«Знает ли родная Сибирь нас, блудных?» — так начинает одно из писем с Украины Геннадий Петрович Жарков — полный кавалер орденов Славы.
Семнадцатилетним мальчишкой в 1943 году ушел Жарков на фронт из деревни Десятово Кожевниковского района. Попал в воздушно-десантные войска. Был командиром пулеметного расчета, потом служил во взводе разведки 350-го парашютно-десантного полка.
До сих пор из памяти ветерана не стерлись картины первого боя под населенным пунктом Цеглей в Венгрии.
... Советские воины сдерживали натиск значительно превосходивших сил противника. В такой обстановке был введен в бой из резерва батальона и пулеметный расчет Жаркова. За несколько часов сражения пулеметчики уничтожили до ста фашистов. Командование представило их к наградам — медалям «За боевые заслуги», а Г. П. Жаркова — к ордену Красной Звезды.
Другая памятная веха для ветерана Великой Отечественной — освобождение Будапешта.
Враг не сдавал без боя ни одного здания. Три атаки советских воинов захлебнулись при штурме одного из заводов. Тогда от командира роты Г. П. Жарков получил приказ пулеметным огнем прижать фашистов, обеспечить прорыв наших десантников в заводской қорпус.
Вместе с новосибирцем A. Берило Жарков выбрал удобную позицию и открыл шквальный огонь, не давая фашистам поднять головы. Это во многом и определило успех боя. Под прикрытием пулеметного огня наши воины сумели прорваться на территорию и в помещение предприятия.
За доблесть Геннадию Петровичу вручили орден Славы III степени.
Когда начались бои за Вену, Жарков служил уже разведке. Взводу разведчиков командование приказало перейти линию фронта и перерезать автомагистраль, по которой гитлеровцы перебрасывали к передовой технику и живую силу.
Ночью разведчики вместе батальоном капитана Разункова проникли в тыл врага, заняли назначенную позицию. Фашисты старались уничтожить храбрецов. С утра до вечера длился бой, но ни одна машина с боеприпасами, ни один бронетранспортер с гитлеровцами не сумели прорваться к передовой.
За этот бой Г. П. Жарков был награжден орденом Славы II степени.
Ну, а орден Славы первой степени старшина-сибиряк получил уже перед самым концом войны за мужество находчивость, проявленные в боях за Прагу.
Взвод разведчиков, в котором служил Г. П. Жарков, на трофейном грузовом автомобиле ушел вперед своей части, ворвался в крупное село, занятое немцами. Фашисты вначале приняли наших бойцов за свое отставшее подразделение, а когда опомнились, было уже поздно... Советские разведчики сумели захватить два бронетранспортера, три мотоцикла, две автомашины и взяли в плен около роты солдат.
В нескольких километрах от Праги встретил сибиряк радостное известие о долгожданной победе.
После увольнения в запас поехал Геннадий Петрович в Заполярье восстанавливать разрушенные шахты. Работал мастером. А когда ушел на пенсию, по состоянию здоровья стал жить на Украине. Но снятся ветерану-сибиряку родные березки, кедрач, где бегал он деревенскими мальчишками в детстве. И все чаще и чаще появляется мысль: а не вернуться ли в родные края?
«Нет, не опозорили мы звание сибиряка в те далекие годы, — продолжает в письме Геннадий Петрович. — Мы свой долг выполнили честно и до конца».
Н. СЕМЕНЯКО (1980-е)