Молочница с большими бидонами, в которых пенилось свежее молоко, катание на велосипедах, прогулки по дачным улицам, перелезание через заборы, страшные истории перед сном и, конечно, печеная в костре картошка. Читательница "Московских историй" Мария Макарушкина - о жизни на даче 1960-х.
Подмосковный район Домодедово для большинства из нас - отправной пункт захватывающих путешествий. Расслабляющего отдыха. Ну, или важных командировок. Для меня же эти места в первую очередь связаны с летним дачным детством.
Наше садовое товарищество «Новое Заборье» было основано в конце 1950-х годов - неподалеку от ж/д "Взлетная". Ко времени моего появления на свет, в 60-е годы, деревянные дома на всех участках были уже построены, а сами участки, сочетающие на восьми сотках сад и огород, были полны цветов, фруктовых деревьев, кустов смородины, крыжовника, малины, ухоженных грядок всевозможных овощей. И конечно, к непременным атрибутам каждой дачи относились деревянный сарай для садового инвентаря, и неприметная будочка туалета.
В моем детстве утро на даче начиналось с пения птиц и стакана молока. Каждый день молочница из ближайшей деревни, владелица коровы, обходила дачи с большими бидонами, в которых пенилось свежее молоко. Яйца покупались у неё же. Позже молоко и другие молочные продукты стали привозить на дачи с молокозавода в гигантских канистрах. И тут уже дачники в панамах, соломенных шляпах, со своими бидонами выстраивались в очередь. После завтрака можно было бежать «на линию» - так у нас назывались дачные улицы - и полностью погружаться в мир игр, беготни, дружб и обид. Что мы делали? Гуляли, катались на велосипедах, играли в куклы. Куклам придумывали красивые имена. Моя подруга Галя, чья мама была осетинкой, называла своих кукол завораживающими своей мелодичностью и нездешностью именами - Фатимой, Зариной, Мадиной. И не разрешала другим девочкам эти имена использовать.
С другой подругой, Светой, мы увлекались «героической тематикой». С замиранием сердца читали книги «Сердце Бонивура» Дмитрия Нагишкина, «Повесть о Зое и Шуре» про подвиг Зои Космодемьянской. Представляли себя на месте отважных героев войны, развивали бесстрашие и волю, перелезая через заборы. Став немного постарше, лет в 10, по вечерам, надев модные тогда шерстяные накидки - пончо, мы гуляли по дачным линиям. И на ходу ели воблу, обычно одну на двоих. До сих пор сушеная рыба вызывает у меня ассоциации с детством, с тихими и теплыми закатами.
Однажды мы устроили настоящий самодеятельный концерт – составили программу (песни, стихи), отрепетировали, расставили на Светином участке для зрителей стулья. Нина Александровна, бабушка Светы, активно помогала нам дельными советами. Мы волновались. Приглашенные соседи с ближайших дач, помню, бурно аплодировали после каждого номера. Для меня это был первый опыт публичных выступлений. Имелось у нас и другое увлечение – черепахи. У каждой из нас была сухопутная черепаха. По нашему примеру черепахи появились у нескольких детей из окрестных домов. Кстати, черепахи у нас жили потом долгие годы. А со Светой мы дружим до сих пор.
На дачу приезжали мои двоюродные сестры - Оля и Марина. Как я их любила! И столько всего можно быть делать вместе – качаться на гамаке, играть «в семью», ходить на пруд, делиться тайнами! Выяснять, кого из нас больше любит бабушка. А кого – дедушка. По вечерам – обязательное мытье ног в тазу и чтение бабушкой вслух сказок. Местами довольно жутких, пробуждающих фантазию и отбивающих всякое желание спать. Потом мы еще долго, лежа в темноте, рассказывали друг другу леденящие душу «страшные истории». Конечно, уже шепотом – чтобы бабушка не слышала. Вообще, тема привидений, колдунов, непонятных явлений и полночных ужасов часто возникала в детских разговорах.
Еще помню, как мы большой компанией пришли к подруге смотреть по телевизору фильм «Четыре танкиста и собака». Телевизор на даче был далеко не у всех. По экрану постоянно бежали полосы, черное-белое изображение сбивалось. Но все равно было весело.
В теплые августовские вечера на костре большими компаниями пекли картошку. Меня, как самую маленькую, часто заставляли уходить спать раньше, чем начиналось пиршество. Но кто-то из сердобольных взрослых приносил мне прямо в кровать черную, но безумно вкусную картофелину.
Продолжение: "Пахнущий сосновым дымком чай из самовара казался вкуснее варенья и конфет". Таганка: "Во дворе вскопали огород, а в сарае держали коз и кроликов" и другие воспоминания Марии Макарушкиной.
Делитесь своими историями! Почта emka3@yandex.ru