуть друг к другу.
- Вы недавно поженились?
Вероника помнила, как мать писала ей о том, что он женился. Это было больше года назад.
- Дело не в этом, просто для того чтобы заводить детей, нужно хорошо узнать друг друга.
- Мне кажется, если люди любят друг друга... Извини, Виктор Николаевич! Ну, нам пора! До свидания!
- До свидания!
Вероника открыла дверь в подъезд, вошла с сынишкой. Виктор придержал дверь, потом постоял, глядя на эту дверь, и пошел со двора, сопровождаемый любопытными взглядами.
Вероника позвонила Сергею. Он взял трубку не сразу.
- Я слушаю! – резко сказал он.
Вероника поняла, что она прервала его разговор, который был не очень приятным.
- Это я, Сережа! У тебя неприятности?
Сергей через несколько секунд ответил совсем другим голосом:
- Прости, Ника, тут у меня проблемы. Я позвоню позже.
Вероника поняла, что позвонила не вовремя. Она отключилась и стала готовить обед. Когда пришла мать, Вероника сразу заметила, что она что-то хочет ей сказать.
- Как погуляли вы сегодня? Где были, кого видели?
- Мама, тебе ведь уже рассказали, что нас до подъезда провожал Виктор Николаевич? – с улыбкой ответила Вероника.
- Да, сказали! – с некоторым вызовом ответила мать. – И что в этом плохого? И о чем вы говорили?
- Да обо всем и ни о чем. Мы случайно встретились у парка, и он решил проводить нас.
- Он до сих пор любит тебя, - заговорщически проговорила мать. – Это все видят!
- Мама, я прошу тебя, не повторяй глупостей тех, кто вечно все про всех знает!
- Ты зря так говоришь! Вот Ивановна сразу определила, она говорит: как он на Верочку смотрел! Это ж видно сразу!
- Мама, ты забыла, что он женат, а я замужем!
-А где же твой муж? Ивановна все время спрашивает, почему моего зятя не видно. И опять ты приехала без него.
- Мама, а почему Ивановне твоей есть дело до твоего зятя? Ей не все равно, где мой муж?
Вероника начинала сердиться, ее раздражали домыслы этих вечных наблюдателей и дворовых судей.
- Не сердись, дочка! А все-таки как хорошо было бы, если бы ты жила здесь! Ему квартиру дали, мы бы виделись часто...
Вероника замолчала – спорить было бесполезно, да и не о чем. Она думала о том, что случилось у Сергея, почему он не смог разговаривать. Ей очень хотелось позвонить ему, но он сказал, что позвонит сам, значит, нужно подождать.
А у Сергея действительно были проблемы. Эшелон с воинской частью стоял на запасных путях уже вторые сутки. Личный состав скучал и от безделья стремился изобрести что-нибудь, чтобы развеять скуку. Командиры подразделений вынуждены были день и ночь стеречь их, чтобы не случилось чего-нибудь нештатного. Но в этот день все-таки случилось.
Пятеро танкистов, узнав у проходящего мимо обходчика адрес ближайшего источника алкоголя, собрались туда. Выйдя за границы железнодорожных путей, они устремились к поселку, расположенному неподалеку. Почти сразу они обнаружили небольшой магазинчик с приветливой продавщицей. Купив несколько бутылок водки, они вышли из магазина, озираясь по сторонам. В это время к магазину на велосипеде подъехали две девушки. Танкисты, конечно, не могли пропустить возможности познакомиться с прекрасными сельчанками и сразу приступили к делу. Девушки оказались разговорчивыми, и вскоре завязалась оживленная беседа, окончившаяся приглашением вечером на танцы в сельский клуб. Однако все окончилось гораздо прозаичнее, чем предположительное романтическое свидание. Напившись, бойцы что-то не поделили, и прямо на железнодорожных путях началась драка, в которую были втянуты человек двадцать. Те, кто пытался прекратить битву, тоже оказывались в общей куче.
Сергею о драке сообщил старший лейтенант, который дежурил в это время по составу. Позвав таких же командиров, он прибежал к вагону, около которого развивались события. Кое-как усмирив дерущихся, он приказал выявить зачинщиков, а всех участников приказал посадить в отдельный вагон. Когда к составу прибыл патруль из местной комендатуры, все уже было спокойно. С трудом удалось уговорить прибывшего капитана не начинать разбирательства, ведь состав может быть отправлен в любое время, а оставлять виноватых в местной комендатуре – не лучший вариант.
Поздно вечером, поставив у вагона с «арестантами» дежурных, Сергей смог позвонить Веронике.
Она говорила тихо – Олежка уже спал, и она вышла в кухню. Мать мыла посуду после ужина. Услышав, что Вероника говорит с мужем, она прислушалась. Вероника спрашивала, сможет ли он скоро приехать к ним. Судя по ее реакции, он не собирался приезжать.
- Конечно, Сережа, - говорила Вероника, - если ты не сможешь, то сообщи, когда вы приедете в город, и мы с Олежкой выедем сразу.
Как только Вероника закончила разговор, мать спросила:
- Ну что? Не приедет? Этого и следовало ожидать! Ты должна бегать за ним – и на учения, и домой, и все одна с ребенком. Ты такой жизни хотела?
Вероника посмотрела на мать и, помолчав, ответила:
- Мама, не старайся, я люблю Сережу, и он любит меня. И такая жизнь мне нравится.