Великие изобретения — это еще и хитросплетения судеб. Нисефор Ньепс, создатель первого в истории фиксированного фотоизображения, сделав самостоятельно первые шаги в фотографии, начинает в 1829 году сотрудничать с соотечественником Луи Дагером. Ранняя смерть лишает Ньепса заслуженной славы, но все же его разработки легли в основу дальнейших экспериментов Дагера и привели к появлению дагеротипии, которая пожаром распространится по всему миру.
Прежде чем прославиться в качестве изобретателя одной из технологий фотографии, Дагер успел реализовать себя как художник-романтик и оперный сценограф. Его знала вся парижская богема, но, несмотря на блестящую карьеру, его тянуло к экспериментам. Обладая невероятным чутьем на актуальные тренды, он в 1822 году открывает диораму.
Этот проект пользовался бешеной популярностью у публики. Зрелище представляло собой большой расписанный экран, установленный на стене по периметру, как правило, округлого помещения. При помощи хитрой системы освещения и множества зеркал возникала иллюзия движущихся изображений.
В поисках большей реалистичности и зрелищности диорам Дагер заинтересовался разработками в области фотографии. Вскоре в помещении диорамы он оборудует фотомастерскую. Однако опыты поначалу не давали нужных результатов, и он решает продолжить исследования уже в соавторстве с Нисефором Ньепсом. Его метод гелиографии с использованием битума мог занять до восьми часов съемки. С конца 1820-х и до смерти Ньепса в 1833 году они работали вместе над созданием фотографии. Дагер не сдался даже после смерти компаньона и продолжил свои исследования.
В последующие годы Дагер работал над техническим усовершенствованием фотографического процесса и добился успеха к 1837 году. В отличие от Ньепса, он догадался использовать пары ртути, чтобы проявить изображение. Этому помогли случайные обстоятельства. Однажды изобретатель оставил в шкафу лаборатории проэкспонированные пластины и заметил, что на них проявились изображения. Методом исключения он установил причину фиксации: ртутные пары. Технологию назвали в честь ее создателя дагеротипией.
Каждая пластина посеребренного листа меди несла на себе необычайно точное и четкое изображение. Дагер сразу оценил потенциал своего изобретения с художественной и научной точек зрения. Он снимал натюрморты с гипсовыми слепками как своеобразный оммаж живописи. Одновременно с этим он отражал мир природы, фиксируя на своих пластинах окаменелости, насекомых и даже луну. К сожалению, эксперименты Дагера с первыми условными «микро-» и «телефотографиями» не дошли до нас из-за пожара. Весной 1839 года от его мастерской не осталось ничего, кроме пепелища.
Возможно, технология Дагера не обрела бы популярности, если бы не горячий поклонник новшества — Франсуа Араго. Физик и астроном был по удачному стечению обстоятельств еще и членом французского парламента. Дагер в его лице получил соратника и в научной сфере, и в политической. Никто иной как Франсуа Араго представил доклад на совместном заседании Французской академии наук и Академии изящных искусств в январе 1839 года. Именно эту дату принято считать днем рождения фотографии. Изобретение стремительно распространилось по всему миру. Все, кто раньше не мог себе позволить сеансы у портретиста, теперь с энтузиазмом отправились в фотоателье.
Несмотря на мировую славу, остаток жизни первопроходец фотографии провел скромно. Обанкротившись на диорамном театре, Дагер не захотел наживаться на своем главном изобретении и передал в публичный доступ патент на технологию дагеротипии в обмен на небольшую государственную пенсию. До самой смерти Луи Дагер занимался своим любимым делом, рисуя диорамы для церквей в окрестностях деревни Бри-сюр-Марн.
По иронии судьбы, распространение дагеротипии поставило под вопрос открытие другого важного для истории фотографии изобретателя — англичанина Уильяма Генри Фокса Тальбота.
Продолжение следует.
Предыдущая глава: Нисефор Ньепс