Реальный рассказ из провинциальной поликлиники.
Я зашла в комнату отдыха, услышать последние свежие сплетни нашей поликлиники и заодно узнать в каком сегодня настроении начальница. Стоит ли расслабиться и спокойно работать, или же готовиться к нападкам, придиркам или даже доведению до слёз.
В комнате было две медсестры: Ксения Игоревна и Надежда Григорьевна. Они что-то бурно обсуждали. Ксения была в слезах, а Надя её успокаивала.
Подойдя чуть ближе к ним, меня заметили, и Ксеня обратилась ко мне:
- Представляешь, Софа, это я оказывается виновата! Я, только я! - чуть ли не кричала Ксения, захлёбываясь в слезах.
- В смысле? - опешила я, не понимая в чём дело.
- Мы вчера были в вечернюю смену - начала свой рассказ Игоревна. - К нам привели без записи больного в плохом самочувствии. Это был завсегдатай нашего участка. (Т.е. хотя бы раз в месяц бывал на приёме, имея ряд хронических болячек). Чувствовал он себя плохо и жаловался на боли в груди.
- Доктор, сказала сделать ему ЭКГ. А чем я сделаю? Наш аппарат забрала «главная поликлиника», мол, им нужнее, а мы пару дней обойдёмся - выпалила медсестра. - Доктор оправила его прокапаться. После капельницы, больной вернулся в кабинет, но легче ему не стало. Я спросила его, почему он пошёл к нам, а не вызвал из дома скорую? А он мне, - "Я же тут рядом живу, да и не хочу их вызывать, они же в больницу увезут» - продолжала Игоревна.
- Александра Степановна, мой доктор, сказала, что в итоге всё равно пошлёт его в больницу, а он упёрся - ни в какую, не поедет и всё. Она не стала сильно долго настаивать и оправила его домой. А насильно его и не заставишь, по новым законам не получится. А через минуту прибежала санитарка с криками:
- Там мужчина умирает на крыльце!
- Я и доктор выбежали на улицу, а там, на крыльце лежит без сознания тот самый больной. Так же на крики прибежала лор-врач и мы с ней начали оказывать помощь. Лор делала искусственное дыхание, а я качала сердце. Вокруг собралось много «зевак», охали и ахали. Кто-то вызвал скорую, но она долго ехала. Лор-врач периодически пыталась докричаться до больного, что бы он очухался и сам старался дышать. Когда, наконец, приехала скорая, мы его откачали, он пришёл в сознание и его увезли в больницу. Но, увы, ночью он скончался в реанимации. В итоге начальница обвинила меня в его смерти. Меня? Не доктора, который в ступоре стоял, ничего не делал, а меня! - После этих слов Ксения Игоревна ещё больше разрыдалась.
В шоке от услышанного, я посочувствовала Ксене и пошла на приём, т.к. скоро нужно было начинать. За 10 минут до приёма пришло сообщение на ПК по "аське" от начальницы. (Да, «аська» давно уже устарела и ей никто не пользуется, но наши программисты так не считают). «Срочно зайди в зал собраний».
«Начинается. Сейчас устроит разбор полётов» - подумала я.
Зайдя в зал, увидела, что контингент собравшихся составляют только медсёстры.
- Итак, девочки, я думаю, что уже все в курсе вчерашних событий и об этом стоит серьёзно поговорить - начала начальница, Ираида Владимировна. - А в первую очередь с тобой, Ксения Игоревна. Зачем ты бегаешь по всей поликлиники и обвиняешь во всём своего доктора, враждебно к ней относишься и настраиваешь других против неё? - обратилась Владимировна к Ксении.
- Я никого не настраиваю и ничего подобного не делала! - начала оправдываться Игоревна.
- Да что вы говорите? А почему же я тогда от всех сотрудников слышу, что Ксения Игоревна бегает по всей поликлинике и жалуется на своего доктора? В гардеробной, буфете, регистратуре это подтвердили. - возмущалась начальница.
- Ничего я не бегаю, я заходила туда по делам. И с доктором своим, Александрой Степановной, я нормально общаюсь, ничего такого «враждебного» я к ней не проявляла. - продолжила медсестра.
- Да ладно? А почему же она тогда сидела у меня в кабинете и рыдала? Говорила, что её медсестра с ней вообще не разговаривает и игнорирует. Да и ещё по всей поликлинике «кости ей перемывает»?! - прилично так повысив голос, негодовала Владимировна.
- Вы серьёзно?! Да я целый день в прострации была из-за вчерашнего, и ещё вы меня обвинили в том, что это чисто моя вина. - чуть ли не крича, оправдывалась Игоревна.
- Не было такого, я просто напомнила тебе, как ты должна была действовать по правилам. Но я не обвиняла тебя в том, что случилось, все мы люди и в таких ситуациях можем встать в ступор. Мы же не "скорая" и не реанимация, у которых это каждый день происходит. Для нас это редкое явление и понятно, что все растерялись от неожиданности. - Уже более спокойным голосом поясняла начальница. - И это не повод бегать по поликлинике со слезами, ведите себя более тактично и достойно. А теперь в связи с последними событиями, повторим все правила и основы «неотложки» и вспомним где, что лежит для этого. - Подытожила Ираида Владимировна и начала лекцию о неотложной помощи.
Лекция была не долгой, так что мы вскоре вернулись в свои кабинеты, опоздав немного на приём. Где то так, часа через два, в наш кабинет зашла Ксения за журналом.
- Вот так вот, Софа, хоть ты и медсестра, но должна ещё выполнять дела за своего доктора. - Всё никак не успокаивалась она.
- В смысле? - с недоумением спросила мой доктор, Вера Никитична.
- Ну, вы же в курсе о вчерашнем происшествии? - Обратилась Ксения к ней.
- Да, слышала. Ну, вы же его откачали, его живого увезли. Умер-то он там уже, в реанимации. Значит, суждено было ему умереть, не смотря на старания многих. - попыталась немного утешить Никитична.
- Так-то оно так, но обвинить меня в этом, в, то время как сам доктор был в ступоре, это уже слишком. - Продолжала Ксения Игоревна. Она взяла журнал и ушла в свой кабинет.
Поняв, что Игоревна как всегда зациклилась на своём и ещё долго не успокоится, я не стала в это влезать. Потом она остынет и помирится со своим доктором и начальницей. Не в первый раз же.
Уже где-то через неделю, по электронной почте прислали список «умерших». И как оказалось, умер больной от острого инфаркта.
Мужчину искренне жалко, как и любого другого пациента. Но, увы, не всегда старания вознаграждаются.