С ног на голову: почему нас тревожит, когда хороший человек поступает плохо

Сталкивались ли вы с ситуаций, когда считали человека порядочным, а он совершал что-то аморальное — и это переворачивало ваше убеждение о нем с ног на голову? Это случается чаще, чем мы думаем. И, согласно новой работе, опубликованной в журнале Social Psychology and Personality Science, у таких моментов есть очень серьезные последствия.

В двух первых исследованиях Кейт В. Гуан и Стивен Джей Гейне из университета Британской Колумбии набрали онлайн-участников с таким типом жизненного опыта. Сначала участники рассказывали подробности произошедшего, а затем отвечали на ряд вопросов о том, что они чувствовали во время инцидента и спустя какое-то время. Вопросы раскрывали восприятие характера человека, вызвавшего разочарование, общие представления о мире и других людях, а также уверенность в способности людей судить о чьем-либо характере.

Результаты свидетельствуют: когда «хороший» человек совершает что-то безнравственное, нас это настолько тревожит, что заставляет сомневаться в собственной способности судить о характере и делает мир более запутанным. Чем резче контраст между впечатлениями участников о моральном облике виновника до и после плохого поведения, тем больше страдает способность понять мир и определить свое место. Во втором исследовании Гуан и Гейне обнаружили, что пережитый опыт приводит к более смутным представлениям о моральном облике людей в целом.

Исследователи сообщают, что на одних людей это действует сильнее, чем на других. Самые большие перемены во взглядах происходили среди любителей замкнутого образа жизни, которые с трудом переносят неопределенные ситуации, и тех, кто считает, что моральный облик человека — основополагающая и неизменная черта характера.

Однако в этих исследованиях участники вынуждены мысленно возвращаться в прошлое и вспоминать, что они чувствовали в разные жизненные моменты. Но такой экспериментальный подход уязвим в отношении ошибочных воспоминаний. Поэтому ученые попытались провести опыт в режиме реального времени.

Была собрана новая группа, состоящая из 446 онлайн-участников, которых познакомили с новым человеком. Некоторым представили нового знакомого как «доброго и симпатичного человека, заботливого и благодарного». Другим, наоборот, сказали, что он «выглядит злым и неприятным человеком, эгоистичным, жестоким и ненавидящим всех окружающих». Затем участники получали информацию о том, что этот человек совершил что-то плохое — участвовал в разжигании ненависти либо совершил домашнее насилие. В самом конце они отвечали на вопросы, как новые данные повлияют на их убеждения и восприятие по аналогии с тем, что было представлено в первых исследованиях.

По словам авторов, те, кого заставили поверить в то, что человек добрый и симпатичный, ощутили большую угрозу чувству смысла, а также уверенности в способности оценить характер — и их моральным впечатлениям о других людях в целом. То есть преображение хорошего человека в плохого оказывает более негативное влияние на участников, чем нехорошие поступки изначально плохого. Но в исследовании есть очевидный недостаток: участники только представляли себя в реальной жизни, но как бы они повели себя на самом деле — неизвестно.

Можно оставить в стороне различные ограничения исследования, но почему наблюдение за переходом от «хорошего» к «плохому» оказывает большее воздействие?

Довольно убедительный аргумент заключается в том, что мы испытываем сильную потребность в работе с другими людьми. Для достижения успеха в социальной среде необходимо быть уверенными, что другой человек — надежный и полезный союзник или, наоборот, угроза.

Бесчисленные книги, телесериалы и фильмы захватывают нас потому, что они играют на этом. Этот персонаж хороший или плохой? Чем больше мы не уверены, тем с большим интересом продолжаем читать или смотреть. Вполне логично, что нарушение морального облика заставляет пересмотреть способность суждения о других и делает нас более осторожными. «Эти результаты выдвигают новую причину, по которой люди сожалеют о подобном опыте. Он угрожает основному способу, с помощью которого мы осмысливаем социальные ландшафты», - заключают Гуан и Гейне.