Вернувшись в свою квартиру после первой пары, Глафира увидела закрепленный за домофоном конверт. Обнаружив в нем деньги, женщина с ужасом поняла, что это от Алины, которая уже не вернется.
Фомина много раз звонила девушке, но телефон Алины был отключен, а в общежитии, по словам коменданта, она даже не появлялась.
Глафира вошла в комнату к Игорю.
— Игорь, ты не видел Алину? — поинтересовалась тётя.
— Ну, я был в наушниках и ничего не слышал, — ответил парень. — А что, что-то случилось?
— Ничего, кроме того, что я сделала огромную ошибку и обидела очень хорошего человека, — тяжело вздыхая, ответила Глафира. Она присела на заправленную кровать. — Это не Алина сама уехала, это я ее выгнала, — призналась она.
— Зачем? — недоуменно спросил племянник.
— Потому что я поддалась эмоциям и глупой обиде. Представляешь, Игореша, Алина сутками работала, чтобы передать тебе вот этот конверт, — женщина положила его на стол, за которым сидел Игорь. — Это недостающие деньги на операцию.
— Это от Алины? — молодой человек искренне удивился. Он достал из конверта бумажные купюры, посмотрел на них, потом на тетю, потом снова на них... — Здесь записка, — обнаружил.
«Игорь эти деньги я собирала для тебя. Сумма не очень большая, но все же на операцию должно хватить. Я надеюсь, что все пройдет удачно, и всем сердцем в это верю. Я уезжаю домой и думаю, что мы с тобой больше никогда не увидимся. Передавай Глафире Сергеевне привет, я ее очень люблю».
Игорь прочитал это вслух.
— Ты не представляешь, какой я дурой себя чувствую, — призналась женщина. — Так глупо все получилось...
— Тетя Глаша, чего же вы сидите? Нужно ее остановить! — возмутился спокойному поведению тети Игорь. — нужно ее разыскать.
— Ты думаешь, я не пыталась? Я весь день набираю ее телефон, а он отключен. Сейчас попробую еще раз... Ой, СМС-ка от Владислава пришла.
«Алина сейчас в деканате, хочет забрать документы».
У Глафиры затряслись руки. Ей казалось, что если она не успеет извиниться перед Алиной, то всю жизнь будет потом мучиться.
Женщина дозвонилась до Вячеслава, и тот обещал задержать девушку. Тогда Глаша тут же помчалась в институт, она не могла отпустить Алину, не попросив у нее прощения, особенно после того, как даже в записке она нашла для подруги матери, которая ее прогнала из дома, теплые слова.
Хотелось все исправить.
***
К счастью Владиславу удалось задержать Дюрягину, уговорив пообедать с ним перед отъездом. Увидев Алину в институтском буфете, Глафира испытала смешанные чувства: вины и благодарности.
Фомина молча села за столик, рядом с Вячеславом. Ей трудно было начать говорить, но она начала:
— Ты прости меня, Алиночка. На меня какое-то помутнение нашло.
— Ну, что вы, Глафира Сергеевна, вам не за чем передо мной извиняться. Вячеслав Николаевич мне уже рассказал про это нелепое недоразумение.
— Ну, я вас покину, — мужчина тут же встал из-за стола и откланялся. — Буду в коридоре, если что. — При этом ободряюще погладил Глафиру за плечо.
— Я слышала, ты хочешь документы из института забрать, — продолжила женщина.
— Вячеслав Николаевич уже и про это рассказал.
— Алина, ты не должна этого делать, не ломай себе жизнь, прошу тебя. Да, я приревновала тебя к Славе как идиотка, но ты не должна наказывать себя из-за моей ошибки.
— Я просто подумала, что вы больше не захотите меня видеть, и решила уйти.
— Тебе нужно продолжать учиться. У тебя есть талант, способности, характер, трудолюбие... У тебя отличные перспективы роста. И потом, мой дом всегда для тебя открыт, и я очень надеюсь, что ты меня простишь и переедешь к нам.
— Спасибо вам, конечно, за добрые слова, но, правда, не стоит беспокоиться. У меня уже сессия сдана досрочно, слава богу, так что я поеду к своей дочери. Она меня уже ждет. — Алина встала. — Не надо, не провожайте Глафира Сергеевна.
Женщина буквально подскочила к девушке, перегородив ей путь.
— Алиночка, может быть, ты останешься все-таки хотя бы на несколько дней? Мне бы не хотелось тебя так просто отпускать. Мне хочется реабилитироваться, что ли, перед тобой, — призналась Глафира.
— Не стоит, Глафира Сергеевна. Поэтому я поеду. Да и Игорь меня тоже, наверное, не хочет видеть... — Девушка была сильно оскорблена и обижена. Даже такой человек как Глаша, лучшая подруга матери, не могла ее успокоить. Хотя она сама же ее и обидела.
— Что ты, Алиночка, — Фомина ласково, но все же вцепилась в кисти Алининых рук, — ты бы видела, как Игорь обрадовался и настаивал на том, чтобы я тебя разыскала.
— Правда?
— Конечно, у него характер не сахар, но он на самом деле очень хороший, добрый парень. И потом, он понимает, что ты для него сделала. Поверь, если бы он ходил, то примчался бы сюда вперед меня.
— Глафира Сергеевна, я лучше поеду.
— Хорошо. Алина, у тебя же поезд поздний?
— Да.
— Ну вот! — словно ребенок, обрадовалась женщина. — Ты просто обязана с нами поужинать. Хорошо? И с Игорем заодно попрощаешься по-человечески, а то он меня домой не впустит. А потом мы с Вячеславом Николаевичем отвезем тебя на вокзал. — Глафира не сдавалась. — Соглашайся.
— Хорошо.
— Ну, слава богу! Значит, ты меня простила?
— Простила, конечно.
Женщины улыбнулись и обнялись. Все же нормальный человек не может находиться в угнетенном состоянии долгое время, а особенно такой добрый и сострадательный как Алина.
— Ты моя хорошая... — сквозь слезы сказала Глафира.
Упал такой груз с сердца, что хотелось петь и танцевать, прыгать от радости. Несправедливые поступки всегда гнетут людей. И, только расставив все по местам, восстановив справедливость, они могут ощутить, насколько легче становится дышать.
Глафира была признательна Алине за то, что та больше не держала на нее зла, и надеялась, что у этой девочки хватит великодушия и на Игоря, который за последнее время неоднократно умудрился ее обидеть.
И еще, оставался один вопрос: как Алина попала в квартиру, когда приносила конверт? Ведь ключей у нее не было...