Давайте представим Лондон XVIII века, в это время некий инженер-строитель Уильям Пейн приехал жить и покорять столицу Англии. Но вот, что интересно, этот молодой мужчина решил посвятить себя живописи, а свой опыт инженера оставить в прошлом.
Уильям стал практиковаться в акварельной технике и даже активно выставлял свои работы на выставках с 1809 по 1812 г., но картины не вызывали особых восторгов у публики. Тогда Уильям время не теряя стал преподавать живопись и учить других и тут его талант раскрылся. В Лондоне заговорили о преподаватели живописи Уильяме Пейне. Обеспеченные родители желали устроить своих детей именно к нему во что бы то ни стало.
Нам не суждено узнать, насколько утомительное общение с бесталанными отпрысками лондонской элиты подвигло Пейна к тому, чтобы искать замену натуральным черным пигментам, но мы точно знаем, что он был настолько горд разработанным рецептом соединения берлинской лазури, желтой охры и кармазина (разновидности кармина), что назвал полученный пигмент своим именем.
Почему же художники так любят серый Пейн? Частично из-за феномена, известного сегодня как «воздушная перспектива». Представьте, например, холмы и горы, исчезающие в далекой дымке: чем дальше они от вас, тем более размытыми, бледными и синими они кажутся.
Этот эффект вызван частицами пыли, загрязнением воздуха и мельчайшими каплями воды, рассеивающими самые короткие (синие) волны спектра; туман, дождь и пасмурная погода усиливают этот эффект.
Ничего удивительного, что художник-пейзажист, пишущий в сыром Девоне, первым сумел составить такой тон – насыщенный серый с иссиня-черным оттенком, замечательно подходящий для того, чтобы запечатлеть этот эффект.
Дорогие читатели, если вам интересно, пишите в комментариях, тогда я продолжу рассказывать о секретах цвета и его истории.